красноЯРСКий ФОРУМ

  —  онлайн знакомства и общение красноярцев
и жителей края, Таймыра и Эвенкии
В Красноярске вечер! 22:54 на часах, за бортом +21 °C
 
   

Вражинам сюда!             Вход             Добро пожаловать на наш замечательный сайт!             Регистрация             Гостям велкам!

3 Страницы  1 2 3 >

DoriNoriOriОтправлено: Nov 25 2017, 13:43

Ответов: 0
Просмотров: 89

Опыт молитвы акафистом 40 раз подряд (прот.В.Головин):

https://youtu.be/_iRbIbeT9Dc
  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472704

DoriNoriOriОтправлено: Oct 29 2017, 11:09

Ответов: 1
Просмотров: 561

https://youtu.be/btIL3Iuoq6k :


Фильм Сергея Алиева «Оболганный Государь. Правда о последнем Русском Царе». Часть вторая. «Царская Голгофа». Во второй части разобраны мифы о поражении в русско-японской войне и миф об отношениях цесаревича Николая Александровича и балерины Матильды Ксешинской. Кроме этого в фильме рассказывается о ритуальном убийстве Царской семьи и связи убийства столетней давности и революции и фильма «Матильды» и к каким последствиям это может привести. В фильме приняли участие депутаты Государственной Думы Адам Делимханов и Виталий Милонов, которые дали негативную оценку выходу фильма «Матильда». А также свое мнение о Императоре Николае Втором сказали кинопродюссер и совладелец компании «Ростсельмаш» —Юрий Рязанов, глава Духовного собрания мусульман России и муфтий Москвы —Альбир Крганов и другие.

……………………………



irina-fadeewa:Сильная проповедь отца Всеволода. Давно не слышала такой суровой и открытой правды от священников.:


о.Всеволод Чаплин: Фильм "Матильда" - зеркало порочной элиты

https://youtu.be/J8msIRZZ_Xc



  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472700

DoriNoriOriОтправлено: Oct 23 2017, 22:21

Ответов: 0
Просмотров: 261

https://www.youtube.com/watch?v=NgrTgLQMX-s



Протоиерей Игорь Тарасов отвечает на вопросы телезрителей. Тема телепередачи Апокалипсис, глобализация и новый мировой порядок. Священник Игорь рассказывает о духовной опасности тотального контроля и учит противостоять этому на личном уровне. ( с канала "Союз").
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472697

DoriNoriOriОтправлено: Oct 15 2017, 19:35

Ответов: 0
Просмотров: 274

Старец Фаддей Витовницкий: ""Каковы мысли твои, такова и жизнь твоя"

https://www.youtube.com/watch?v=dspBcjwVhmo&t=1s -

Фильм - беседа со старцем Фаддеем Витовницким (ныне отошедшим ко Господу), одним из самых духоносных старцев 20 века, подвизавшемся в монастыре Витовница в честь Успения Божией Матери в Сербии
  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472694

DoriNoriOriОтправлено: Oct 13 2017, 22:26

Ответов: 1
Просмотров: 561

https://www.youtube.com/watch?v=5ytniZYuZuI --

первая часть документального фильма Сергея Алиева "Оболганный Государь. Правда о последнем русском царе"

Лента, которая носила рабочее название "Ложь Матильды", является ответом скандальной картине Алексея Учителя и представляет собой сборник монологов известных людей, рассуждающих о личности императора Николая II.

Так, в защиту последнего российского императора выступили российский боец смешанных единоборств Фёдор Емельяненко, легендарный путешественник Фёдор Конюхов, народный артист России Николай Бурляев, прославленная балерина Ильзе Лиепа, космонавт Сергей Рыжиков, бывший архиепископ Екатеринбургский и Верхотурский Викентий, также историки Владимир Лавров и Алексей Соловьёв.

Создатели фильма предлагали нескольким федеральным каналам выпустить "Оболганного Государя" в эфире, однако получили отказ.

  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472693

DoriNoriOriОтправлено: Oct 7 2017, 21:39

Ответов: 23
Просмотров: 10 130

«..Мы должны молиться друг за друга, взявшись за руки, помогая друг другу, поддерживая, идти по спасительному пути. Преподобный Серафим Саровский, который проводил на земле святую жизнь, достиг такого духовного совершенства, что мог силою молитвы освобождать души из ада. Однажды к нему пришла женщина и стала рыдать: «Батюшка, дорогой, помолись за моего сына, он умер без покаяния». Преподобный, считая себя грешником, отказался, но мать все-таки упросила его, и во время молитвы он отрывался от пола, поднимался в воздух и духом входил в ад: и душу умершего юноши вырвал прямо из рук бесов, из пасти ада.

Умершим молитва особенно нужна. Покойника ни в коем случае нельзя поминать водкой и вином. Не в водке нуждается он, а в молитве. Усопшие за себя молиться не могут, они ждут наших молитв. Больше всего душа нуждается в них первые 40 дней, когда она проходит мытарства и совершается частный суд над ней. Поэтому, когда кто-то из наших близких отойдет в тот мир, надо во всех, сколько это возможно, храмах заказать сорокоуст - поминовение на 40 дней, каждый день подавать на панихиду, поминать на Псалтири, давать милостыню и просить помолиться за эту душу. Так постоянно поминая, с помощью церкви можно вымолить душу из ада. Церковь не молится только за самоубийц. Самоубийство - это страшный смертный грех, хула против Духа Святого, трусость и малодушие. Церковное правило говорит: молиться можно только за тех самоубийц, которые покончили с собой в невменяемом состоянии, то есть бессознательно. Если же человек, даже и психически больной, покончил с собой сознательно, молиться за него нельзя.

В одном из писем Святогорца Серафима есть такой рассказ. Афонский монах поведал ему, что заставило приехать на святую Гору. «Когда я жил в России, - рассказывал он, - в Бога я верил, но в церковь ходил редко и посты соблюдал не всегда. В основном жил нерадиво. Но было угодно Господу, чтобы явился Ангел и повел меня куда-то темными, смрадными тоннелями, до слуха доносились стоны, вопли, крики людей. С каждым шагом они все становились громче. И вот мы вышли на открытое место, где стояли огромные огненные печи, из них неслись эти крики и стоны. Огонь вихрем вился вокруг печей. Вдруг Ангел бросился в одну из них и вытащил человека, закованного в цепи. Он весь с головы до ног был черный. Ангел прикоснулся к нему, к его раскаленным оковам, и цепи тотчас упали с рук и ног. А когда прикоснулся к телу, вся гарь сошла, словно шелуха слетела с тела. Ангел надел на человека белые одежды, и лицо его просияло небесной радостью. Я спросил, отчего произошла с ним такая перемена. Ангел сказал: «Этот человек в храм ходил два-три раза в год. Посты соблюдал, но непостоянно, только первую и последнюю неделю, креста не носил, утренние и вечерние молитвы не читал, перед и после еды тоже не молился, выпивал, курил, занимался блудом, а на исповеди не открывал, утаивал свои грехи, отделывался «делом и словом, и помышлением», причащался в осуждение и умер без покаяния. И вот получил по делам своим. Но родственники у него чисто православного духа. После его смерти они усиленно молились, подавали каждый день на литургию, на панихиду, читали Псалтирь о упокоении его души, давали милостыню, и по молитвам церкви Господь послал меня освободить эту душу из ада. Так знай, - обратился Ангел ко мне, что и твое место здесь в этих печах, если не изменишь свою жизнь». Вот что поведал афонский монах Святогорцу Серафиму.»
http://hramsatka.orthodoxy.ru/bib/savva070.htm
…………………..



«..Но ещё чаще именно наша молитвенная помощь оказывается нужна как воздух умершему человеку. Особенно в период первых 40 дней с момента смерти, пока душа, согласно православному преданию, проходит загробные мытарства.

По мнению многих отцов Церкви, в первые дни душа имеет возможность посещать милые сердцу места, видеть родных и любимых. С третьего дня, обычно совпадающего с похоронами, начинается «сдача экзаменов». Очень важным для определения участи оказывается то, какие добрые свойства приобрел человек во время земной жизни, к чему высокому и доброму стремился, каким идеалам служил, и пытался ли бороться со своим внутренним злом. Душе показывают рай и она проходит перед лицом всех добродетелей (любовь, долготерпение, милосердие, кротость, целомудрие и т.д.) и на их фоне видит свою сущность реально, без прикрас. Для многих всё это оказывается настоящим шоком саморазоблачения и осознания собственной ничтожности.

Для добрых праведных совестливых людей испытания заканчиваются – они избегают дальнейших мытарств и суда, и переходят в блаженную вечность. Но увы, для большинства людей такой лёгкий исход невозможен. Начиная с 9-го дня, почившему показывают ад, и ему приходится держать ответ за всё то нераскаянное зло, что он совершил. Во время такого экзамена душу одолевают и изматывают инфернальные сущности, и сей процесс может быть невыносимо ужасным и болезненным.

Известно немало книжек и фильмов, рисующих мытарства и адские муки грешников в лубочных жутких красках и образах. Разумеется, воспринимать их буквально – нельзя, а относиться к ним можно лишь как к намёкам и аллегориям того, чего невозможно передать человеческими словами и понятиями.

К 40-му дню «экзамены» заканчиваются, и полностью познавшая себя душа в соответствии с собственным духовным состоянием соединяется или с Богом, или с миром падших духов. Этот момент считается частным судом Божьим, на котором определяется «место» пребывания человека до Страшного суда.

Впрочем, и после этого человек нуждается в молитвах Церкви и всех, кто его знал и любил. Не попавшим в рай они служат утешением и подают надежды на возможную будущую «амнистию». Молитвы очищают души и облегчают страдания, духовно приобщают к Богу, принося пользу и тому, за кого молятся, и самому молящемуся.

Чтобы от таких молитв был реальный эффект – нужно много духовно трудиться и стараться избегать грехов, загрязняющих душу. Если за усопшим имелась не преодолённая опасная страсть, отмаливающий его человек может многого добиться, если искоренит эту страсть в самом себе.

Знаю мать, у которой погиб единственный сын. Вскоре он явился ей во сне и пожаловался, что ему «там» очень-очень плохо. И особенно – за то, что в жизни он многих считал врагами и постоянно всех осуждал. По совету священника, мать взяла на себя настоящий духовный подвиг. Помимо поста и молитвы, она старалась искоренить страсть осуждения в собственной душе. У всех попросила прощения, со всеми примирилась, и настолько положительно изменилась, что все её знакомые были поражены. В следующем сне сын сказал, что ему стало полегче, но просил не оставлять борьбы за его душу. Мать ушла в монастырь и стала монахиней. Можно быть уверенным на 100% - с такой силой материнской любви сына она непременно вымолит!

Кстати, примеров вымаливания погибших душ из ада в предании Церкви имеется немало. Один из наиболее ярких и удивительных – случай из жития святителя Григория Двоеслова. Изучая историю, он проникся жалостью и сочувствием к императору Траяну (+117), слывшему одним из ярых гонителей христиан. К сожалению, христианство Траян не понял и не воспринял, и был излишне суров с людьми, которые считались «опасными сектантами» и «государственными преступниками». Но в то же время он был одним из самых лучших, честных и справедливейших правителей Римской империи. Особенно Григория тронул случай, когда Траян лично защитил и спас погибающую в нищете и отчаянии бедную вдову. Святитель много лет усердно слёзно молился за спасение его души. И ему было в видении открыто, что молитва его принята, и Траян спасён. Подобные удивительные примеры дают реальную надежду тем, чьи близкие умерли вне веры или нераскаянными грешниками.»
http://alexey-x.livejournal.com/13033.html
………………………..
Вопросы священнику
Милостыня в память об усопших
Автор: Ольга Дата: 22.09.2011 в 20:13

— Батюшка, скажите, пожалуйста, когда мы подаем милостыню, говорят, нужно подумать об умершем человеке, пожелать ему Царствия Небесного. Как правильно подумать? Души умерших это чувствуют? И правда, что мы можем вымолить душу из ада? Когда умерла моя бабушка, мне приснилось, что я стою возле люка, а рядом кто-то очень страшный, глаза красноватые, как у людей с черной кожей, и я говорю: "Мне туда, вниз, в самый низ, к моей бабушке". А потом я, только уже со своей семьей оказалась во дворе дома, который недавно продали. А там очень красивая зелёная трава и люди её рву, бабушка с ними тоже, все женщины в косынках. Потом они все ушли. И сон закончился. Я до этого сна просила Бога, чтоб бабушка мне приснилась, чтоб знать, куда она попала. Теперь думаю, не попала ли она в ад, раз я просилась вниз? Всегда, когда подаю милостыню, желаю ей Царствия Небесного. Спасибо Вам большое за Ваши ответы. Очень поддерживают!

Ответ:
—Если подаете о усопшем, то хватит и намерения подать за него: Господь все видит и знает. Молитва же тоже необходима. Да, усопшие знают об этом и чувствую помощь. Да, можно вымолить. Все может быть, а Вы молитесь и все необходимое делайте, и будет от этого польза. И Вам спасибо большое, храни и помоги Господь!
http://hramnagorke.ru/question/46021
……………….

« св. Лука Крымский (Евангельское злато, Жизнь наша – время терпения): «…(когда близкие умирают в неверии, во грехах или когда они, хотя и верили, но жили не по-христиански) им необходимо помогать изо всех сил, ибо тяжела их загробная участь, и они очень нуждаются в молитвах оставшихся в живых. Весьма часто умершие являются своим родным во сне и даже наяву в отчаянии, слезах, тяжком горе. Плачут потому, что близкие не молятся о них, а, пережив первый момент отчаяния, скоро забывают об умерших сродниках. Обязательно до последних дней своей жизни поминайте их, ибо умершие уже ничего не могут сделать для облегчения своей участи. Они укоряют нас: “Почему не испрашиваете оставления грехов наших при Бескровной Жертве, совершаемой ежедневно во время святой Литургии?” Ведь они же знают, что если вы будете поминать их, если священник будет изымать частицы об упокоении их души и в конце Литургии все эти частицы опускать в Чашу с Кровью Христовой, молясь: “Омый, Господи, грехи поминавшихся здесь, честною Твоею Кровию, молитвами святых Твоих”, то грехи омываются, и несчастные получают великое облегчение. Часто повторяемое поминовение способно в огромной мере облегчить их загробную участь, способно даже исходатайствовать перед Богом полное прощение их грехов».

св. Амвросий Оптинский (Письма монашествующим, п.407): «Пишешь, что враги душевные, через случай брошюрки Афонской горы, так тебя смутили, что ты дня три молиться не могла от смущения и отчаяния, и доселе продолжают несколько смущать по поводу этого случая. А описанное в брошюрке обстоятельство более внушает благонадежие, нежели отчаяние. Я отыскал эту брошюрку у одного брата и читал; сказано там: некто, живший на Афоне, любил ходить по гостям, так что редко заставали его в келье своей, также сказано, что не всегда исполнял он свое келейное правило; перед смертью тяжко проболел целый месяц и под конец ежедневно приобщался Святых Таин; но по смерти своей через два месяца явился во сне одному брату, близкому к нему, невеселый, и сказал, что он находится в темнице. Видевший объявил это братии. Благоговейные братия усилили свои молитвы о нем, а иеромонахи поминали на литургии. Опять через два месяца покойник является веселый, и в глазах видевшего перебежал реку по узкой жердочке, и очень скоро взошел на гору, которая простиралась до небес. Обстоятельством этим явно показывается, как полезно церковное поминовение и частные молитвы покойникам покаявшимся, но не понесшим или не успевшим понести епитимии. Ежели человек согрешил, то, по правосудию Божию, должен понести мучение или томление: покаявшимся — временное, а непокаявшимся — вечное. Христос Господь при распятии сказал благоразумному разбойнику: “днесь со Мною будеши в раю”. Но после слов Христа Спасителя этому разбойнику перебили голени, и он несколько часов мучился, вися на одних руках. Так и всякий грешник покаявшийся, если не понесет епитимии добровольной в подвиге поста и молитвы, и поклонов, или невольной долговременной болезни, или через другие скорби; то по смерти своей требует поминовения, чтобы избавиться от темницы, как означенный покойник. Не без причины православная Церковь установила церковное поминовение по усопшим, — чтение Псалтири, милостыню. Приемлются и частные молитвы. Если бы, по твоему мнению, решила участь покойника одна разрешительная молитва духовника; тогда было бы установленное Церковью поминовение тщетно; а оно приносит великую пользу покойникам покаявшимся, только не приносит пользы непокаявшимся грешникам, или неверующим, или иноверцам и еретикам».
http://ni-ka.com.ua/index.php?Lev=pechalsm#pech57
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472690

DoriNoriOriОтправлено: Sep 30 2017, 21:12

Ответов: 1
Просмотров: 831

  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472688

DoriNoriOriОтправлено: Sep 13 2017, 00:04

Ответов: 0
Просмотров: 439

Н.Павлова



4 невыдуманных рассказа из книги Нины Павловой «Михайлов день»:

Случай с профессором



«Вернулась я в августе в Москву из деревни и сразу же позвонила ближайшей подруге.

- Прости, не могу говорить, - ответила подруга. - Папу схоронили вчера.
- Давай я завтра к тебе приеду?
- Умоляю, не приезжай. Я не открою дверь!

Так продолжалось два месяца - звоню, а подруга бросает трубку, запрещая приезжать к ней. Тут было явно что-то неладное. Конечно, горе есть горе, но два месяца изрядный срок для траура, тем более что смерть отца не была неожиданной. Он умер уже в глубокой старости, а перед этим несколько лет угасал в параличе. К сожалению, попытки подруги обратить отца к Богу не имели успеха - он был в свое время профессором кафедры научного атеизма и антирелигиозником старой закалки. Веру в загробную жизнь профессор называл «сказкой для малодушных» и, запретив дочери отпевать его в церкви, завещал распорядиться его останками «практично» и «гигиенично». То есть сжечь его тело в крематории, а пеплом удобрить клумбу.

Удобрять клумбу столь кощунственным образом подруга не стала, но захоронила урну с прахом отца в могиле его православных родителей, крестивших сына еще во младенчестве и водивших его в детстве за ручку в храм. А после кремации начались странности — подруга перестала выходить на работу и, затворившись в квартире, не пускала на порог никого. Когда же обеспокоенные коллеги приехали навестить ее, она отказалась открыть им дверь, а в квартире кто-то громко и страшно стонал.
На работе всполошились и позвонили мне с упреком: «Неужели ты не можешь навестить подругу и выяснить, что происходит? Там, похоже, какой-то кошмар!? Навестить подругу я очень хотела. Но как это сделать, если твердо обещано, что не откроют дверь? Думала я, думала и придумала. Однажды подруга взяла у меня книгу, а потом долго извинялась, что забывает вернуть. Книга была мне не нужна. Но, позвонив подруге, я сказала «металлическим» голосом:

- Немедленно верни мою книгу! Она мне срочно нужна для работы.
- Но я, я, — залепетала подруга, — я не могу пока выйти из дома.
- И не выходи. Сейчас я подъеду к твоему дому, сяду на лавочке у подъезда, а ты вынесешь книгу и все.

Просидела я на лавочке где-то минут сорок и, не дождавшись подруги, позвонила ей в дверь. В ответ на звонок из квартиры послышался похожий на рыдание вой, крик подруги: «Не плачь, папочка!» А в квартире с нарастающей силой что-то грохотало, выло, рыдало, и вдруг разом закричали от ужаса подруга и ее мать. Там творилось такое, что в безпамятстве страха я замолотила в дверь руками и ногами, выкрикивая непотребное:

- Открой немедленно! Я дверь разнесу!
- Прекрати истерику, Нина, - ответила из-за двери подруга. - Спускайся вниз, я выйду сейчас.
Вскоре она, действительно, вышла из подъезда. Но в каком виде? Краше в гроб кладут.
- Говори, что случилось, - приступила я к подруге.
- Папа жив и после кремации живет с нами, - сказала она тихо.- Папа очень страдает, но так изменился после смерти, что не выпускает нас с мамой из дома даже за продуктами в магазин.

- А чем питаетесь?
- Сначала варили крупу на воде, а потом крупа кончилась.
У меня была с собою буханка горячего хл, купленного по дороге сюда. - «Хлебом пахнет! – оживились подруга. - У тебя есть хлеб?» И по тому, с какой жадностью она набросилась на хлеб, я поняла - она голодает. А подруга вдруг заплакала над хлебом горючими слезами:

- Ты же знаешь папу - благороднейший человек, а теперь такое творит, что стыдно рассказывать, и мы с мамой уже в голос кричим.
- Ты отпела отца?
- Хотела отпеть. Пришла в церковь и спросила у одной бабушки: «Можно ли мне отпеть папу, если он человек крещеный и в детстве веровал в Бога, утратив вору потом?» А старушка как рявкнет на меня: «Грех безбожников в храме отпевать! Им одна дорога - в геенну!»
- Нашла кого спрашивать?! - ахнула я. - Ты что — к батюшке не могла обратиться?
- Батюшке надо правду говорить. А разве можно про папу стыдное рассказывать?

В этом вся моя подруга - она, действительно, неспособна сказать о ком-то худое, а про любимого папу тем более. И тут я впервые догадалась о причинах, заставивших еетаиться от всех: ей легче голодать и терпеть нестерпимое, чем осудить и «опозорить» хотя бы призрак отца.

По договоренности с подругой я тут же поехала в Свято-Данилов монастырь и рассказала эту историю духовнику монастыря архимандриту Даниилу, еще иеромонаху в тупору. Батюшка долго молча молился, сказав потом категорично: «Немедленно отпеть!» На следующий день в храме Всех святых состоялось отпевание усопшего, и призрак после этого из квартиры исчез.

С тех пор прошло уже лет пятнадцать, но объяснения этой истории я не знаю и поныне, хотя спрашивала о том богомудрых отцов. Но тем-то и отличается мудрость от невежества, что ей ведомо благоговение перед тайной, непостижимой земным умом. На мои вопросы отвечали вопросами: а что мы знаем о кончине человека, когда уже в предсмертные, бывает, минуты вдруг обращается к Богу заядлый атеист и умирает в слезах покаяния? И нам ли понять тот ад мучений на мытарствах, когда кричит и стенает душа? На том свете неверующих нет — душа уже видела Бога и знает отчетливо, где тьма, а где свет. Вот и «стучится» иногда страдающая душа в мир живых, умоляя помочь, отпеть, помянуть.

Чуть позже и уже в Козельске мне рассказали похожую историю, когда бабушка-коммунистка, бывшая в юности ревностной прихожанкой, являлась после смерти родным и так буянила в доме, что все не просыхали от слез. Старец сказал, что бабушка застряла на мытарствах и буйствует от невыносимых мучений. И тогда трое из этой семьи ушли в монастырь, отмаливая бабушку и верша свой подвиг любви.

Через эти две истории мне и открылось, что заповедь о любви к ближним распространяется не только на живых, но и на наших усопших. Они тоже люди. Тоже живые.Просто мы мало знаем о них. С той поры я стала охотно помогать на отпевании. А однажды, уже в деревне, вызвалась почитать у гроба псалтирь, не подозревая, что окрестное население тут же зачислит меня в «читалки», не спрашивая на это моего согласия, да и не интересуясь нм. Но тут начинается уже другая история, требующая своего пояснения.»



………………………………………….

Паломник с Востока



«В Оптиной пустыни несколько месяцев жил паломник казах, поражавший вот какой странностью. При виде любого священника он молниеносно бросался к нему и, распростёршись ниц на полу, припадал лицом к его ногам. Батюшки каждый раз поднимали его с пола и всячески урезонивали, но ничего не помогало. От встреч с казахом уже стали уклоняться. Во всяком случае, вспоминается такое. Молодой иеромонах вышел из храма и, опасливо оглядевшись, нет ли поблизости странного паломника, спокойно пошёл к себе в келью. И вдруг из-за дерева к нему метнулся казах и, распластавшись в пыли крестообразно, в каком-то священном ужасе припал к его ногам.

Почему он так делает, никто не знал, а понять хотелось.
- Может, у них на Востоке так принято? – говорили паломники из Рязани, незнакомые с нынешней цивилизованной Азией. – Восток – дело тонкое.

А смуглолицый казах идеально вписывался в этот псевдовосточный лубок. Послушание он нёс тогда на конюшне. И когда этот сын Востока как влитой сидел на коне, то оживали в памяти картины истории: бескрайняя степь, орда Чингисхана и кочевник, целующий туфлю повелителя. Словом, тут являло себя то лукавство человеческого разума, когда, не в силах объяснить необъяснимое, мы подгоняем ответ под вопрос.

Только позже стало известно: в монастырь приезжал по-европейски образованный казахский писатель. А попал он в Оптину так. Писатель сильно осуждал их приходского священника, попавшего тогда в больницу, а там – на операционный стол. Именно в тот день и час, когда оперировали священника, писателю в поликлинике удаляли зуб. Сделали ему обезболивающий укол, а дальше писатель ничего не помнил. Душа его отделилась от тела и попала в область адского ужаса. Здесь ему явился преподобный Амвросий Оптинский и грозно обличил за осуждение священства. Очнулся писатель уже в реанимации и объявил жене и детям, что душа его в аду, а это такая невыносимая пытка, что он уходит в монастырь навсегда.

Он действительно приехал в Оптину с решимостью остаться здесь навсегда, отмаливая свой грех в каком-то горячечном, безудержном покаянии. Но у писателя были дома малые дети, и после долгих уговоров его убедили вернуться в семью. Уезжал он из монастыря с неохотой.

Но вот вопрос, не оставляющий меня с той поры: какой же ужас переживает душа на мытарствах, если этот европейски образованный человек повергался в пыль и прах перед каждым иереем? Земным рассудком этот ужас не понять. А мы-то по бесстрашию осуждаем.»




....................................

«– Всё, больше никакого странноприимства, – строго говорит старец.
– Батюшка, но вы же сами благословляли принимать паломников…
– Раньше благословлял. А только общежитие в доме вам не полезно – и отныне на странноприимство запрет.

Надо слушаться батюшку... Но стыдоба-то какая, когда отказываешь в ночлеге многодетной семье. Младенец плачет на руках у матери. Уже поздно, ночь и хочется спать, а в монастырскую гостиницу с малышами не пускают. Растерянно объясняю, что старец не благословляет принимать паломников, и виновато прошу: «Простите!»
– Правильно, надо слушаться батюшку, – говорит усталая мать. – Вот вам, детки, важный урок святого монастыря. Некоторые у нас не любят слушаться. А что главное у монахов и хороших детей?
– Послушание!..

Чувствуется, верующая семья. И дал им Господь за эту веру добрых друзей и приют. Из монастыря возвращается на дачу моя подруга Галина и забирает семью к себе:
– Дом у меня большой, всем места хватит, и малины спелой полно. Интересно, может, кто-то не любит малину?
– Нет таких! – веселятся дети, поскорее забираясь к Гале в машину.
Но бывает и по-другому. Захожу с огорода в дом – дверь-то открыта, а незнакомый молодой человек прямо рукой вылавливает пельмени из кастрюли.
– Простите, вы кто?
– Из монастыря выгнали крутые начальнички, пришёл поселиться у вас.
Здесь попытка рассказать про запрет старца на странноприимство оборачивается скандалом.
– Да будьте вы прокляты с вашим старцем! – неистовствует гость. – Провозглашаю – анафема всем святошам!
Позже выясняется, что из монастыря его выгнали поделом – пил.
* * *

Батюшка прав, говоря, что общежитие в доме мне не полезно, потому что как ни стараюсь, а не могу избавиться от человекоугодия. Это в генах, наследственное, от моей сибирской родни, свято верующей, что гость – от Бога и всё, что есть в печи, на стол мечи. Тут все дела забрасываются – надо обслуживать гостей. Приготовить им что-нибудь повкуснее, а потом водить по Оптиной пустыни, рассказывая, разъясняя и пристраивая на исповедь к батюшке. Словом, паломники уезжают довольные, а я – как выжатый и очень кислый лимон.

Разные люди селились в доме ещё во времена странноприимства: приезжие монахи, монахини и ещё лишь обретающие веру мои московские друзья. Но каким ветром занесло в мой дом воинствующую атеистку – этой загадки не разгадать.

Татьяна была психологом из Молдавии, двое детей, оба с мужем безработные, жившие уже на грани нищеты, продавая всё ценное из дома.
– Продала последнее колечко, села в поезд и приехала к вам, – объяснила она историю появления в моём доме.

И тут припоминаю, как три года назад перед смертью моя молдавская подруга Лидия Михайловна просила меня принять некую Таню и обязательно окрестить её.
– Нет-нет, я категорически не желаю креститься, – опережает мой вопрос Татьяна. – Я и Лидии Михайловне говорила: как можно свести всё богатство духовной жизни до уровня нескольких узколобых догм? И при этом мы не враги христианству. Мы лишь стараемся обогатить его и вывести за рамки православного гетто.

Татьяна говорит «мы», потому что учится в Академии Космических (или кармических?) наук. И тут я с нежностью вспоминаю былые времена, когда курсы кройки и шитья назывались курсами, а не академией для кутюрье. Короче, Татьяна учится на курсах, разумеется платных. Продала ради этого шубу и влезла в долги. Муж в бешенстве и угрожает разводом, а Татьяна лишь самозабвенно воркует: «карма», «чакры», «выход в астрал». И теперь это астральное словословие изливается на меня.
– Я привезла вам в подарок наши учебники, – достаёт она из сумки стопку оккультной литературы. – Да не шарахайтесь же вы с такой брезгливостью от этих источников мудрости, но попробуйте расширить ваше зашоренное сознание.

А не расширить ли мне сознание настолько, чтобы сказать словоохотливой даме: а извольте-ка выйти вон? Останавливает предсмертная просьба подруги, умолявшей помочь Танечке. Но как тут помочь, если при одном лишь упоминании о православии эта воинствующая атеистка начинает обличать наше «узколобое гетто»? Вспоминается мудрый совет преподобного оптинского старца Нектария, говорившего, что хорошие житейские отношения можно иметь и с неверующими, но споров о религии заводить нельзя, чтобы имя Божие не осквернялось в споре. Старец даже предупреждал, что споры такого рода могут нанести сердечную язву, от которой очень трудно избавиться. Вот и пытаюсь перевести разговор на житейские темы: как муж, как дети, как жизнь в Молдавии? И тут воительница начинает плакать:
– Работы нет. Муж уже отчаялся, а я последнее колечко продала!
Слёзы ручьём и отчаянные речи, что если бы не дети, то лучше в петлю, потому что муж обещал подать на развод.
Знакомая картина. Вот и недавно так же плакала женщина, приехавшая в монастырь за благословением на развод:

– Я пятнадцать лет души в муже не чаяла! А теперь он часами сидит в позе йога и при детях твердит свои мантры: «Я центр вселенной. Вокруг меня вращается мой мир». Батюшки-светы, он теперь пуп земли! Главное, дочку назвал Чандраканта. Представляете, имечко – Чандраканта Ивановна! Правда, я дочку окрестила Верой, так он Верочкой называть не велит.
– Будь она проклята, проклятая йога! – сказал тогда старец, но посоветовал не горячиться с разводом и отмаливать мужа вместе с детьми.


* * *
Рассказываю Тане, как в былые времена, ещё до крещения, я познакомилась со знаменитым московским «гуру» по имени Гарри. По паспорту он, кажется, Игорь и после института работал в НИИ пищевой промышленности, пропадая там от тоски, тем более что за работу платили гроши. И вдруг по соседству с НИИ открылась секретная лаборатория, где изучали ауру, телепатию, йогу и регулярно выходили в астрал. Зарплаты в лаборатории были сказочные, и Гарри быстренько переметнулся к «астральщикам».

Через год он уже давал сеансы исцеления в московских салонах. Однажды на такой сеанс пригласили и меня, правда в качестве кухарки. Хозяйка квартиры знала о моём резко отрицательном отношении к «целителям» такого рода, но умоляла помочь накрыть стол, тем более что исцеляться прибудут знаменитости – писатель Л., правозащитник С. и прочие властители дум. В общем, позвали, как говорится, осла на свадьбу воду возить, но я согласилась на роль кухарки, преследуя свои корыстные цели. В ту пору я ещё училась в аспирантуре и надо было подготовить реферат о методах манипулирования сознанием, а тут готовый экспериментальный материал.

На сеансе Гарри был великолепен – бархатный голос, царственная осанка и завораживающая речь. Похоже, он владел методами нейролингвистики, впечатывая в сознание пленительные образы мудрой магии и противопоставляя им жалкую участь невежд – болезни, дряхлая старость и смерть. Гарри звал всех к духовной радости – туда, в заоблачные Гималаи, где с древних времён живут Мудрейшие, вечно молодые, уже бессмертные и способные исцелить даже рак. Правда, дальше родимой Анапы сам Гарри нигде не бывал, но скромно давал понять, что с заоблачными Гималаями у него налажен астральный контакт. Сам сеанс «исцеления» Гарри превратил в некий стриптиз. Он при всех объявлял, что властитель дум С. страдает хроническими запорами, переходящими в неукротимый понос. Но если методом йоги почистить его чакры, то можно достичь почти что бессмертия и удалить морщины с лица. Особенно Гарри разошёлся, когда речь зашла о чакрах, отвечающих за детородные органы. Тут Гарри наглядно изображал, у кого эта чакра «о-го-го», а у кого «увы».
Всё это было очень стыдно. А Гарри почувствовал, что я возмущаюсь, и пошёл в атаку уже на меня:
– О, у вас такая мощная аура и прирождённый дар ясновидения. Вы не хотите попробовать развить этот дар?
– Руки прочь от моей ауры! – сурово отрезала я, возвращаясь к процессу изготовления салатов. А потом я с изумлением наблюдала, как образованные люди, интеллектуалы и властители дум, доверчиво набирали в бутылки воду из-под крана, которую Гарри потом «заряжал», превращая жёстко хлорированную московскую водицу в «лекарство» чудодейственной силы.
Однако кульминация этого шоу пришлась на застолье. Надо сказать, что люди собрались в основном непьющие, но как прийти в гости без подарка? Словом – «исцелённые» тут же выставили на стол кто коньяк «Хенесси», а кто водку, уточняя при этом: «Мне, вообще-то, нельзя, врач запретил».
– Да что они понимают, наши убогие врачи? – пылко воскликнул Гарри. – А вот в Гималаях!..
Короче, Гарри тут же «зарядил» бутылки, превращая это коньячно-водочное изобилие в гималайский целебный нектар. И понеслось – гипертоники, язвенники, сердечники хлопали водку стаканами. Что было дальше, уже понятно. Больше всех пострадал бедняга Гарри. При гостях он ещё как-то держался, а потом позеленел и рванулся к тазику. Он очень мучался и стонал, вопрошая меня:
– Ты меня презираешь?
– Да что ты, Гарри? Такой спектакль, что МХАТ отдыхает! Интересно, а откуда ты знаешь нейролингвистику?
– Ничего я не знаю. Наугад говорю.
Позже Гарри поставил жёсткое условие: не допускать меня на сеансы исцеления, ибо моя необузданная дикая аура создаёт помехи при выходе в астрал.
Много лет я ничего не знала о судьбе Гарри, а недавно знакомые рассказали – он сошёл с ума и бегает по улице с криком: «Я пришёл на землю убить Христа!»
– Заигрывание с тёмными силами нередко кончается безумием, – рассказывал в Пюхтицах архимандрит Гермоген. – И сколько же людей, занимавшихся йогой «для здоровья», лечились потом в психиатрических больницах!
Собственно, рассказывал он это не мне, а бывшему йогу, приехавшему в монастырь креститься.
– А вы не боитесь, – спрашивал его архимандрит, – что после крещения начнётся такая духовная брань, когда уже не выдержит психика?
Тот твёрдо ответил: «Ради Христа я готов на всё».
– Да-да, ради истины и пострадать можно! – воскликнула Таня, внимательно слушавшая мой рассказ. – Вот и нас в Академии предупреждают, что в астрал надо выходить грамотно. А может, Гарри просто не хватило опыта и он незащищённым вышел в астрал?
Мама родная, и ради чего я рассказывала о Гарри? В общем, мои миссионерские потуги завершились тут полным крахом.


* * *
Поведение Тани было загадкой. В самом деле, как объяснить – безработная, бедствующая мать двоих детей продала своё последнее колечко, чтобы приехать в Оптину пустынь, и при этом не желает идти в монастырь? Еле-еле уговорила Таню посетить знаменитую Оптину, но в храм она отказалась зайти:
– А зачем? Молиться Высшему Разуму можно в поле и дома. Или как раньше загоняли людей на партсобрания, так теперь надо в храм загонять?

И так далее, всё в том же духе – «клерикализм», «гетто», «узколобые догмы». Господи, помилуй! Я уже изнемогаю и прошу монастырских насельников помолиться о Тане.
– Да, беда, – вздыхает иеромонах-иконописец. – И ведь за вашу некрещёную Таню даже записку в церкви подать нельзя. Что же, будем молиться келейно. Помните, что старец Силуан Афонский писал: «Любовь не терпит, чтобы погибла хоть одна душа». Вот и потрудимся во имя любви.
Но не все готовы явить любовь. Послушник Д., бывший комсомольский вожак, говорит в гневе:
– Гнать эту оккультистку метлой из монастыря, чтобы не поганила святую землю!
Наконец навстречу идёт иеродиакон Илиодор, известный тем, что он привёл к Богу и окрестил сотни, если не тысячи людей. Отец Илиодор не может иначе – плачет его душа о погибающих людях, не знающих своего Спасителя и Милостивого Отца. Игумен Тихон даже сказал о нём однажды:
– А вот идёт отец Илиодор, наш оптинский Авраам. Он выходит на большую дорогу и ищет, кого бы обратить.
Отец Илиодор тут же устремляется к Тане:
– Ты любишь детей?
– Очень люблю. Я ведь раньше работала психологом в детской больнице.
– Тогда поехали со мною в приют.
Возвращается Таня из приюта уже вечером и рассказывает:
– Сегодня учила деток читать. Знаете, есть такая игровая методика, когда дети очень быстро начинают читать.

На всякий случай, для пап и для мам, расскажу об этой методике. Для начала надо вырезать из картона или бумаги четыре карточки и написать на них какие-нибудь простые слова: мама, папа, Ваня, Маша. Потом начинается игра в угадайку. Ваня вытаскивает из стопки карточку и радуется, угадав: «Мама». Суть этой методики в том, что наш мозг сразу же опознаёт образ слова, а не считывает его по слогам. Научить читать по буквам гораздо труднее. Рнок читает: «Мы-а-мы-а». А на вопрос, что за слово, отвечает: «Мыло». В общем, Таню долго не отпускали из приюта. Число карточек увеличилось уже до двенадцати, а дети, окрылённые успехами в чтении, упрашивали Таню: «Ещё почитать!»
Перед сном мы долго говорили с Таней о творческих методах обучения детей, уже открытых учёными, но не востребованных на практике.
– Как я соскучилась по своей работе, – говорит она, засыпая, – и как же хочется деткам помочь!

На следующий день Таня опять уезжает с отцом Илиодором. Оказывается, благотворители привезли в монастырь продукты в помощь многодетным семьям и неимущим старикам, и теперь о. Илиодор вместе с Таней развозят их по домам. Старики, конечно, рады продуктам, а ещё больше вниманию. Они одиноки, поговорить не с кем, а потому усиленно приглашают на чай. А за чаем, как водится, идёт беседа.
– Отец Илиодор, я сейчас изучаю науку об эволюции и никак не могу понять, – недоумевает ветеран Великой Отечественной войны. – Значит, сначала на сушу выползла рыба и стала, допустим, четвероногой собачкой, а потом от обезьяны произошёл человек. Но ни мой дед, ни прадед ни разу не видели, чтобы собачка превратилась в мартышку!
– Человек произошёл от Бога, а не от какой-то там паршивой обезьяны! – величественно парирует иеродиакон.
– Да, но души у человека нет. В организме есть печень, желудок, а души в организме нет.
– Отец, скажи, ты учился в школе?
– А как же.
– Значит, изучал, что есть неодушевлённые предметы и одушевлённые. Вот камень неодушевлённый. А ты кто?
– Я одушевлённый! Это от слова «душа»?
Потом эти люди приходят в храм. И дело здесь, вероятно, не в словах, убедительных или наивных, а в том, что люди чувствуют сердцем – отец Илиодор любит их. Он очень добрый, хотя и выглядит суровым.

Вот сидит он за рулём «газели», этакий мрачный неулыбчивый армянин, и говорит сердито:
– Искушение. На трассу выехать нельзя – кругом одни пешеходы!
А проехать мимо инвалида или ветхой старушки отец Илиодор не может. Его машина всегда полна людьми. Однажды отец Илиодор сломал ногу. Но как только наложили гипс, он тут же сбежал из больницы, чтобы, как всегда, кому-то помочь.
– Отец Илиодор, – бежали за ним следом медсёстры, – вы без ноги останетесь, у вас сложный перелом!
– Что нога? – сказал иеродиакон. – Нога сгниёт, а душа останется. О душе надо думать, а вы «нога, нога»!
А может, чтобы обратить кого-то, надо иметь эту огненную любовь к Богу и к людям? И тогда любовь обжигает любовью, а от свечи загорается свеча.

Через два дня застаю Таню в храме, где под присмотром о. Илиодора она читает записки на панихиде и молится об усопших.
– Отец Илиодор, – говорю опасливо, – она же некрещёная.
– Сразу после панихиды идём креститься. Так батюшка благословил.
– Да-да, мне срочно надо креститься, – с горячностью подтверждает Татьяна. – Мне батюшка дал на исповеди нательный крестик и иконой благословил.

Слушаю и ушам своим не верю, но всё было именно так. Раба Божия Татьяна крестилась, уверовав в Господа нашего Иисуса Христа. Как свершилось чудо – необъяснимо, но всех охватила такая радость, что Таню буквально задарили подарками. В общем, уезжала она домой уже с солидным багажом. В последний вечер мы сидели с Таней у костра. На дворе уже осень, и надо сжечь палую листву и сухие обрезанные сучья яблонь. Искры взлетают высоко в небо, а Таня рвёт и бросает в огонь свои «академические» учебники по оккультизму. Но мы об этом не говорим. Что слова? Сотрясение воздуха. И ничтожны все земные слова, когда душа пламенеет любовью к Спасителю и, исчезая, сгорает прошлое.

На прощанье Таня подарила мне привезённую из Молдавии книгу «Житие и писания молдавского старца Паисия Величковского», нную Оптиной пустынью в 1847 году.
– Эту книгу, – рассказывала она, – мне дала перед смертью Лидия Михайловна и сказала: «Однажды, Танечка, ты поедешь в Оптину пустынь и поймёшь, что Оптина начинается с Молдавии – с нашего молдавского старца Паисия Величковского. А когда мы читаем святых отцов, они молятся за нас. И однажды старец Паисий возьмёт тебя за руку и, как деточку, поведёт за собой».
Дивен Бог во святых Своих! И святые, действительно, молятся за нас, а дивный старец Паисий Величковский и доныне приводит кого-то в монастырь, как привёл он сюда нашу Танечку.

Историческая справка. Оптина духовно связана с Молдавией, и возрождение захудалого некогда монастыря началось с ния трудов и переводов родоначальника старчества Паисия Величковского. Именно высокий дух этих творений породил тот феномен Оптиной, когда святость сочетается с учёностью, а сокровенное монашеское делание – с открытостью и любовью к людям.
* * *
Через полгода я получила от Тани письмо, где сообщалось, что у них с мужем всё хорошо. Они обвенчались, окрестили детей, а Таня устроилась на работу в колонию для несовершеннолетних.
В конце письма было признание: «Перед поездкой в монастырь я хотела повеситься». И тут я ужаснулась, вспоминая, как повесился Димочка, единственный сын нашего участкового врача Л.

Однажды мама узнала, что Дима попробовал в компании наркотики, и тут же отвела его в Центр здоровья, где лечили от наркозависимости приёмами из практики оккультизма – дианетика, йога, и бесконечные медитации, разрушающие, как известно, психику. За лечение в Центре брали огромные деньги, но именно это убедило доверчивую маму, что такие деньги не станут зря брать.
– Родная моя, – умоляла я Л., – немедленно забирай Димку из Центра. Это, поверь мне, дорога в ад.
Но Л. не поверила и даже настаивала, чтобы Дима аккуратно посещал занятия. Господи, как трудно вырастить рнка и как легко потерять его! После смерти Димочки Л. так и не оправилась. Болеет, плачет и не хочет жить, а я всё уговариваю её сходить в церковь.

Вот и Таня писала о своём прошлом: «Мне не хотелось жить, а временами охватывал такой ужасающий страх, что я прятала от себя ножи и верёвки. Я понимала, что погибаю, но мне было уже всё равно. И вдруг однажды утром я продала своё последнее колечко и побежала к поезду. Я не хотела ехать, сопротивлялась, но кто-то повелевал: “Беги!” И я бежала с одной мыслью – только бы успеть добежать!»

Таня успела. Она добежала…

Дай нам познать Тебя, Милостивый Господи, ради Димочки, матерей и погибающих детей, уже отравленных ядом богоборчества.» http://www.sahalin.info/forum/index.php/topic,6751.0.html




............................................

Кира, вернись!


Кира – это сама элегантность. Одевается в известных фирмах Европы, следующих традициям той высокой моды, что не допускает ничего кричащего, вульгарного и бьющего по глазам. Всё очень скромно, очень дорого и изысканно. А в Европу Кира ездит как к себе домой, потому что папа у нее «шпион», то есть дипломат, и к тому же благородных дворянских кровей.
В Кире чувствуется дворянская выучка: прямая спинка, прекрасная чистая русская речь без новомодного сленга. А главное – та особого рода воспитанность, когда в ситуациях, где люди взрываются и кричат, Кира царственно спокойна. Помню, на именинах у Киры собрались ее подружки с филфака, читающие английские книги в подлиннике, а Сервантеса – на испанском. Поздравить именинницу зашел сосед, поэт-песенник Витя, известный своей способностью регулярно жениться на блондинках из той серии, когда одна блондинка спрашивает другую: «Как правильно пишется – Иран или Ирак?» В общем, поднял Витя тост в честь прекрасных дам и вдруг начал хамить:

– Ненавижу умных баб! И как с вами, умными, мужикам-то живется?

– А как тебе, Витенька, живется с неумными? – ласково спросила именинница.

Тут Витя густо покраснел, потому что его любимые жены были настолько вульгарны, что поэт втайне стыдился их.

А еще Кира прекрасная рассказчица. Вот мы едем с ней из Москвы в Оптину пустынь, и Кира рассказывает мне истории, известные ей от бабушек. Как в старину отмечали Рождество и Пасху, а на именины съезжалось множество гостей. Не день рождения, как сейчас, а именины считались тогда главным праздником, потому что люди благоговели перед своим Ангелом-хранителем, воздавая ему славу и честь.

Дорога долгая, слишком долгая. Из-за ремонта моста через Оку прямые рейсы на Козельск отменили, и мы добираемся до монастыря кружным путем, пересаживаясь с автобуса на автобус.

– У нас, у дворян, Православие в крови, но без шарахнутости новоначальных
– Хочу купить дом возле Оптиной пустыни, – говорит Кира. – У нас, у дворян, Православие в крови, но без той самой шарахнутости новоначальных.

«Шарахнутость» – это про меня. Кира, посмеиваясь, вспоминает, как после крещения я чистила свою домашнюю библиотеку. Стеллажи до потолка, сотни сотен книг, а авторов, возлюбивших Христа, единицы. Как раз в ту пору я прочла у преподобного Иоанна Мосха сказание о праведном старце Кириаке. Однажды к келье аввы Кириака пришла Пресвятая Богородица, но отказалась войти внутрь, сказав, что в келье находится Ее враг. Оказалось, что некий посетитель оставил в келье подвижника еретическую книгу.

Помню, как под впечатлением от этого сказания я хотела избавиться даже от моего любимого поэта Афанасия Фета, прослышав, что он покончил жизнь самоубийством. Слава Богу, что это не так: Фет умер от разрыва сердца, когда бежал в свой кабинет за пистолетом, решив застрелиться. Не добежал. Видно, помиловал Бог.

И всё же Кира не зря говорит про «шарахнутость». Вот и сейчас я некрасиво «шарахаюсь», когда Кира достает из сумки и предлагает мне почитать в дороге книгу известного оккультиста.

«Сама не пойму: я или не я?» – Кира меняется. И чем ближе к Оптиной, тем заметней перемены. А потом начинается ужас.
– У меня с этим автором, признаюсь, роман, – сообщает Кира. – Представляешь, человек жил в буддийском монастыре, великолепно знает Блаватскую и Рерихов, а на его лекциях зал всегда битком. Вот вернемся из монастыря и вместе сходим на лекцию. Договорились?

– Нет.

– Что, боишься меня, б…? – басит и матерится Кира.

– Кира, не пойму, это ты сказала?

– Сама не пойму: я или не я?

Кира меняется. И чем ближе к Оптиной, тем заметней перемены. В час ночи наконец-то добираемся до Оптиной. Монастырь уже рядом, надо только пройти через лес. А в лесу начинается ужас. Кира рычит, как зверь, и матерится так, что даже в зоне, где я работала с заключенными, не приходилось слышать таких вонючих, смердящих слов.

– Кира, милая моя, не надо!

Но уговаривать бесполезно. Это уже не Кира. Даже лицо другое: уродливое, страшное, странное. Лицо дергается в нервном тике и бугрится шишками так, будто под кожей бегает зверь.

– Ненавижу монахов! – гнусаво воет некто в образе Киры. – Ненавижу, убью, сожгу!

И в криках такая обжигающая ненависть, что, кажется, вспыхнет пожаром лес.

В два часа ночи засыпаем в монастырской гостинице, а в пять утра нас будят на полунощницу. Ни в гостинице, ни в монастыре Киры нет. Наконец нахожу Киру возле уличного канализационного люка. Шофер ассенизаторской машины открывает люк, опуская туда шланг. А Кира отталкивает его от люка и, сунув водителю пачку долларов, истошно визжит:

– Вези меня отсюда! Гони! Скорей!

Ассенизатор, ахнув, смотрит на доллары: таких денег ему за год не заработать. И ассенизаторская машина вместе с Кирой мчится прочь от монастыря, волоча за собой неубранный шланг.

– Кира, вернись! – кричу я беспомощно и растерянно смотрю вслед.

– Нашла чему удивляться! – сказал мне потом знакомый монах, когда я рассказала ему о Кире. – Помнишь, как папа инока М. не мог войти в храм?

Как не помнить! Известная была история: родители инока М. часто приезжали в Оптину на своем стареньком «Москвиче». Сергей Иванович, отец, довозил до ворот монастыря маму инока и тут же, как ошпаренный, мчался прочь. Он не то что в храм – в монастырь не мог зайти.

С тех пор прошли годы. Инок М. теперь иеродиакон, его мама – монахиня, а Сергей Иванович смиренно молится в церкви. Однажды я спросила его, почему он прежде не мог войти в храм.

– А доверяете ли вы, – ответил он вопросом на вопрос, – словам апостола Петра: «Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как лев рыкающий, ища кого поглотить»? Раньше я едко высмеивал людей, уверенных в существовании духов злобы поднебесной. Откуда, думаю, такое мракобесие, и это в наш просвещенный век? А лев рыкающий – реальность. Однажды он дохнул мне в лицо таким зловонием преисподней! Простите, не хочу вспоминать об этом, и монахи советуют: «Не оглядывайся назад».

Монахов Сергей Иванович называет бурлаками, поясняя, что вот как в старину бурлаки тащили баржу против течения, так монахи вытащили его из той зловонной трясины, где он мучился такой лютой мукой, что уже не хотел жить.

***


Епископ Варнава (Беляев; † 1963), автор четырехтомника «Основы искусства святости», хотел написать еще один том по аскетике – о сатане и духах злобы поднебесной. Собрал богатый материал, начал работать над книгой. Но вдруг почувствовал духовную опасность и уничтожил рукопись, ибо прикосновение к скверне оскверняет.

И всё же расскажу еще одну историю. Однажды в Оптину пустынь приехала из Москвы молодая художница, чем-то похожая на Киру.

– Батюшка, подскажите, пожалуйста, – попросила она, – какая вера самая лучшая? Мой покойный папа-бизнесмен был наполовину татарин, наполовину еврей, а по убеждениям – атеист. Папа очень любил меня. Может, в память о папе мне принять ислам или иудаизм? А моя мама, русская, советует креститься в Православной Церкви. Как, по-вашему, батюшка, какую веру мне лучше избрать – иудаизм, Православие или ислам?

Батюшка поперхнулся от такого вопроса и посоветовал просто пожить в монастыре и присмотреться. А дальше случилось то, о чем говорится в житии святого равноапостольного князя Владимира. Приходили к нему послы мусульман, латинян, хазарских евреев и уговаривали принять их веру. И князь послал мудрых людей в разные страны, чтобы исследовать веру других народов. Когда же в Киев вернулись послы, побывавшие на византийском богослужении, то сказали они князю: «Не знали – на небе или на земле были мы, ибо нет на земле красоты такой, и не знаем, как и рассказать о том. Знаем только, что пребывает там Бог с людьми». Вот и я не знаю, как рассказать о том сокровенном, когда художница почувствовала живое присутствие Бога и полюбила Православие так, что крестилась с радостью и не ведая сомнений.

Каждую ночь она мчалась в Оптину и барабанила в дверь монастырской гостиницы: «Пустите переночевать хоть на полу в коридоре!..»
А после крещения начались странности. Жила тогда художница в доме своих друзей, уехавших на заработки в Европу. Дом был хороший, благоустроенный, неподалеку от монастыря. И вот каждую ночь молодая женщина мчалась, как угорелая, в Оптину пустынь и барабанила в запертую дверь монастырской гостиницы: «Пустите переночевать хоть на полу в коридоре! Ой, пустите меня скорей!» Иногда ее пускали, иногда – нет. И тогда художница выпросила разрешение ночевать в монастырской кладовке среди веников, ведер и швабр. Из монастыря она теперь не выходила и непрестанно молилась: прочитывала за день почти всю Псалтирь и какое-то множество канонов.

У святых обителей есть своя особенность. Иные люди благополучно живут в миру, не подозревая о своей тайной духовной болезни, похожей на вялотекущий грипп. А в монастыре тайное становится явным, как это было у Киры и папы инока. Вот и московская художница удивляла людей. Странно всё-таки, согласитесь: у молодой красивой женщины есть прекрасный дом, а она ночует, как мышь, на полу в кладовке. Лишь много позже стало известно: в ту пору ее воочию преследовал бес в виде звероподобного существа с клыками. Только монастырские стены и молитва обращали клыкастого в бегство. Тут шла жестокая духовная брань, но художница не сдавалась и самоотверженно билась с нечистью.

Через некоторое время ее постригли в монахини. А после пострига мать открыла дочери семейную тайну: оказывается, их дедушка, священник, был зэком-мучеником, и его расстреляли за веру в Христа.

– Так вот кто меня отмолил! – обрадовалась монахиня.

Теперь эта монахиня помогает старцу отмаливать духовно больных людей. Пробовала и я отмаливать Киру, но батюшка сказал: «Не твоей это меры, надорвешься». И велел молиться так:

«Господи, верую и исповедаю, что Ты любишь рабу Божию Киру больше, нежели я умею любить. Возьми же ее жизнь в Свою руку и сделай то, что я жажду сделать и не могу».

А я, действительно, верю, что Господь любит Киру и каждого из нас. Всё упование мое – на эту любовь.

Нина Павлова

27 августа 2014 г.

http://www.pravoslavie.ru/73199.html


  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472674

DoriNoriOriОтправлено: Aug 27 2017, 17:14

Ответов: 1
Просмотров: 831

https://youtu.be/uMF4-boPrXY -

Вернувшись с того света.
О том, как Василий Лазарев умер, увидел Христа и воскрес

Мы продолжаем знакомить наших читателей с программой телеканала «Спас» «Мой путь к Богу», в которой священник Георгий Максимов встречается с людьми, обратившимися в Православие. Опыт, пережитый гостем этого выпуска программы, – драматичен и одновременно… светел, ибо в корне поменял его жизнь, стремительно несущуюся под откос, повернул ко Христу. Как и почему оказался Василий на том свете, что пережил там, как чувство Христовой любви помогло правильно осмыслить жизнь здесь, – его рассказ.

Священник Георгий Максимов: Здравствуйте! В эфире передача «Мой путь к Богу». Сегодняшний наш гость, скажу сразу, пережил весьма драматичные события в своей жизни, которые и привели его к Богу. В среде людей, далеких от веры, есть такая поговорка: «С того света никто не возвращался». Произносится она с тем подтекстом, что будто бы никто не знает, что нас ждет после смерти. Однако история нашего гостя эту поговорку опровергает. Но прежде чем переходить к разговору о его смерти и возвращении, поговорим немного о предыстории. .....
  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472669

DoriNoriOriОтправлено: Aug 26 2017, 22:23

Ответов: 1
Просмотров: 953

магазине! А это белый пушистый кот, если нажать на бок, он слышишь как мяукает? По размеру, наверное, сейчас больше нее будет… Что-то я забыл сказать… А, вспомнил! Денег дома больше нет! Но поверь, у меня зарплата на днях!
И я рассмеялась — так смеются после тяжелых испытаний и многих скорбей, когда уже все позади. Со мной мой простодушный добряк-муж, родные и Бог, Он всегда был со мной, я ведь не была одинокой с того злополучного момента…
«Благоговею и безмолвствую перед непостижимыми для меня Твоими судьбами…» Как же хорошо я поступила, что никому не говорила про анализ! Все были спокойны, все спокойны и теперь… вот только где же Андрюша?
Мальчик родился в этом же отделении через два дня. Его мать Юлю я узнала сразу, она была одной из тех трех женщин, с которыми я платила за анализ. Юля ждала здоровую девочку.
Роды были тяжелыми, и она все еще находилась в отдельной палате, когда пришла в себя, ей сказали, что ребенок с аномалией развития, и предложили оставить в роддоме. У нее была истерика:
«Как же так! Ведь я сдавала анализ, и все было хорошо! — плакала она. — Если бы знала, то сделала бы аборт!» Я представляла, как ей сейчас трудно, но чем я могу помочь? Имею ли я право вмешиваться? Когда выключили свет, не могла уснуть, пыталась молиться, просила Бога указать мне, что делать. Молитва была нестройная, перебивалась разными посторонними мыслями, так я и уснула.

На следующий день пришла врач и сказала, что нам с дочкой можно идти домой. Я позвонила мужу, он сказал, что сможет забрать меня только в полдень, до полудня оставалось три часа… Господи, как мне поступить? Что будет, если я поговорю с ней? В самом худшем случае она меня просто проигнорирует, ну может быть, примет за ненормальную. А если не пойду и она оставит ребенка в роддоме? Буду жалеть всю жизнь. Предстоял нелегкий разговор.

Я приоткрыла дверь палаты. Юля стояла спиной ко мне и смотрела на окно, которое все больше залипало мокрым снегом. Услышав скрип двери, обернулась. Худенькая блондинка лет тридцати, глаза запухли от слез, волосы собраны резинкой в «хвостик», на шее янтарное ожерелье. Она вопрошающе посмотрела на меня. Я не знала, с чего начать разговор, и сказала:
— Вы не против, если я сяду?
— Садитесь, — она указала на стул недалеко от двери.
— Не знаю, стоило ли мне приходить, — начала я, — я очень долго думала и все-таки решила зайти к вам, чтобы рассказать все, что со мной случилось, выслушайте меня, пожалуйста.
— Не волнуйтесь, я слушаю, — ответила она. И я рассказала обо всем, с того момента, как сдала анализ, и до дня родов.
— Это вы пришли рассказать мне, как вам повезло и как у вас теперь все будет хорошо? Что ж, довольно цинично! У вас все?
— Нет. Поймите, мне намного проще и спокойнее было бы не беспокоить вас, но почему-то хотелось поделиться с вами тем, чему сама научилась за те месяцы, когда думала, что у меня будет больной ребенок. Простите, у меня ничего не получилось.
— Почему же, получилось! Я просто завидую тому, как у вас все хорошо получилось. Была бы я на вашем месте…
— На моем месте? Подумайте и ответьте честно хотя бы себе, что бы вы сделали, если бы вам сказали, что не надо портить себе жизнь, лучше избавиться от больших проблем, сделав маленькую операцию? — не удержалась я.
— Нечего лицемерить, сделала бы сразу аборт.
— И убили бы своего здорового младенца, если бы были на моем месте! На ее глазах я заметила слезы.
— Уходите! — громко сказала она.
— Да, уйду. И простите меня, пожалуйста, ради Бога.
— Ради Бога? За что Он дал мне такой груз? За что заставляет меня мучиться всю жизнь? Ответьте мне, как вы могли не потерять веру в Него, зная, что носите ребенка, который будет вам не в радость, а в наказание за непонятно какие грехи?
— По милости Его, — ответила я. — Еще раз прошу прощения за то, что пришла и потревожила, и прошу вас, любите своего сыночка только за то, что Господь послал вам именно этого ребенка. Я могу поделиться с вами той молитвой, которая поддерживала меня все это время.
Я взяла на тумбочке лист бумаги и написала молитву святителя Филарета.
— Я пойду. Крепитесь.
— Да… Простите меня.
Она держала в руках листок с молитвой. Господи, помоги ей достойно нести нелегкий крест!
Алла Проскуровская, г. Староконстантинов, Хмельницкая область




НЕ УЧАСТВУЙТЕ В ДЕЛАХ ТЬМЫ…
У худенькой Наташи обозначился животик! Надежда, обрадовалась за подругу: будет у ее Димки братик или сестричка… И муж, наверное, ждет — не дождется?
А Наталья нахмурилась:
— Не буду я рожать. Куда — квартира однокомнатная, больших денег ни Сергей, ни я, не получаем. Куда нам второго…
— Да ты что! — изумилась Надежда. — Как можно — ребеночка убить! Помнишь, сама ведь жалела, что по глупости сделала аборт. А теперь что — по уму? Да с такими сроками, кажется, и не делают абортов.
— Делают искусственные роды.
Надежда не удержалась от слез. Вспомнила, как в больничной палате ее подруга по несчастью, Лена, — обе они тяжело больны, — разоткровенничалась, рассказала о своей любовной драме. Когда поняла, что «жених» и не думает брать ее в жены, заметалась. Что делать? Оставлять ребенка — позор, что люди скажут! Нет, надо идти к врачу… А гинеколог сразу предложила: срок большой, сделаем искусственные роды.
Дело было зимой, и когда шестимесячный мальчик появился на свет, когда зашелся в своем первом и последнем крике, ребенка вынесли голеньким на балкон чтобы он замерз там и умер, а все его органы остались здоровыми, пригодными для дальнейшего использования…

Лена лежала в палате и слышала сквозь стеклянную дверь, как жалобно плачет ее умирающий мальчик. Как затихает его отчаянная мольба о спасении…
Наталья спокойно выслушала этот рассказ. Ни одна жилка не дрогнула на бесчувственном лице.
— Я уже обо всем договорилась.
— Да в этом ли дело, Наташа! Ведь ты сама покоя и сна лишишься, будешь слышать плач своего ребеночка…
— Переживу, не бойся.
— Наташа, а если Бог тебя через сына накажет? Если Димка умрет? Ведь бывали случаи: женщину отговаривали от аборта, она же — вот как ты — заупрямилась, сделала аборт, а дома в это время ее малыш погиб, уж не помню от чего. А еще было при мне — привезли в больницу пострадавших в аварии. Муж и жена пожилые, покалечились, а единственный их сынок, четырнадцатилетний, был в коме. Умер дня через два или три. Так ведь как его мать плакала, как убивалась, корила себя за то, что родила одного…
— Я еще молодая, надо будет — рожу.
— А если Бог не даст больше детей? Что тогда?
— Буду к Аленке ходить, она недавно родила, с ее Илюшкой понянчусь — и ладно.
Горько и тяжело было на сердце у Надежды. Что еще говорить подруге, если она ничего не хочет слышать? Если готова со спокойной душой принести кровавую жертву Молоху…
Через несколько дней Наталья пришла к Надежде и попросила:
— Пусть у тебя Димка до вечера побудет. Я на анализы иду…
Надежда молча согласилась, хотя знала, для какого черного дела нужны эти анализы.
… Вечером у Надежды заболели ее собственные дети. Утром были здоровехоньки, а к вечеру запылали огнем. Кое-как таблетками и уколами, а главное — святой водой и молитвами вытянула детишек из болезни. Но у среднего сына, четырехлетнего Коленьки, ладошки стали красными, словно обожженными. Словно кровь младенца, убиенного не без молчаливого содействия мамы, запеклась на его ручках.
Долго, долго еще оставался этот красный след на обеих ладошках мальчика.
Ольга Ларькина




«Я ТОЖЕ ПРИЧАСТНА…»
Я хочу покаяться не в убийстве собственного ребенка — в этом грехе я, слава Богу, не повинна. Знакомую, о которой пойдет речь, на непоправимый поступок толкнули отчасти мои слова, сказанные в припадке горячности (хотя это ни в коей мере их не оправдывает). Как издавна говорят на Руси: «Слово не воробей, вылетит — не поймаешь!»

Так получилось, что самые бурные годы перестройки, коренным образом изменившие жизнь нашей страны, совпали с моей студенческой юностью в Москве. Нам было по 18–20 лет, и мы, как губки, восторженно впитывали все, что происходило вокруг, открывая для себя жизнь с неизвестных доселе сторон. Бегали на митинги, нашумевшие спектакли, выставки и рок-концерты, жадно читали и обсуждали газетные и журнальные публикации, слушали запрещенную ранее музыку. В нашей комнате общежития вечно «тусовались» неформалы всех возможных мастей: хиппи, панки, члены разнообразных политических объединений, самодеятельные рок-музыканты и прочая богемная публика, коромыслом висел табачный дым и полуночные беседы запивались литрами чая и более крепких напитков.

У моих соседок по комнате была подруга по имени Ольга, на которую я, недавняя «домашняя девочка», смотрела с немалой долей ужаса. Ольга давно ушла из дома и жила по всевозможным тусовочным «флэтам», курила, сквернословила, не чуждалась наркотиков, не говоря уже о приверженности так называемой «свободной любви». И наконец произошло то, что должно было произойти — Ольга «залетела». Решение было однозначным — аборт. Но за день или два, обсуждая в нашей комнате предстоящее событие, она вдруг произнесла полушутя, полусерьезно:
— А может быть, все-таки родить? Будет «бэбик»…
— Ага, конечно, рожай! — подхватили девчонки. И… бурно веселясь, начали вместе с Ольгой расписывать друг другу «радужные» перспективы Ольгиного «бэбика». Слушать это было невыносимо, и я, не выдержав, сказала зло: «Тогда тебе действительно лучше сделать аборт!»
Пауза, и… все разразились дружным хохотом. «Вот так, значит. Решили судьбу!» — как-то удивленно воскликнула одна из моих соседок. «Ну, решили так решили», — махнула рукой слегка сникшая Ольга.

…Ольга вернулась через несколько дней, и все пошло по-прежнему. Но когда она рассказывала в нашей комнате о кошмарных подробностях аборта, о том, что врач долго не мог найти голову младенца, я вдруг, с ужасом и раскаянием вспомнив свои недавние жестокие слова, почувствовала (осознала я это значительно позже), что непоправимое уже произошло, и что я тоже причастна к убийству Ольгиного ребенка. Я оправдывала себя тем, что Ольга давно уже все решила и мои слова не сыграли никакой роли, что этому ребенку, зачатому в пьяном угаре (Ольга даже не помнила, кто был его отцом!), быть может, действительно лучше было бы не родиться… оправдывала, но не находила оправдания.

Теперь, через десять лет, молясь о прощении своей вины, я с горечью и сожалением думаю: а может быть, рождение ребенка изменило бы Ольгину жизнь? Ведь человек она, в сущности, очень неплохой, а вспоминая, как она по-матерински опекала малолетних панков, легко представить, что необходимость заботиться о крошечном родном человечке сделала бы ее хорошей матерью. И, бросив ей в лицо непоправимо злые слова, я совершила двойной грех: не только подтолкнула к убийству беззащитного малыша, но, осудив Ольгу, отказала ей в праве на материнство, в милосердно дарованном Господом шансе отпасть от прежней, греховной жизни.

Ведь даже среди фарисеев, которых Христос считал значительно дальше от Царства Божия, нежели разбойников и блудниц, не нашлось того, кто посмел бы кинуть камень в грешницу, услышав от Господа: «Кто без греха, пусть первым бросит камень!» (как же далеки тогда были от меня эти евангельские слова!). Гордясь собственной «праведностью» (хотя и далеко не благодатного свойства — я тогда еще не была крещена), тем, что не поддалась на многие соблазны, которыми изобиловала вольная жизнь вдали от дома и родителей, я не понимала тогда, что грешна ничуть не меньше, а может быть, даже больше. Ибо те пороки, которые я осуждала в своих сверстниках, все же менее страшны чем фарисейская гордость, так как оставляют в глубине души чувство вины и опустошенности: об руку с блудом следует одиночество, а после алкогольного и наркотического опьянения наступает «ломка»; сломить же фарисейскую гордость и привести к покаянию порой может, как это ни прискорбно, лишь более глубокое падение… Прости меня, Господи!
Надежда



СПАСЕННЫЕ ИЗ ОГНЯ
— Кинель-Черкассы… Здесь блаженная Мария Ивановна раньше жила, — сказала, подойдя ко мне, женщина в одежде спортивного стиля. Я встрепенулась, настроившись на рассказ о блаженной старице. Дальняя дорога, да еще после увиденных воочию великих чудес (мы возвращались из Державино от мироточащих икон) располагает к особой, исповедальной тональности разговоров. А проплывающие мимо села будят в душах людских связанные с ними воспоминания.

— Раньше-то я жила — не задумывалась, как живу. Вроде бы, все аборты делают — и я двух своих деточек загубила. Жалела не их, а себя: зачем нищету плодить да быть посмешищем у «разумных» людей?
Только один раз увидела я во сне: дом горит, и в огне мечутся, погибают двое малышей, заходятся в крике! Так мне их жалко стало — все кругом рушится, а я бегу, хватаю их и вытаскиваю из огня. Тяжело мне и страшно, и огонь жжет — бросить бы их да спасаться самой, а я не могу: сгорят малышечки!.. Вынесла на свет Божий.

Вот когда я поняла, что натворила! Хоть криком кричи — не поможет. Так и стоят перед глазами эти деточки, охваченные пламенем. За что я их, невинных, в адский огонь бросила? И как спасти?!
И подсказали мне, что в Кинель-Черкассах живет Божия праведница, что многим людям она помогает советом и молитвами. Приехала я к ней, а она одно только и сказала: «Молись, молись!» И сама стала за меня, окаянную грешницу, молиться.
И твердо решила ребеночка родить, чтобы через тяготы хоть как-то искупить свою мерзость. И по матушкиным молитвам понесла! Теперь вот растет у меня доченька, и столько радости она мне дает, столько счастья!
А о детушках своих убиенных я молюсь. И страшная скорбь, что меня так мучила, теперь прошла. В душе умиротворение и светлое чувство, словно Господь моих чадушек из огня вынес, обогрел их Своей лаской, — и они меня простили.
Дал бы Бог!..
Ольга Ларькина



«ГДЕ СЫН ТВОЙ?..»
— Я сегодня побывал на том свете, — Владимир вышел из спальни с белым без кровинки лицом.
— И что ты там видел? — без особого интереса спросила его жена — так, лишь бы не молчать; уж столько наслушалась всякого от неверующего мужа, что и не ждала ничего, кроме очередного кощунства. Но муж ответил серьезно:
— Все! Я и был там, может быть, какие-то секунды, а увидел все… Вдруг — уж не знаю, сон это был или явь, — оказался в каком-то ровном пространстве, вроде бы в степи. Я стоял почему-то совершенно голый среди таких же голых людей…
— Ну правильно: нагими приходим мы в мир, нагими и уйдем, — сказала жена. — Там не укроешь под одеждой свои изъяны и греховные язвы… Правда, говорят, что праведники приходят на Суд Божий в белых одеяниях — но это их молитвы и добрые дела покрывают все грехи. Так что же было с тобой?

— Какой-то приятный голос (баритон или что-то подобное) стал спрашивать меня. Нет, это не был допрос… Он как будто жалел меня. Но Он знал обо мне все! — я это понял, — и все-таки спрашивал о моей жизни. Я удивился, когда Он спросил:
— А где твой Саша?
— Какой Саша? У меня только три дочери. Был еще сын — его забрала с собой моя первая жена, но его зовут Сережа. Нет у меня никакого Саши!
И тут я вспомнил твои слова, что нельзя умирать нераскаянным. И я сказал:
— Я не могу умереть сейчас, неготовым! Я же еще ни разу не причастился, не исповедался…
И тут же я очнулся на кровати. Лежу, весь в поту, дыхание сдавило — не могу дышать. Кое-как, еле-еле собрался с силами и задышал… — Что же это за Саша? — размышляла вслух жена. — А твоя первая жена не делала аборта? Или другие твои женщины?
— Кто их знает… — И вдруг Владимир вспыхнул багровым румянцем стыда — Саша!.. После армии я впервые сблизился с женщиной, на шесть лет старше меня. Она забеременела и хотела назвать ребенка Сашей, в честь первого мужа. Но я не хотел на ней жениться, и она сделала аборт.
Ольга, г. Самара



НЕРАСКАЯННАЯ ДУШЕНЬКА
— Никак хоронят кого-то? — женщины в очереди зашевелились, оглядываясь на пустынную в этот час дорогу. По правой стороне в полной тишине, без музыки и громких причитаний, медленно двигалась жалкая процессия: запыленный грузовик с откинутым бортом и несколько человек, идущих за гробом.
— Да Катерину же, Митиху! — взгляды женщин оживились, загорелись сочувствием. Как видно, умершую хорошо знали. Это у меня, приезжей, знакомых в этой вятской деревушке раз-два и обчелся, а так все тут как на ладони. И Катерину, похоже, искренне пожалели — из-за неожиданной ее смерти.
Только одна старушка угрюмо покачала головой:
— Грех-то какой… Хлеще, чем самоубивство!..
— Какой грех? — не сдержала я любопытства.
— А че — грех он и есть грех. Хоть ты его абортом назови, хоть как, — отозвалась моя соседка Августа — мы в очереди за хлебом стояли рядом. — У ней, вишь, Катерины — от, ужо четверо ребенков, дак она в больницу постыдилась, сама аборт сделала и померла. Сама была баская, токо больно тихая… Кому детей оставила? Щас-то их ейная мать к себе увезла, на неделю. Да ведь ненадолго. Сама старуха… Митька теперя еще боле запьет!
— Запье-от, — подтвердила другая бабка. — И пошто она, безпутая, в больницу не пошла!
— А то в больнице не помирают, — возразила все та же суровая старуха в темном платке. — Клавка Спиридониха — тоже от аборту померла. Скоко она их поубивала, невинных ребятенков, вот и померла. Тоже все боле умная была, всех учила — жить, мол, не умете. Куды детей клепате? Вот, мол, я нищету плодить не стану. Уж у ней ли не у ней дети обуты и одеты, краше некуды. А теперя че? Осиротила малых, вот и ум-от, вот и богачество. С мачехой-то, гляди, наплакались обое…
— Ну тя послухать, дак надо кажного рожать! — отмахнулась полная Лидия. — Прям вот десятками ребенков облепить себя и нужду хлебать…
— Да лучше нужду хлебать, чем безвинных убивать! — старуха выпрямилась, глядя со сдержанной скорбью. — Вот скажи-ка мне, мудрая умница, где теперя ее душенька — Клавкина-то — обретается? И куды Катерину Господь определит?
— Ой да не знаю я ниче, — поскучнела Лидия. — Это ты все в церкву ходишь за сорок-от верст, а нам грешным недосуг.
— А ходила бы — дак знала бы, че к чему. Двойной ведь грех-от, дите убить и самой без покаяния загинуть. Как ведь Христос сказал — от: «В чем застану, в том и сужу». Дак вот она, нераскаянная душенька прям с убиенным ребятеночком и идет ко Господу, как разбойник с загубленной душой… И руки у ей, и подол весь в крови. А деточка малая восплачет ко Господу: «Рассуди меня, Боженька, с родимой моей маменькой, лютой убивицей!..»
Могильным холодом потянуло от ее слов. Все невольно замолкли, как-то съежились. Я оглянулась — похоронная процессия была уже в конце улицы. Еще немного, и опустят гроб в уже стылую землю, за кладбищенской оградой, где хоронят самоубийц. И даже креста не поставят на могилке…
Ольга Ларькина




Добавлено 26 Aug 17, 18:23

И СЕРДЦЕ ОМЫЛОСЬ СЛЕЗАМИ…
Супружеская моя жизнь началась банально. Друзья познакомили нас с будущим мужем. Мы повстречались, сблизились… — и я забеременела. Затем свадьба, рождение сына.
Все вроде бы складывалось нормально. Но весь ужас был в том, что с самого детства нас убеждали и в школе и дома, что ребенок — только тогда человек, когда родится, а до того, во чреве матери — это кусок мяса, не более… И аборт воспринимался как обычная операция, что-то вроде удаления зуба.

Напичканная такими представлениями, я не задумываясь убила троих детей, которых Господь посылал нам после рождения сына. Муж до этого выпивал, да и жили мы бедно. Но после убийства (сознательно не употребляю слово «аборт», ибо вещи надо называть своими именами!) стало еще хуже. Муж стал пить еще больше, избивал меня, а когда бросил пить, то стал гулять с другими женщинами. Когда же он захотел сойтись с одной из них, тут-то на меня и снизошло озарение — все это наказание от Бога.

Стала я потихоньку воцерковляться. Ходила в церковь и молилась, чтобы Господь спас мою семью. Стала исповедоваться, причащаться. И, слава Богу! — муж вернулся в семью. Но, оглядываясь назад, я теперь понимаю, что мое раскаяние в грехе детоубийства было лишь на уровне головы, но не сердца. Я умом лишь понимала, что это грех. Из-за отсутствия информации о том, что представляют собой средства предохранения (спираль и таблетки), я смело пользовалась ими. И вот совсем недавно я прочитала откровения врача-гинеколога, где говорилось о том, что и спираль, и таблетки-убийцы. Они вовсе не препятствуют зачатию, а убивают уже зародившегося ребенка. Это было страшное открытие! Тем более, что читала я эту книгу сидя рядом со своим крошечным малышом (через двенадцать лет после первенца у нас родился еще сыночек). Смотрю я на него, такого милого, родного, — и вдруг представила себе так ясно, как вот таких же родных деточек я убила, как им отрывали ножки, ручки, сплющивали и отрывали головки; как они, не в силах защититься, открывали ротики в безмолвном крике…

От ужаса защемило сердце, рыданиями перехватило горло. Уже не умом, а всем сердцем я осознала глубину своего падения.
Что же это мы делаем? Возмущаемся, когда по телевизору показывают фашистов или маньяков, убивающих чужих детей, а сами спокойно идем убивать своих родных детей! Мы же хуже зверей! Любое животное пожертвует собой ради своего потомства, а мы?..
Проревела я весь вечер и все время молила Бога: «Прости, Господи! Я больше не буду…»

А плакать было от чего, так как после родов я опять вставила спираль. Решив в ближайшие дни сходить к гинекологу и избавиться от нее, я утром понесла своего малыша к причастию в храм, а сама хотела узнать, когда будет исповедовать мой духовный отец, чтобы приготовиться к исповеди и причаститься. Но его в тот день в храме не оказалось.

Я подошла к исповедующему священнику, чтобы он благословил сыночка на причастие. Надо сказать, что это был самый строгий священник нашего храма. Благословляя малышей на причастие, он всегда напоминал родителям, что если сами они не готовились к исповеди, причащать можно только младенцев. И вот я к нему подошла, а он посмотрел на меня и спрашивает: «Ты ничего не кушала утром?» Я ответила: «Нет».
И тут батюшка говорит: «Иди тоже к причастию», — и благословил меня. Я отошла и ничего не могла понять, все сомневалась, может, не так его поняла? Но потом почувствовала в сердце неизреченную радость и успокоение: Господь услышал мое вечернее раскаяние и внял моим мольбам. Как видно, искреннее покаяние омытое слезами, заменило мне, в исключительном случае, обычное приготовление к исповеди с чтением молитв.

После причастия на душе стало легко. Как на крыльях прилетела я домой. А тут случилась еще одна радость: после Святого Причащения злополучная спираль сама исторглась из моего тела. Разве это не чудо?

Как же не благодарить Бога за все милости, посылаемые мне, недостойной! Мне тридцать два года, и если Господь даст, то у меня еще будут дети. Это такое счастье! Я только хочу сказать: люди, одумайтесь! Прекратите убивать своих детей. Не станете вы от их казни ни богаче, ни счастливее. А пока наша земля будет заливаться кровью невинных младенцев, а их тела использоваться для косметики и медицины, — не будет у нас хорошей жизни в стране.

Народ, убивающий свое потомство, будет обречен Богом на вымирание. И никакие экономические реформы не вытянут Россию из омута. Ведь кто может помочь народу-убийце?..
Только когда мы все раскаемся и омоем слезами свои грехи, только тогда и будет порядок — пенсии и зарплаты и тому подобное.
…В троллейбусах и на телеэкранах, со страниц газет бесстыдно рекламируются мини-аборты и прочие «медицинские услуги» того же рода. А представьте эти объявления без привычных медицинских терминов, например: «Мини-убийство детей». Или — в аптеке: «Средства для убиения младенцев». Может, хоть тогда что-то шевельнется в душе?
Ксения, г. Саратов



ОТРАВА
Рассказ-быль

Пригородный автобус мчался все дальше от районного центра. За окнами в лучах солнца ослепительно сверкал белый снег. Мелькали посадки молодых елей. В автобусе было шумно и весело. Детвора разъезжалась на весенние каникулы.

Галина отчуждённо смотрела в окно, и на душе у нее становилось все неуютнее и мрачнее. Когда-то она уже проделывала этот путь. Только тогда она была гораздо моложе, и вместе с ней была ее мать. Узнав о внезапно возникшей проблеме дочери, мать постаралась побыстрее увезти ее в дальнюю, почти заброшенную деревню. Там, на самой окраине, и стоял тот дряхлый покосившийся домишко.

Как только они с матерью вошли в сени, на них повеяло чем-то нежилым и отвратительным. В углу висели запыленные веники из каких-то полуосыпавшихся трав и цветов.
На их стук дверь вскоре приоткрылась, и на пороге появилась сгорбленная старуха, чуть ли не баба-яга. Галина отпрянула было назад, но мать втянула ее за собой.
В доме старухи пахло сырой плесенью. И жилище это больше напоминало холодный склеп, так неуютно и жутко было в нем.
— Сколько? — неприятно проскрипела старуха, пренебрежительно кивнув в сторону Галины.
— Да уж четвертый пошел,— ответила за нее мать. — Скоро весь наш позор у всех на виду будет.
— Хи-хи-хи,— снова отвратительно проскрипела старуха, обнажая остатки зубов. — Натешилась?! Теперь плати… — ехидно добавила она, сверкнув прищуренным глазом.
Не то от духоты, не то от ужасающей старухи Галине сделалось дурно. Ее совсем затошнило и «повело» в голове. Она опустилась на грязную старухину лежанку, прислонилась к стене и долго сидела так, пока мать не вывела ее, уже под самый вечер, на свежий воздух.

А старуха, видно, знала свое дело туго. Она сползала в сени. Принесла охапку веников. Разломала их. Отрясла сухую траву. А потом долго варила все в закопченном чугунке на дымной печке. Ее рот то и дело открывался, и из него скороговоркой вылетали непонятно переплетающиеся слова, похожие больше на какую-то несуразицу, чем на человеческую речь. Она часто, с непонятным наслаждением, причмокивала и похихикивала, будто предвкушая что-то приятное для себя.

На прощание старуха протянула матери с дочкой приготовленное зелье.
— А подействует? — словно очнувшись, засомневалась вдруг Галина, беря в руки закупоренную склянку с темной тягучей жидкостью.
— Еще как подействует, — осклабилась старуха. — Век меня будешь помнить… — и снова мерзко захихикала.
Тогда Галине было все равно, что говорила эта старая карга. Ей хотелось лишь побыстрее избавиться от гнетущей «проблемы». А о дальнейшем она в тот момент не задумывалась.

Солнце почти зашло. И они с матерью едва успели на последний автобус. Пока добирались домой, Галине все еще чудилось отвратительное лицо старой знахарки. Вспомнились ей почему-то и запыленные иконы, висевшие в темном углу старухиного жилища, будто на издевку. Их потемневшие лики безмолвно взирали на мерзкую старухину ворожбу и зловонный быт.

Зелье сразу не подействовало. И живот у Галины все так же продолжал расти, вот-вот готовый выдать ее положение. «Обманула бабка!» — в отчаянии думала Галина. Из десятого класса она ушла и устроилась на фабрику, продолжая учиться в вечерней школе.

Но вот — то ли зелье все же подействовало, то ли так уж этого желала Галина… Только случилось это внезапно, на работе. Избавилась она от «нежеланного» в туалете, едва успев до него дойти. Туда по вызову и пришли медики из «скорой помощи», Галина сидела на полу, с отвращением и ужасом глядя в сторону. А рядом с ней в луже крови лежал недоношенный младенец, несостоявшийся маленький человечек, к которому его мать питала лишь неприязнь и страх. Она совсем не подозревала, что вместо бесформенного куска мяса (каким ей представлялся зародыш на этом сроке беременности) увидит настоящего человека со всем тем, что у него должно быть, даже с мизерными пальчиками на ручках и ножках.

Если бы знала тогда Галина, какой ценой придется платить ей потом долгие годы за свою жестокую глупость…
Опозорившись, Галина смирилась со своим положением. И постепенно совсем перестала обращать внимание на косые взгляды и шепот за спиной. Постепенно она забыла об осторожности, так как больше не беременела. Ей даже нравилась теперешняя жизнь. Вскоре, после случившегося с Галиной, ее мать неожиданно умерла. Недолго побыв в трауре, Галина, что называется, зажила в свое удовольствие. И не было уже причин беспокоиться о внезапных последствиях этой свободной жизни.
Но со временем что-то стало надоедать беспечное житье. Сверстницы уже давно повыходили замуж, родили детей и жили обычной семейной жизнью.
Сначала Галина презрительно подсмеивалась над этими «глупыми женскими обязанностями». Пока вдруг откровенно не ощутила в самой себе непреодолимую женскую тягу к семье и домашнему очагу. Ей вдруг так захотелось вытирать чьи-то носы, варить еду, ждать «усталого» с работы, — что с годами становилась все более невыносима эта ее прежняя независимость.

Обменяв мамину квартиру, она переехала в другой город, чтобы начать совсем новую жизнь. Спустя время вышла замуж и жила, как все. А муж ждал наследника. И через некоторое время Галина поняла, что он может уйти к другой, если их совместная жизнь не даст плода. Она взяла отпуск и отправилась в дальнюю дорогу в надежде застать в живых старую колдунью.
Домишко по-прежнему стоял на краю деревни. Только еще больше накренился набок. И, заметив из торчащей на крыше трубы слабый дымок, Галина заспешила, приободрившись.

В сенях по-прежнему висели пыльные веники. Но на стук никто не открывал. Галина толкнула дверь, и в нос ей ударил знакомый неприятный запах. Все тот же паршивый кот сидел на печи, только еще больше оплешивел с годами. Он настороженно косился на непрошеную гостью, еще более выдавая недружелюбность жилища. В углу все так же висели покрытые пылью иконы, Галина обошла старухину избу, заглядывая во все углы, и никого не увидела.
— Есть кто дома? — на всякий случай спросила она.
И неожиданно услыхала ответ:
— Чего надо?
Это был тот самый отвратительный скрипучий голос старухи, Галина его сразу узнала. Старуха свесилась с печки и недовольно продолжила:
— Кого еще бес принес? Шляются все, покоя не дают. Сначала напаскудят, а потом бегут ко мне: «Вытравляй!..» Хватит, уж не занимаюсь больше этим. Проваливай отсюда! — закричала на Галину старуха, замахиваясь на нее поленом.
Но Галина проделала столь длинный путь не для того, чтобы так легко отступить.
— Ах ты, старая карга!— набросилась она в свою очередь на старуху. — Наколдовала, змея, теперь у меня детей нету. Слезай с печи, а то сейчас за ноги стащу!
Старуха еще поворчала, но все же слезла на пол. Она, видимо, не ожидала такого натиска и стала немного посговорчивее.
Через некоторое время она снова принесла веники. Но на этот раз не стала их долго варить, а прямо сожгла в чугунке. Потом запустила в него костлявую руку и, приговаривая на «ведьмином языке», стала посыпать пеплом голову Галины. Та на какое-то время опешила и не сопротивлялась, даже когда старуха размазала сажу на ее лбу. Немного отрезвило ее скрипучее хихиканье старухи.
— Ты что, старая, издеваешься, что ли, надо мной?! Совсем ума лишилась! — Галина резко отстранила от себя скрюченную руку и вскочила со скамейки.
Но старуха прикрикнула на нее:
— Молчи, раз ничего не понимаешь!.. Знахарка сгребла остатки золы и насыпала на клочок старой газеты. Она ткнула скомканным свертком Галине в грудь и проскрипела:
— Живот будешь натирать…
Вслед Галине снова послышалось злорадное хихиканье, так что мурашки пробежали по спине.
«Сама я, что ли, тронулась, — думала Галина, возвращаясь к автобусной остановке, продолжая неосознанно сжимать в руках старухин сверток. — Уж давно не те времена, чтобы во всякую нечисть с ее делами верить». Она зашвырнула далеко в кусты свою ношу и успокоилась на мысли, что по приезде домой пойдет ко врачу.
— Случай, конечно, запущенный, но не безнадежный,— заметил специалист, осматривая Галину. — Что же вы, женщина, раньше не пришли? Нельзя так бездумно относиться к своему здоровью…
Галина ничего не ответила. И что тут было отвечать?! Ведь раньше ее вполне устраивала бесплодность.
Лечение затянулось. И чего только не пришлось услыхать Галине от таких, как она, «бесплодных». Все они только и думали об одном и желали лишь одного — родить. И это общее женское желание делало ожидание результатов лечения еще более нестерпимым.
— Теперь вы можете забеременеть, — сказал врач, выписывая Галину домой. — Но как только это произойдет — сразу к нам, на сохранение.

Муж встретил Галину каким-то чужим. И почти оставался равнодушен к ее новостям. Хоть по-прежнему семейная жизнь продолжалась, но нет-нет да и приходил он с работы совсем поздно, а то и вовсе якобы в ночную смену оставался. Но Галина не хотела переживать из-за этого и делала вид, что ничего в их жизни не изменилось. Она с нетерпением ожидала желанного момента. И вот он настал. Сразу, как велел врач, она легла в больницу — на сохранение. На редкие посещения мужа совсем не реагировала, все свои силы сберегая для той жизни, которая теплилась в ней.

Родился мальчик. Муж наконец-то был доволен и горд тем, что «не посрамился». Он даже первое время помогал гулять с малышом. Но мальчик был очень беспокойным и все ночи напролет не спал.
— Пойду я у друга поживу, — заявил как-то Галине муж, — а то на работе засыпать стал, сослуживцы смеются.
Славик рос, а муж все не думал возвращаться от «друга», пока и вовсе не сообщил Галине, что ушел от нее навсегда. Алименты он платил исправно, и претензий у Галины к нему не было.

Но постепенно Галина стала выбиваться из сил.
Ребенок был очень нервным, и как-то его предложили забрать из детского сада. Многие родители жаловались, что Славик обижает и бьет детей. Подкашивало силы Галины и то, что она все более замечала за своим сыном скрытую неприязнь к ней. Пока это потаенное чувство не вылилось с годами в открытую злобу и ненависть.
— Ты не любишь меня! — часто истерически кричал Славик. — Ты хочешь, чтобы я умер!
У Галины не хватало доводов, чтобы убедить сына в обратном. Эти болезненные назойливые мысли лишили мать сыновней любви, заставляя ее все время страдать.
В школе Славик как будто не отставал в учебе. Но классную руководительницу настораживали дерзость и жестокость его поступков. И как-то во время классного собрания, когда обсуждали очередной проступок Славика, у него случился нервный припадок и его отвезли в больницу.

— У вашего сына скрытая форма психического заболевания, — сказал Галине врач-психиатр. На какое-то мгновение она оцепенела. Галина давно подозревала, что ее сын болен, но признаться самой себе в том, что это так и есть на самом деле, что ее единственный сын ненормален, матери никак не хотелось.
— Господи, за что же это?! — невольно простонала она, закрывая лицо ладонями. Она так устала за последние годы, что уже не было сил сдерживать себя, и она разрыдалась прямо в кабинете врача.

Когда Галина немного успокоилась, разговор возобновился.
— Вы крещеная? — неожиданно спросил ее врач.
— Да, еще бабка в детстве крестила,— ответила женщина, удивленная этим вопросом. — Но при чем тут это? У меня сын болен… — она чуть было снова не расплакалась, но доктор, ободрившись ее ответом, продолжил:
— Это очень хорошо, что вы крещеная… И очень хорошо, что у нас были такие бабушки. А то бы мы без них пропали. Ну а сын ваш крещеный?
— Да, — все так же недоумевая, ответила Галина. — Но почему вы об этом спрашиваете?
В ее голосе звучало раздражение. Почему врач спрашивает о такой ерунде вместо того, чтобы говорить о здоровье ее сына? Доктор, глядя на нее по-профессиональному проникновенно, сразу уловил происходящее в ней.
— Буду с вами откровенен, — сказал он — У вашего сына совсем не «наше» заболевание. У него нет органических разрушений, которые можно лечить медикаментами. Но он болен и очень болен. И помочь ему может не наша больница, а священник. Да-да, опытный священник,— добавил врач.
Он немного помолчал. Молчала и Галина. До нее с трудом доходил смысл сказанного. О чем он говорит? Или врач этой больницы для душевнобольных сам немного не в себе?
Словно читая ее мысли, доктор продолжил: — Есть болезни физического плана, когда происходят органические изменения в мозге человека, и тогда врачам удается их лечить. А есть тяжелые болезни души, и в этих случаях медицина бессильна.
Доктор наклонился к столу и достал из его ящика небольшую баночку с прозрачной жидкостью.
— Это святая вода, — произнес он, ставя баночку на стол, — и по реакции на нее можно определить, от чего страдает больной.
— Да какие же грехи могут быть у ребенка? — спросила Галина.
И врач ответил ей, тяжело вздохнув:
— В том-то и ужас, что наши дети зачастую расплачиваются здоровьем за грехи родителей.
В памяти Галины вдруг всплыли воспоминания о поездке к старой знахарке. «Это она, ведьма, порчу навела!» — подумала Галина и поведала обо всем врачу.
Он выслушал рассказ женщины внимательно.
— Возможно, это ваше неразумное общение со знахаркой и повлияло на вашего будущего ребенка,— заметил доктор. — Но утверждать не берусь. Один Бог знает, за какие грехи пострадал ваш сын. Может быть, из-за той жестокости, с какой вы поступили со своим первенцем…

В заключение долгого разговора доктор сказал Галине:
— Сын ваш пусть побудет в больнице, а вы подумайте, как дальше быть. Надо найти священника, который возьмется отчитывать мальчика. При некоторых монастырях есть такие опытные батюшки…

…Не так просто оказалось добраться до монастыря. В дороге их чуть не ссадили с поезда. Галина едва уговорила проводников не вызывать милицию, а пассажиров — потерпеть еще немного, объяснив им, что мальчик болен и его везут на лечение. Всю дорогу Славик истошно кричал и все порывался куда-то убежать.

Когда сошли на нужной станции, удалось все же договориться с попутной машиной. Но почти перед самым монастырем мальчик зарычал таким нечеловеческим голосом, что насмерть перепуганный водитель наотрез отказался везти их дальше. Пешком же идти было невозможно. В ребенке вдруг явилась такая сила, что они с верующей знакомой, согласившейся сопровождать Галину и Славика в дороге, едва удерживали его вдвоем. И если бы не монахи, оказавшиеся поблизости, то неизвестно, чем могла бы закончиться эта поездка, от которой пришла в ужас и сама мать.

Вскоре тишина небольшого монастыря была нарушена дикими завываниями. Славик так и не дал завести себя в храм. Батюшка вышел сам. Как только он показался, из уст мальчика неожиданно для всех послышалась грубая мужицкая брань:
— Не подходи ко мне, на тебе крест, он жжется…— кричал незнакомый Галине голос, осыпая священника скверными ругательствами. «Монахи крепко держали ребенка, который извивался в их руках змеей. А батюшка неспешно приблизился, держа в руках большой крест.
— Не крести меня, только не крести меня…— взмолился напоследок голос. И как только священник осенил вырывающегося мальчика крестом и потом приложил крест ко лбу ребенка, тот сразу весь обмяк и обессилено повис на крепких руках монахов.
— Несите его в свободную келью, — спокойно произнес батюшка и отправился обратно в храм. — Пусть теперь отдыхает, сколько ему нужно.
А растерянная Галина вдруг заголосила и бросилась вслед за священником:
— Он не умер, сыночек мой? — испуганно кричала она.
— Да нет, скорее воскресает твой мальчик, — все так же спокойно ответил батюшка. — Но и о твоей душе позаботиться нужно. Как только устроишь его, приходи в храм на исповедь. Там и поговорим.

Галина робко вошла в храм. Ей казалось, что все смотрят на нее. А более казалось, что Кто-то невидимый, зная все тайные дела ее жизни, наблюдает сейчас за ней.
Вдруг она встретилась глазами с тем самым священником. Он стоял у аналоя, прикрыв кого-то епитрахилью, и Галину охватил такой трепет, словно Сам Судья смотрел на нее. А батюшка, отпустив исповедника, позвал ее. И теперь ей казалось, что он смотрит на нее ласково и с любовью.

Оказавшись под епитрахилью, Галина вдруг разрыдалась и сама выложила священнику все, что тайно терзало ее душу многие годы. И оказалось, что грехов было столько, что все и не пересказать. Порой Галине казалось, что сам батюшка плачет вместе с ней, так сокрушался он всякий раз, произнося: «Господи, помилуй!..»

Терпеливо выслушав горькие раскаяния женщины, священник сказал ей:
— Ходите теперь в храм, исповедуйтесь, причащайтесь с сыном. А там, может, Господь по великой милости Своей и простит тебя, и мальчик выздоровеет.
Всю ночь Галина просидела у кровати сына, погруженная в скорбные раздумья, вспоминая о своей грешной жизни и проливая безутешные слезы. Ей казалось, что эта темная ночь никогда не кончится и что Славик никогда не очнется ото сна. Так сидела она, утомленная долгими переживаниями, пока не задремала. А во сне, словно вновь обличая ее, пригрезился тот самый несчастный младенец. Он тянул к ней окровавленные маленькие ручки и все спрашивал ее: «Мама, почему ты не любишь меня? Почему ты хочешь, чтобы я умер?!» Так повторялось и повторялось, пока словно яркая молния не блеснула и видение исчезло.
Галина открыла заплаканные глаза. Это солнечный лучик, пробившись сквозь занавешенное оконце, пробудил ее. Она взглянула на сына. И — о чудо! Он проснулся и, словно переродившись, смотрел на нее по-особенному ласково и приветливо, как никогда раньше не смотрел на нее! — Сыночек мой, родненький! Прости меня, худую мать, — плакала Галина, обнимая сына, который совсем не понимал, за что у него просит прощения его мать — мама, которую он так сильно любит.
Наталья Седова, г. Санкт-Петербург



БАБА РАЯ
Волею случая в поездке в Троице-Сергиеву Лавру нашими соседями оказались мать и сын. Мы потом так и продолжали их звать между собой — соседи. Она сразу представилась: «Называйте меня баба Рая!» Приветливая деревенская женщина в неизменном белом платочке. Мы все постились (ехали в Успенский пост), но она постилась строже и молилась больше.

В Лавре баба Рая успевала всюду, приходила рано утром к еще закрытым воротам. А казалось бы, и возраст, и инвалидность: вместо кисти правой руки у нее культя. Но было чувство, что именно этот «дефект» ей помогает молиться.
На обратном пути под перестук вагонных колес и завывание репродуктора баба Рая рассказала мне свою историю.

— Этот сон мне приснился почти 42 года назад. Была я беременна первенцем своим. К нам пришли соседи и говорят: «Вот молодые, будут рожать!» А я отвечаю: «Теперь все дозволено. Не нужен ребенок — можно сделать аборт». Так я считала тогда.
Легла вечером спать, и видится мне сон. Вроде иду я по очень красивому долу с мягкой зеленой травой, на котором кое-где виднеются желтые цветы. Вижу, стоит знакомая женщина-татарка. Она мне раньше рассказывала, что сделала три аборта. Стоит она печальная над гнездом, а в нем три мертвых голых голубенка. Иду дальше, по обе стороны дола — кустарник, и на нем цветут дивные голубые цветы. От них исходят изумительно красивые лучи. Я время от времени срывала цветы и нарвала четыре цветка. Несу их и вижу, что у одного очень короткий стебелек. Думаю: что же так его сорвала, я могу его потерять. Вышла я из дола и иду по высокой плотине из глины. Вдруг с левой стороны появляется женщина, и мы идем вместе с ней. Одета она была в юбку с кофтой, как обычная деревенская женщина; в платке, но не толстом, а кашемировом. Справа от меня — высохший пруд, и в его центре осталась черная вода с густой грязью. Женщина мне говорит: «Посмотри направо!» Я до этого не обращала внимания, а тут посмотрела и вижу, что из воды что-то выскакивает. Столько их много там, голых, покрытых грязью, но они совсем на свет не выходят. Они не могут выплыть, бултыхаются и опять уходят вниз. Мне женщина говорит: «Это младенцы, которых матери погубили в своем чреве, томятся в этой нечистоте». Сон на этом кончился. Долго я не придавала значения этому сну, хотя никому его не рассказывала. Но запомнила его так, как будто нынче ночью видела.

Потом уже, когда прожила много лет и немного приблизилась к Богу, я поняла смысл этого сна. Видимо, Эта Женщина была Сама Пресвятая Богородица, и Она предупреждала меня о том, что делать аборты — грех.

За свою жизнь я родила четверых детей. И четыре цветка — это те, рожденные мной дети. А цветок с коротким стебельком — сынок мой Василий, который дожил только до пяти неполных лет и помер. Поэтому был короткий стебелек у цветка, я так полагаю. И хотя меня предупреждала Женщина, я тем не менее за свою жизнь погубила четыре души. Теперь за них непрестанно молюсь день и ночь, прошу у Господа Бога прощения. Я хочу сказать молодым женщинам: пусть не поступают как я. Пусть подумают раньше, что за каждый содеянный грех нужно держать ответ.
— Баба Рая, расскажите, как вы молитесь за своих погибших детей? — спрашиваю я соседку.
— Я покаялась в том, что погубила детей моих. Но душа у меня оставалась неспокойна. На следующей исповеди спросила батюшку, как мне еще молиться о своих детях. Он дал епитимью: три земных поклона каждый день, пока живу. Но я боюсь, может настать время, когда не смогу делать земные поклоны, поэтому делаю четыре поклона. Первый раз кланяюсь и говорю: «Помяни, Господи, во Царствии Твоем безымянных младенцев, загубленных мною во утробе моей». Второй земной поклон делаю: «Господи Иисусе Христе Сыне Божий и святый Пророче, Предтече и Крестителю Господень Иоанне! Молю вас, окрестите безымянных младенцев, умерших и загубленных во утробе моей, в море щедрот Господних нареките имена и упокойте их. А меня, великую грешницу, детоубийцу, болящую рабу Раису, Господи, помилуй и не лиши Твоего Божественного милосердия». Третий раз я кланяюсь и говорю: «Спаси, Господи, и помилуй, и выведи из темницы ада безымянных младенцев, умерших во утробе моей. Не лиши их Твоего Божественного света, осени их светом лица Твоего и сопричти их к сонму мучеников Твоих». Четвертый раз кланяюсь: «Боже, милостив буди мне, грешной, окаянной, скверной детоубийце болящей рабе Раисе. Во всей жизни моей, во исходе моем и в кончине моей не остави мене».

Я несу мою епитимью с великим желанием. Потому что надо как-то упросить Господа Бога. И еще я взяла благословение духовника читать каждый понедельник покаянный акафист жен, погубивших чад своих во утробе своей. И на каждый понедельник я взяла подвиг поста ради того, что я загубила детей своих.
Теперь я полагаю, что мои младшие два сына болеют в назидание мне. Уповаю только на Господа Бога. За детей молюсь постоянно. Столько молюсь за них, особенно за самого младшего! Спрашивала даже своего духовного отца, не прогневляю ли я Бога, что столько прошу каждый день у всех святых за детей. У меня есть церковный календарь и сборник акафистов. Слежу, когда какому святому акафист, и обязательно читаю его накануне или в этот день.
— А то, что с рукой такая беда случилась, это тоже ведь промысел Божий, как вы полагаете?
— Конечно! Мне было 36 лет. Я поехала на ческу шерсти в цех в Самару. Там крутился деревянный вал со стальными крючьями, и на них зацепилась шерсть. Я пыталась вытянуть остатки, и руку затащило туда. Тогда я не воцерковленная была. И пришла к Богу через эти страдания. Знаете, какой я еще сон видала лет пять назад? Пришла опять ко мне Женщина, села с правой стороны. Берет мою культю обеими руками, ведет так по ней и говорит: «Это тебе от Господа Иисуса Христа». Я проснулась и подумала: почему она не благословила левую руку, а только правую? И только потом поняла, что через эти лишения и страдания мне благодать от Господа Иисуса Христа. Не было бы страданий — не было бы смирения. Не было бы искупления греха хоть частично.
— Баба Рая, а как в храм вы пришли?
— Иконочка Пресвятой Богородицы у меня всегда была. Когда младшего Василия в армию проводила, все гости разошлись. Я зашла в зал, упала на колени перед иконами: «Господи, я в руки Твои отдаю сына моего. Спаси, сохрани и помилуй сыночка моего. Пресвятая Богородица, возьми его под Свой покров». С этих пор я начала молиться.
А рассказала это грешная раба Божия Раиса из Большечерниговского района Самарской области.
Людмила Белкина



ГОЛУБИ МОЛЯТСЯ О МЛАДЕНЦАХ
…Господь заповедал: «Просите, и дано будет вам». Мы же не просим, а хотим получить. Хочется сказать всем женщинам-матерям: молитесь, милые сестрицы, о детях своих! Много может молитва матери о детях! О живых и усопших, о убиенных младенцах — ежедневно и еженощно…
Одно время я перестала молиться за своего умершего сына: узнала, что он в хорошем месте, и… успокоилась. Сын приснился мне и укорил: «Мама, почему ты не молишься о нас? Ведь если ты не поминаешь нас в молитвах, то и мы не можем молиться о тебе…»
А моя дочка рассказала мне, как однажды к нам во двор прилетели голуби. Девочка бросила им зерна — со словами: «Помолитесь о убиенных младенцах. Говорят, что вы можете…» И тут голуби расступились, а в середине оказалась белая голубка, которую дочка вначале и не заметила. И эта голубка несколько раз кивнула ей своей головкой.
Валентина Штефан, с. Кургановка Пензенской обл.





Добавлено 26 Aug 17, 18:24


КРЕСТИК В ПОДАРОК
Как-то я поделилась с одной женщиной своим давним, но неутихающим горем: в молодости я потеряла умершего во чреве младенца. Очень я горевала тогда, а с годами печаль о нем стала еще глубже и неутешнее: ведь, не рожденный на свет, он и Святого Крещения не сподобился. Где же обретается его душа?..
В ответ я услышала:
— Бог милостив! Вы же столько лет молитесь о своем нерожденном чаде, — неужели такая горячая материнская молитва не будет услышана?
И еще женщина посоветовала мне, хоть и неповинна я в гибели младенца (да ведь это как сказать — Господь знает, за что Он так наказал меня, за какие мои грехи), выполнить молитвенное правило с 300 поклонами и подарить хотя бы один крестик ребеночку, которого будут крестить.

Так я и сделала. После службы в храме подошла к киоску и начала объяснять нашей Ольге Федоровне, для чего мне нужен крестик. Она быстро поняла и пообещала сделать все как надо.

Точно не помню, в тот же ли самый день или при следующей встрече Ольга Федоровна сообщила, что мой крестик выручил женщину, которая пришла с большим желанием окрестить ребенка. Но у нее денег было ровно на сам обряд крещения, а если бы она купила крестик, то не осталось бы денег на обратный путь, ведь она не местная. И когда Ольга Федоровна отдала ей мой крестик, как же та была рада! Но вдвойне — нет, во много раз более! — была рада я, что так получилось, что Господь услышал меня, грешную. Мною овладело непередаваемо радостное чувство, словно это мое дитя только что обрело свой крестик, соединилось с Богом.
Я часто с благодарностью вспоминаю женщину, давшую мне этот благой совет, и молитвенно желаю ей и ее чадам и внукам доброго здравия.
Валентина Минина, ст. Безенчук Самарской обл.



НАДО МОЛИТЬСЯ ЗА НИХ…
Я сделала два аборта. Прекрасно знала, что это непростительный грех. И перед тем, как идти на аборт, очень плакала, и все же души губила. А теперь ежедневно молюсь Господу Богу о своем грехе.

Мне виделись сны, и видела я, что в абортах у меня были сын и дочь. И вот 31 марта 1998 г. прилегла днем отдохнуть. Во сне почувствовала, что подходит мужчина ко мне, нагнулся и поцеловал меня в щеку. И я увидела — стоит красивый, рослый молодой человек. Проснулась, открыла глаза и говорю: «Сынок мой поцеловал меня». Ведь говорят, что за нерожденных младенцев надо молиться сейчас, пока мать живая, чтобы Господь вывел деток из тьмы вечной, и просить у загубленных детей прощения, чтобы простили мать-убийцу. И все меня не оставляет чувство: что-то я не доделываю, и то, что делаю, — мало…
Ф. Т. С., г. Самара



«Я ПРОСИЛА У БОГА СЫНА…»
Что такое аборт, я знаю, увы, не понаслышке… У меня уже были две девочки-погодки. А нам с мужем так желалось мальчика. Я Бога просила, плакала. Смотрела на других, чужих сыночков маленьких — сердце томилось печалью: как бы мне такого ребеночка…
И вот наступила беременность. Я так и думала, что будет мальчик. Сладкого ничего в рот взять не могла, даже картошка мне сладкой казалась, вместо чая приходилось пить соленую воду. Тут у меня начались нелады со здоровьем: температура поднялась, давление сильно понизилось.

Ни с того ни с сего у меня вдруг появилась агрессия по отношению к одной тетке, стоило мне только прийти к ней в гости. Дома у себя я искренне жалела об этом, не знала, как это понять. Да видно, Ангел Господень предупреждал меня об опасности, старался оградить от недоброго влияния. Эта самая тетка и мои родители стали склонять меня к детоубийству. Сейчас понимаю: нельзя было поддаваться на их уговоры, но я, неверно поняв прочитанное в Библии, что жена должна слушаться во всем мужа и чтить родителей своих, решила, что надо смириться перед ними.

Мама все-таки посоветовала мне съездить в церковь, поговорить с батюшкой. Храм от нас в 15 километрах, может, чуть больше. Служба там по субботам, воскресеньям и в праздники. Я до этого раз или два туда ездила. Понятия ни о чем не имела, да и молитв никаких не знала. Детей только крестить ездила — вот и все. Просто формально выполнила положенные обряды, а в душе, к моему стыду и несчастью, ничего не осталось. Решила ехать в церковь утром в воскресенье, а в субботу в нашей школе был вечер встречи выпускников, после вечера мы собрались с одноклассниками, устроили застолье. Домой пришли поздно, и утром я в церковь не поехала.

У меня была очень верующая бабушка, а прабабушка в храме на клиросе пела. И стала я молиться, просить, чтобы бабушка — к тому времени уже покойная — во сне мне ответ подсказала. Я ведь говорю, что не имела понятия ни о чем. Жалея меня, Господь откликнулся даже на такую молитву. Снится мне, будто я у бабушки дома полы мою. Сидит моя бабушка, напротив другая, в темном, я ее не знаю. И одна из них — кто именно, не помню — говорит: «Не делай этого, праздник будет тебе…». А я все равно полы мою.

До того, как мне сделать аборт, мне часто снились вещие сны, почти всегда сбывались. Верно, Господь старался хоть так вразумить меня, неразумную. И перед абортом, дня за три или четыре, вижу я сон: кладбище, могила мальчика лет десяти – одиннадцати, судя по фотографии на памятнике. Коренастый, черненькие волосы. И такой же мальчик ходит у ограды.

И как раз накануне аборта снится мне еще один сон. Мы с мамой идем по кладбищу и через плечо несем голого младенца…
Я очень плакала, переживала, не хотела этого, но повиновалась воле родных. Они мне говорили: «Ну что ты в лето будешь ходить беременная, родишь, когда самые дела — огород, картошка, сенокос!..» По дороге в больницу в автобусе со мной рядом оказались мать с дочерью. Заговорили — оказалось, что зовут их Надежда и Вера. А я — Любовь. Будто наши святые Заступницы свели нас вместе, чтобы вразумить меня.

Приехала в больницу. В приемном отделении мне сказали, что анализы плохие, делать аборт нельзя. Мне бы порадоваться: Сам Господь отводит, не дает совершить зло, — ну что ты, я же думала о том, что родные скажут! Иду к врачу, даю ему 50 рублей (по тем временам это еще были деньги). Положили в палату, а там неутешно плачет женщина о том, что не смогла выносить ребенка, потеряла неродившееся дитя. Каково было мне, когда я собиралась сама убить свое неродившееся дитя!..

Вернулась я домой после аборта. Сначала ничего особенного не чувствовала, напротив, даже как бы легче стало, токсикоз исчез. А потом подступила такая тоска — не унять. Было ощущение, словно вместе с ребенком что-то ушло, оторвалось, будто какой-то жизненно важный орган мне оторвали. Я плакала ночами, мне казалось, что ребенок был рядом, я слышала его плач. Думала: дочкам я все даю — тепло, ласку, заботу, окрестила их, — а этого позволила растерзать на куски. Как же он, наверное, плакал, звал на помощь! — а я, бессердечная мать-детоубийца, молчала! Когда мои доченьки зовут, я по первому плачу отзываюсь, бегу, а случись что-то серьезное, упадут или напугаются или заболеют сильно, я места себе от беспокойства не нахожу…

Убиенный мною малыш снился мне каждую ночь. В ночь на сороковины мне снится ужасный сон. Я беру в рот какой-то зародыш, стараюсь его раскусить, а мама его вырывает. А зародыш плачет: «Мама, мне больно! Мама, мне глазку больно, ручку…» Голос был, как наяву.

Я проснулась в холодном поту. Не выдержав этих мук, я поехала в церковь, все рассказала батюшке. Я стояла на коленях, когда батюшка читал надо мной молитву, и это стояние на коленях казалось мне унизительным. Я еще не могла понять, какая великая милость Божия в том, что меня, такую грешницу, вообще в церковь Господь допустил! Нет — я обижалась, что священник наложил на меня епитимию, не допускал до причастия. Не сразу доходило до меня осмысление моего злодеяния. Убила человека, не увидевшего свет, не успевшего родиться и окреститься. И где теперь его душенька — в адской тьме, или Господь пожалел его…

Вскоре после аборта начались и телесные недуги, да какие! Сильнейшие боли в пояснице, кости ломит — я лежкой лежала. Ни на сенокос, ни в огород, ни за скотиной ухаживать — ничего не могла.
И у мужа на работе дела не шли, денег не было. С мужем постоянно ругались, на душе пустота и тоска. Как будто Бог отступил от нас. Мы только перешли в другой дом, нужно бы хлев отремонтировать, поставить забор, уйма дел. Муж за лето только забор в одном месте перегородил. Картошка не уродилась, воды в колонке чаще всего не было и огород толком не поливался, да и тоска давила на меня. Я ведь сама у Бога просила ребенка — и убила его! И ведь была такая мысль, что если я сделаю аборт, то следующий ребенок родится больным.
Я стала опять просить у Бога ребеночка, оба мы с мужем хотели мальчика. Дала я Богу обет никогда больше не делать абортов.
Беременность проходила тяжело, была угроза выкидыша, хотя прежде, когда я второй девочкой ходила, мы с мужем на мотоцикле перевернулись, меня отбросило далеко в сторону, — я пострадала, а малышку родила нормально. Слава Богу!

Теперь же мальчик родился слабеньким, после роддома лежал еще в больнице неделю, и выписали его еще более худого, чем был. Из-за расстройства молоко у меня пропало, а сын упорно не брал бутылку с соской. Видно, по милости Божией молоко у меня стало появляться, я и сейчас кормлю его, моего Алешеньку, хотя ему уже 1 год и 7 месяцев. Алеша весит чуть больше восьми килограммов. Маленький не по годам, еще не разговаривает, и зубов у него только 8. Мы с детьми стали часто в церковь ходить, причащаю их, и Алеше стало маленько лучше. Девочки знают молитвы: «Отче наш», «Богородице Дево», «Верую», то, что положено читать перед едой и после. Буду учить и сыночка…

Прости и помилуй, Боже, меня, грешную рабу Божию Любовь. Прошу и вас, помолитесь за рабов Божиих Александра, болящую Лидию, младенцев Веру, Надежду, Алексия и за меня, недостойную.
Любовь, Ульяновская область



НЕ ГУБИТЕ!..
К моему великому стыду и скорби, и я отношусь к числу матерей-убийц…
Как страшно это словосочетание, но еще страшнее грех — самое ужасное, что я совершила в своей жизни.

Впервые я забеременела за два месяца до свадьбы, в восемнадцать лет. Я училась на первом курсе института. Мое раннее замужество было неожиданностью для семьи, и к тому же неприятной. А известие о беременности, думала я, могло довести родителей до инфаркта. Как же я буду учиться, если рожу, — я такая молодая, не работаю, муж живет в другом районе… Много подобных мыслей подталкивали к единственному «разумному» выходу… Что творилось со мной, сейчас трудно вспоминать: я боялась родителей, был страх потерять учебу, ведь по планам взрослых я должна окончить институт и устроиться на работу; жалела о том, что придется не спать ночами… За месяц до свадьбы я сделала мини-аборт.

Радовалась, что теперь все позади и все будет, как и прежде, хорошо. Но оказалось все наоборот. Началась жизнь, полная огорчений, болезней и разочарований. С мужем жили очень плохо, постоянно ругались, ссорились с его семьей. Маме сделали операцию. Я стала плохо учиться. Болезни меня обступали со всех сторон: ноги покрылись волдырями, лицо прыщами, похудела на пять килограммов, волосы стали выпадать, заболел желудок, началась сильнейшая аллергия практически на все, мне сделали ЛОР-операцию, и по-женски я была вся больная… Это было ужасно, и так продолжалось три с половиной года. А самое страшное было в том, что я не осознавала греховность своей жизни и недоумевала, почему такое со мной происходит.

В конце концов мы решили развестись с мужем, я всем об этом сообщила. С ним разругались в пух и прах, и казалось, ничего уже нельзя поправить. Но муж сам все изменил. Он сказал, что не хочет со мной разводиться, попросил прощения, пообещал изменить свое отношение ко мне. Я решила попробовать еще раз.

Постепенно все стало налаживаться. Главное, я осознала всю грязь, греховность и мерзость своей жизни. Пошла на исповедь, покаялась. Но не все грехи вспомнила. До сих пор еще я вспоминаю их и исповедываю. Муж предложил «завести ребенка». К тому времени я еще училась, по-прежнему не работала, и мы жили небогато. Мне все думалось, что рано, — но в душе я просила Господа о ребенке. Я сказала сама себе: «Я узнаю, что Господь простил меня тогда, когда я снова забеременею».
И Бог услышал меня! В ту минуту, когда я узнала о том, что я «в положении», так ярко засияло солнце, хотя была зима, стало так тепло, словно солнце радовалось вместе со мной! Как сейчас я благодарна Богу за все Его благодеяния к нам, грешным и недостойным! Беременность проходила очень хорошо. Мне не сделали ни одного укола, ни одной таблетки не пришлось пить. Роды принимал очень хороший врач по имени Виталий. Перед тем, как ко мне подойти, он тихонько прошептал: «Боже, помоги!» И Господь помог! Я родила сыночка.

Целый месяц я не могла поверить в это. Когда подходила к кроватке с младенцем, к горлу подступали слезы. Смотрела на рожденного мной ребенка и думала о том, которого убила всего за две минуты. Я очень раскаиваюсь в том, что соделала такой страшный грех. Молю Бога, чтобы Он меня простил и поместил душу моего нерожденного ребеночка в светлое место, чтобы Он меня уберег впредь от совершения подобного.
Хочу всем сказать: «Никогда, ни при каких обстоятельствах не убивайте своих детей! Вам не будет легче без них. Не будете вы ни богаче, ни спокойнее, ни счастливее, если решитесь на аборт. Я все это испытала на себе». Очень буду рада, если хоть одна женщина, стоящая перед выбором, дать ли жизнь ребенку, которого она носит во чреве, или стать матерью-убийцей, прочитав это письмо выберет решение в пользу первого. Простите меня.
Ольга, г. Самара



ГОРЕ СОБЛАЗНЯЮЩИМ…
Как часто мы думаем: ну что же, что я согрешила, — мне и ответ за свои грехи держать. Да, ответим. Но наши грехи и для других нередко становятся источником соблазна.
Я не скрывала от подруги, что верую в Бога. Только ведь и другие мои тайны, о которых уж лучше бы мне помолчать, были ей известны… И то, что я, верующая, жила греховной жизнью, наверное, давало ей повод думать, что в общем-то ничего столь уж страшного даже и в смертных грехах нет… Она, не делавшая до того абортов, и помогла мне «решить эту проблему». А потом и сама уже без особых раздумий легла на «операцию».
Вскоре их семья переехала в другой город, и там на бедную мою подругу обрушилась страшная беда. Ее муж, в крещении Георгий, припозднившись на работе, возвращался домой — и увидел, как четверо озверелых юнцов смертным боем бьют какого-то человека (как оказалось, бомжа). Георгий — сильный, крепкий — раскидал их, как нашкодивших котят. Думая, что все позади, подхватил едва дышащего мужичонку и подтащил его к колонке, стал отмывать с него кровь. Но тут вернулись те четверо — уже не с пустыми руками. Пытаясь спасти беззащитного бродягу, Георгий хватался руками за дубинки и ножи — и оставил на них отпечатки своих пальцев… Бой был недолгим, бомжа забили насмерть. И тут подъехала милицейская машина. Забрали всех, в том числе и Георгия, — и на первом же допросе убийц, которым все равно терять уже было нечего, хладнокровно заявили, что Георгий вместе с ними убивал бродягу. Шел мимо, увидел драку — и присоединился к ним… Не помогли ни самые лучшие характеристики с места работы и от соседей, ни его клятвенные заверения в невиновности. Георгий получил большой срок.
Теперь уж он, наверное, давно вернулся к семье, к посе
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472667

DoriNoriOriОтправлено: Aug 25 2017, 14:19

Ответов: 1
Просмотров: 953

Книга "Когда ты была во мне точкой, дочка" -

Составлена по «Кровавой книге», выпущенной по благословению Высокопреосвященнейшего Сергия, архиепископа Самарского и Сызранского Издательством газеты «Благовест» г.Самара в 2001 году (автор-составитель Ольга Ларькина).

....................................................

Бесплатно скачать эту книгу,в формате, удобном для распечатывания (чтобы отдать кому-то для предотвращения аборта) можно отсюда:

http://fayloobmennik.cloud/7078370

...................................................

Предисловие к книге:

О грехе аборта написано немало книг. Умных, порой горестных, с научными выкладками и страшными цифрами... Эта книга уникальна тем, что основу ее составляют покаянные письма женщин, в окаменении сердец погубивших во чреве собственных детей. Или рассказанные журналистами подлинные истории грехопадения.

Страницы этой книги истекают кровью. Кровью наших нерожденных детей тех, кому, быть может, Господь судил стать великими подвижниками и молитвенниками, или нести врачующее исцеление больным в госпиталях и больницах, или наставлять на доброе в школах тех счастливцев, которым их матери позволили появиться на свет Божий. Эти рассказы попытка воззвать хотя бы к тем кто еще способен услышать такую простую заповедь Божию — не убий.

Дай-то Бог, чтобы хоть кто-то услышал голос совести глас Божий, хоть кто-то, оплакав в покаянии собственные грехи, решился сделать все для спасения нерожденных младенцев. Тогда не напрасен наш труд. И малые дети придут в нашу вымирающую страну и наполнят ее звонким смехом и тихой молитвой, наполнят щедро изливаемой Божией благодатью.

И хотя невозможно человеку исправить столь великое зло, как убиение нерожденного младенца, но пока мы живы, есть еще возможность принести покаяние и слезно молить Господа о даровании благой участи отправленным нами в темную юдоль, чадам. Вот почему мы поместили в конце книги покаянный акафист жен, загубивших своих чад, и молитвы.


Составитель



Добавлено 25 Aug 17, 10:19

И сердце омылось слезами (рассказы женщин)


^ НЕРОЖДЕННАЯ ОЛЕНЬКА


Жизнь свою заполняем всем, что только под руку попадется. Разборчивые в еде и одежде, мы порой так неразборчивы в средствах, которые избираем, чтобы достигнуть временного своего телесного покоя… Душа чернеет от осознания своего греха. Да ведь сама я, сама! — просила у Бога семью, детей…

Было мне уже 27 лет. Институт за плечами, работа интересная, друзья, а нет ощущения полноты жизни. Пришло понимание простой истины — женщина только в семье, в детях раскрывает свое предназначение.

Училась я тогда в Ростове-на-Дону на профессиональных курсах. Как-то поехали мы на экскурсию в Новочеркасск. В программе было и посещение храма. Заходила как в музей, а вошла — как на небо взошла: люди молятся, свечи горят… Я эту жизнь тогда не знала. Отыскала знакомую икону Николая Чудотворца (у меня отец был Николай), встала рядом. Свеча горит в руке, поставить некуда: нет пустого места на подсвечнике. Не зная ни одной молитвы, я стала молиться душой и слезами. Всю горечь своего женского одиночества излила перед святым образом. Я просила святителя Николая изменить мою жизнь, чтобы дал мне Бог мужа любимого и любящего, детей, семью, дом, чтобы не жила я одна-одинешенька, не катилась по миру как перекати-поле. И хоть я только просила, не умея благодарить за все, что уже дал мне Господь, даже такая молитва стала для меня очищением души.

Вошла в автобус, а там все места уже заняты, кроме одного, рядом с незнакомым мужчиной. Разговорились… Он и познакомил меня вскоре с моим будущим мужем.
Жить бы и радоваться — родилась у нас доченька. Только квартиры у нас пока не было. И хотя посылал нам Господь деток, мы, озабоченные квартирным вопросом, отвергали бесценный дар Божий. Четыре аборта я сделала, и один из них — двойня. Одну родила, пятерых загубила!

Это теперь я ужасаюсь, а тогда нам с мужем казалось, что все у нас в порядке. То ли душа окаменела, то ли власть мира сего взяла верх над нами. И лишь одну потерю по Божьей милости я оплакала еще в роддоме, сожалея о содеянном.
Было это 5 июля 1984 года. Все помню: и стоптанные сандалии, и белую сорочку — одеяние грешников в больнице, и как стояли мы вдоль стенки, слушая жуткие вопли тех, кто добровольно привел уже дитя свое на Голгофу. А ведь есть у аборта миг, когда криком исходит душа, — хоть ты губы в кровь кусай, хоть кричи и маму зови на помощь, — в этот миг нет мысли, только сгусток боли. И чувство это — та же смерть. Кажется, что вся жизнь твоя сейчас на тонкой ниточке. А это — миг вечной разлуки матери с ее неродившимся ребенком. И только ужас в голове и одна мысль: скорее бы все кончилось!
Скоро все и кончилось. Во мне казнили моего ребенка, а он так хотел жить! Мое тело стало лобным местом, плахой, местом смерти. Господь создал нас, женщин, храмом для чуда рождения жизни, а мы превратили тело свое в адскую мясорубку.

…После «экзекуции» вошла в палату — светлую, чистую, солнцем залитую. Я осталась совсем одна, и показалось, что это — навсегда. Осознав, что сделала непоправимое, я разрыдалась. Теперь уже я искренне жалела, что не оставила ребеночка. Я ощутила вселенскую потерю в себе, и ничего уже нельзя было изменить!
Это уже — как землю бросают на гроб. Но не будет на земле того места, где найдет приют тело моего ребенка, куда прийти бы с покаянием, поплакать. И нет покоя душе загубленного младенца, как не досталось ласки материнской, света Божьего. И будет он, твой первенец или просто лишний, навеки сирота. Мы давно привыкли задвигать подальше свою совесть в угоду общественному мнению: «Что скажет Марья Алексевна?!» Суда людского боимся — не Божьего! Но вечным сиротством убиенного чада навсегда пронзится и душа матери независимо от того, понимает ли она это или нет. А если осознает и покается? Милостив Господь к нам, грешным!

Вот и меня Господь не оставил, не пригвоздил мою душу за смертный грех, а пожалел за мое раскаяние и даже утешил. Откуда-то пришло ко мне имя: Ольга. Не голос сказал, а будто надо мной и во мне разлилось это слово. И поняла я, что убила дочкину сестренку. Это была моя навсегда неродившаяся дочь Оленька, которую я даже не видела, на руках не держала, не кормила, не дала ей света Божьего увидеть! Господи, прости меня, окаянную!

Открыл Господь мне имя загубленного мной ребенка, и я теперь молюсь за нее дома. Но почему именно Ольга? Мы бы сами так не назвали, у нас в роду другие имена. По святцам ли — впереди, 24-го июля, день святой равноапостольной Ольги, в крещении Елены, или потому что два имени — мое, Елена, и пришедшее мне от Бога Ольга, незримо связаны — только вот оно, это имя, в памяти и в самом сердце. Имя моей доченьки… Тайна сия от Бога.
…На другой день меня выписали. Я купила торт и ромашки. Дома меня ждала маленькая дочь Настя — в этот день ей исполнилось четыре года. Вчера я убила ее сестру, а сегодня везу ей торт и цветы. Только нет в душе праздника, на сердце кошки скребут. И я чувствую свою безмерную вину перед этим маленьким сокровищем за то, что у нее никогда не будет сестренки. Быть может, это главная моя потеря в жизни… Сколько же таких потерь у всего человечества!

Смотрю теперь на икону Вифлеемских Младенцев-мучеников, и кажется, что мои это дети впереди стоят, а в центре — моя Оленька. Прости меня, доченька моя, прости, научи покаянию. Ты, и неродившаяся, мудрее меня, живущей, ищущей свет во тьме грехов своих. Прошу ваших молитв обо мне.
Елена, г. Самара


^ «БЛАГОДЕТЕЛЬНИЦА»
В своей жизни я встречала много добрых, сердечных людей. Одним из таких «благодетелей» надолго стала для меня и Наталья Николаевна.
Мы почти не были знакомы, но, узнав о моей «проблеме» она утешила:
— Все это поправимо! Не можешь идти на аборт по месту жительства — понятно, зачем тебе «светиться». Приходи, я тебе дам направление в областную больницу. И не переживай ни о чем…
Дала мне карточку с домашним адресом и телефоном.

В назначенный день я приехала к ней — и получила направление, притом с уже вписанными будто бы сданными анализами. От принесенной коробки конфет врач отказалась наотрез:
— Своих деток корми! У меня и так всего вдоволь…
Когда «проблема» возникла снова, я уже не мучилась вопросом, что же мне делать. Набрала знакомый номер и вновь услышала приветливое:
— Помогу — о чем речь!
Наталья Николаевна встретила меня в домашнем халате.
— Подожди, я переоденусь, — она предложила мне присесть у журнального столика с дымящимся кофейником и двумя чашечками.
Выйдя из спальни уже в красивом модном платье, она пожаловалась:
— Беда с этим протезом. Только и следи, чтобы ровно лежал на теле.

И рассказала, что не так давно перенесла ампутацию груди. Возникла опухоль — и пока она из доброкачественной не перешла в неизлечимую степень рака, пришлось отнять грудь. Так что пышный бюст — не более, чем муляж…
Понадобились многие годы, чтобы мне, уже понявшей всю непоправимую тяжесть греха чадоубийства, вспомнился тот давний «визит» к Наталье Николаевне. И с ужасающей ясностью открылось: да ведь ее, врача-гинеколога, отнявшую жизнь у множества нерожденных детей, Господь лишил груди — символа материнства. Грудью вскармливаются младенцы…

Как же перевернулось все в наших душах, что мы благодетелями считаем палачей! И с умилением вспоминаем добрых тетенек, «выручивших» нас, посодействовав в убийстве собственных детей…
Ольга, г. Самара



^ ПИСЬМО БАТЮШКЕ
…Жили мы, помню, в Юнгородке — на рабочей окраине Самары. Как-то утром иду с завода после третьей смены, вижу — у домоуправления народ толпится, люди что-то рассматривают. Подошла и я. Смотрю — лежит голенький ребеночек, мертвенький, кожица местами слезла, сам мальчик весь синий… Говорят, утром машина очищала канализацию и вдруг «зачихала». Рабочий поднял шланг — висит ребенок! Головку в шланг засосало, а тельце не пролезло.

Сколько лет прошло, а я до сих пор помню этого мальчика: глазки закрыты, губки бантиком, носик аккуратненький — в жизни красавец был бы! Бабы его жалели, приговаривая:
— Что за дура — вовремя аборт не сделала! Дотянула, родила — и убила ведь уж человека!
Другая возразила:
— Аборт-то ведь тоже грех!
— Дак не доводи до двенадцати недель, как он шевелиться начнет, — избавляйся раньше!

Вот при такой «школе жизни» я жила — и впитывала в себя все «умные» советы… Убивала равнодушно, не чувствуя за собой вины. Те редкие семьи, где рожали много, считали — вроде они с простинкой. Куда нищету плодят? Подумали бы… Мгла царила в наших очерствелых сердцах.

Спираль — этой новизны в мою молодость еще не было, а вот уж в отделе молодые наши сотрудницы не скрывая открыто говорили, что поставили себе спираль. Хвалились — надежная. Уверены были, что уж это-то не грех…
А до каких грехов доходили мы — и вспомнить страшно. Лежала я на очередном аборте. Соседка по койке рассказала, что ее дочка сейчас у мамы в деревне.
— Когда я ее родила, то сон увидела, будто при кормлении вихрь вырвал ее у меня из рук и унес…
И похвастала:
— Мы теперь с мужем приладились — так удобно, никаких абортов делать не надо, по врачам ходить. Шесть месяцев я ношу, потом включаю приемник погромче, сама себе открываю роды и под шум рожаю…
— Как же ты здесь оказалась?
— По глупости… Муж сильно потянул ребенка за ножку — оторвал, испугался, что я умру, вызвал «скорую». Когда приехали, я уж родила, но они настояли, увезли…
Геройски рассказывала, мол, не раз уж так делала, от четырех или пяти, мол, сама избавилась.

…Прошло года два — три. Встретилась мне на улице беременная женщина и ведет за ручку малыша, еще плохо шагающего мальчика. Я узнала в ней ту самую соседку по койке. Разговорились, и она мне поведала:
— Тогда я пришла из больницы, а дома на столе телеграмма из деревни. Дочка умерла скоропостижно. Схоронили — и я дала Богу зарок, что двоих рожу подряд.
Больше я ее не встречала. Не знаю, как жила она дальше, после выполнения зарока. Двоих подряд родила, а потом?.. Дай-то Бог, вразумилась бы.

А я-то грешная! Что только над собой не вытворяла, лишь бы не родить. Как стемнеет, ношу ведра с водой в худую кадушку, с крыши сарая прыгала; в бане нажгусь-напарюсь (учили бабы) и такое зелье выпью, аж оглохну! — ан нет, без больницы не обходилось. Самой вытравить не удалось — иду к врачам…

На самый первый аборт решилась, когда дочка в четыре месяца стала грудь выплевывать. Проверилась я — беременная. В больницах тогда про медаборты не слышно было, но всегда можно было тайком, «по договоренности», сделать. Вот и я договорилась в Отрадном. Медсестра сделала, что могла, и ушла, наказав:
— Ходи, ходи, быстрее вылетит!

Хозяйка снаружи дом на замок закрыла, я одна. Хожу, как велено. Глянула в зеркало — синяя! Думаю, все: видно, внесла она мне заражение. Корчилась одна, не смела позвать на помощь — тогда строго было. Наутро надо было ехать домой. Кое-как добралась на вокзал. Ступеньки у поезда высокие, народу! — а у меня адские схватки. Но мне освободили место на скамье. Скрючилась и еду… Домой уже не шла — ползла по обочине, оставляя красные следы. В ночь поднялся жар. Вызвали «скорую» и увезли в больницу. Утром положили меня на кресло, сделали чистку. Ругали меня врачи на чем свет стоит! И поделом…

Но вскоре аборты разрешили делать, уже в ноябре 1955 года можно было смело идти в больницу… Хоть и считали нас грязными абортницами, держали в отдельных палатах и к «чистым» строго-настрого запрещали заходить.

Годы прошли, и слава Богу, слушая Ваши, дорогой мой батюшка, наставления — истину святую — осознала я свою огромную греховность, вину вовек непоправимую.
Простите, что уж очень подробно-то я все описала. Да разве мыслимо на исповеди вот так все излить?
Отче честный, помолитесь за меня окаянную Господу, да простит он меня, великую грешницу, а деточек моих неповинных, мною загубленных, да изведет из мрака и причтет к младенцам-мученикам, от Ирода убиенным…
Антонина, г. Самара



^ ОЖЕСТОЧЕНИЕ СЕРДЕЦ
В коридоре женской консультации одна из дверей ведет в «операционную». На самом деле это абортарий, потому что большинство операций, которые здесь производятся, это мини-аборты. Абортарий в обычной женской консультации одного из районов города Самары, операции каждую среду и пятницу, начиная с 1992 года.
Раньше, чтобы сделать аборт, надо было получить в консультации направление в стационар и провести несколько дней на больничной койке.

Теперь же все предельно упростилось. Чтобы убить собственное дитя, женщина с маленьким сроком беременности сдает анализы, приходит в консультацию к девяти утра, а в 12 утра — «налегке» — уходит домой. Сама «процедура» занимает около десяти минут. По месту жительства эту операцию делают бесплатно.

От самой мысли о том, что мне придется присутствовать при убийстве детей, бессильно опустив при этом руки, мерк свет. Эти три часа стали тремя часами в аду. Но не для тех шести женщин, которые пришли в этот день на аборт. Я попыталась поговорить с каждой в отдельности, пока все не спеша собирались у операционной. Протягиваю листовку «Не убий!» (о том, что такое аборт) православного центра «Жизнь». И снова, и снова натыкаюсь на холодные глаза: «Да я все это давно знаю!»; «А что теперь каждого рожать? Я все время «залетаю», меня тут уже и так прозвали — мать-героиня, ха-ха!»; «Да что вы! У меня двое детей, хватит! Зачем мне еще третий!»

Ни у одной — ни колебаний, ни сомнений. Уверенность в праве решать, жить или не жить ребенку. Еще все они полны этой жизнью. Еще все дети живы и надеются, что их мамы передумают. Но мамы не передумают.
Мне хочется, чтобы время в этот момент остановилось, однако оно неумолимо идет вперед. Нас заводят в «предбанник» операционной, где стоят койки для «больных». Постель было велено приносить с собой. Женщины аккуратно застилают кровати ослепительно белыми простынями, красивым цветным бельем, тщательно выглаженным. И сами они при параде: с прическами, накрашенными ресницами, яркой помадой на губах, на ногтях — розовый маникюр. У некоторых на шее золотые крестики. Переоделись в импортные ночные рубашки с кружевами. Видно, что готовились к событию: на людях надо выглядеть прилично.

Одна за другой эти нарядные женщины переступали порог операционной навстречу аборту. Сестра их наставляла:
— Тапочки сними перед порогом и дальше иди босиком. Если забудешь, снимай в любом месте по пути, назад не возвращайся — плохая примета.
Врачи подбадривали:
— Девочки, не волнуйтесь!
Такая теплая атмосфера. Дверь закрывалась. Минут через пять-семь возникал зловещий гул: работал вакуумный аппарат, которым отсасывали плод. А скоро в дверях появлялась и чуть бледная абортница, поддерживаемая под локоток сестрой. И вслед каждой из операционной летело: «Молодец, пятерка!»
— Ну как? — спросил кто-то у плодовитой мамы.
— Кайф! — воскликнула она, подходя к своей постели, и рассмеялась.
Другая радостно заявила:
— Ой, девочки, мне сделали всего за пять минут! Ее тут же поддержали:
— И я даже не заметила — так быстро! Завязался общий оживленный разговор:
— А что, бедноту, что ли, плодить? Вон они по улицам бегают, грязные, оборванные.
Но ни одна из этих женщин не выглядела бедной, скорее наоборот. У четырех из шести — мужья, у всех работа, достаток.

Скоро все «отличницы» сладко спали — полагалось часок отдохнуть. На вид такие красивые, такие нежные и мягкие — само воплощение женственности и материнства. Симпатичные женщины из городской толпы. Женщины-убийцы. Возникла неотвязная мысль: весь город полон женщин-убийц. Они спали, и им казалось, что все их проблемы закончились. Но никакие «приметы с тапочками» не спасут никого из них от медицинских осложнений, депрессии, разлада в семье и ночных кошмаров. Но все это будет потом.
Они спали. А мимо ходили туда-сюда беременные женщины. Молча глядя на абортниц и поджав губы, проходили через «предбанник» в противоположную операционной дверь налево. Там, как ни странно, расположился дневной стационар для женщин, сохраняющих беременность. Двенадцать коек, и все заняты. И столько усилий и медиков, и собственных, чтобы сохранить своего ребенка. В этой консультации все рядом: направо — убивают, налево — сохраняют. Свобода личности, выбирай: убить или сохранить. Приветствуется равно и то, и другое. Многие в один момент своей жизни выбирают дверь направо, в другой — налево.

Напоследок я поговорила с заведующей консультацией, она же врач, которая делает здесь аборты. И на все вопросы получила очень уверенные ответы.
По ее мнению то, что мини-аборты стали делаться в женских консультациях (в Самаре — с 1990 года), — великое благо. Быстро, удобно, мини-аборт дает меньше осложнений. «Жаль, что эта методика так долго не разрешалась Минздравом. Одно плохо: мы опять отстаем от Америки, где амбулаторно делается аборт до десяти недель. После аборта у нас женщин учат предохраняться, абортов стало меньше. Как хорошо, что женщина теперь сама может решать. Раньше аборты запрещали, сколько было судебных дел. А теперь девочка с пятнадцати лет может сама решить сделать аборт и имеет право не ставить в известность маму…»
— И вы сделаете ей аборт? — содрогнулась я.
— Сделаем, а куда деваться. Беда в том, что наше население неграмотно, не знает, как пользоваться контрацептивами. Нужно девочек учить с семилетнего возраста, — был категоричный ответ.

И только на один вопрос: «Куда вы деваете детей, которых извлекаете из женщин во время аборта?» — заведующая консультацией замешкалась с ответом и промолчала. Но я повторила вопрос и услышала недовольное: «Куда надо! Санэпидемстанция за этим следит!.. Все это делается правильно!»
Людмила Белкина



^ НЕЗАЖИВАЮЩАЯ РАНА
Наше поколение выросло без веры. Так, в глубине души чувствовали, что есть какая-то Сила, Которая движет жизнью на земле. Но веры не было. Я родилась в войну и жила как в основном все жили в мое время. Пока не пришло горе в мою семью.
Родили мы с мужем троих сыновей. Два старших сыночка женились, имеют свои семьи, но вот младшенькому Алёше не суждено было… Он был умница, в школе учился хорошо, весельчак, любимец всей детворы. Окончил 11 классов и первый из нашего села поступил в университет, на вечернее отделение биофака. Им гордились учителя, мы радовались за него.

Проучился год — и взяли его в армию. Это был 1994 год. В армии жестокая «дедовщина»: избили его осетины, такие же солдаты, как и он, и Алёша попал в госпиталь с сотрясением мозга и перебитой переносицей. Немного подлечили его и из госпиталя отпустили на пять дней домой. Когда он приехал, я своего любимого сыночка не узнала: лицо изуродованное, и сам стал нервный. Погостил дома четыре дня, и уехал назад. Отцу он сказал, а от меня скрыл (щадил меня), что его отправляют в Чечню. Там он отслужил два месяца и в мае демобилизовался. Радости не было краев, что вернулся с войны целым и, как казалось внешне, невредимым. Отдыхал дома от всего пережитого.

Вскоре они поехали с ребятами в соседнее село, а на обратном пути попали в аварию, и мой сыночек разбился. Добавил своей бедной головушке еще перелом челюсти в пяти местах, лопнул череп и верхняя мозговая оболочка… Когда мы узнали о случившемся и приехали к нему в больницу, Алёшенька был неузнаваем. Голова раздулась, ни глаз, ни носа не видать; в одночасье ослеп. Лежал он — живой труп, даже не кричал, а лишь изредка стонал. Я взмолилась Богу: помоги ему, Господи, спаси, ведь он с войны вернулся, а тут дома так нелепо погибает. Молитв никаких я не знала…

Пролежали мы с ним в районной больнице две недели. Все кругом за деньги, а у нас и денег-то нет: что за тридцать лет насобирали на сберкнижку, давно уже обесценилось, всего нас лишили. Я ломала себе руки от беспомощности: сынок умирает; были бы деньги, спасли бы его!

Кое-как я выплакала, допросилась, чтобы Алёшу отправили в Самару, в областную больницу.
Но было поздно… Врачи в Самаре как глянули на него, на снимки, так и говорят: «Что же так поздно, почему не привезли его раньше?» Пообещали сделать все, что только в их силах, чтобы спасти сыну жизнь — и вернуть зрение. Нужна операция, причем срочная, — может, и удастся спасти… Оказалось, что еще после избиения в армии у Алёши остался в носу застарелый незаживающий свищ — чуть простынет, и вся инфекция из носа пойдет на мозги. Алёша говорит:
— Я не выдержу!
А врач обнадежил:
— Не знаю, сможем ли зрение вернуть, а жить ты будешь!
Целых десять часов, с 9 утра до 7 вечера, делали ему операцию. Все шло хорошо, температура и давление были в норме. А на девятый день после операции у него пошла опухоль от челюсти, поднялась температура, а за ней и давление. Утром он потерял сознание и стал биться. Я и еще одна женщина, Шура (она тоже с сыном лежала в палате) пытались удержать Алёшу — он крутился, как юла, на кровати. Сбежались медики, забрали его в реанимацию, а меня туда не допустили. Пролежал он там сутки — и скончался. Я сделалась как дурочка от этого горя! Алёшу любили все — и старые и малые, все сверстники были его друзьями. Провожали моего сыночка всем селом. Жалели: пережил войну, пришел домой — и так глупо умереть в двадцать лет…
Он еще лежал в морге, когда я первый раз пошла в церковь, в Самаре, чтобы купить на похороны все необходимое. Там мне подсказали, как заказать отпевание. И после этого на меня такое облегчение снизошло, не могу даже выразить своего тогдашнего состояния. Видимо, Господь Бог меня пожалел и дал мне силы похоронить сыночка, пережить эту утрату…

Наверное, не надо бы и рассказывать обо всем этом, ведь у Каждого свое горе, свои беды. Но я поняла, что смертью сына меня Бог наказал за аборты. За мои грехи забрал Он моего сыночка.

Когда я забеременела Алёшей, мы с мужем плохо жили — он пил, меня бил, и детям доставалось. Алёшенька был нам лишний. Я узнала о беременности поздно, врачи уже не взялись бы делать аборт (тогда они хотя бы сроков придерживались, не всех подряд убивали). И в отчаянии решила я сама сделать аборт. Но ничего у меня не получилось, ребенок остался жить. Подходит время рожать, я последние дни была в декрете. Мой муж подрался со своим родным братом, чуть не задушил его; я бросилась разнимать их — и в драке они меня помяли. Через час я родила Алёшку. Он был весь синий и не дышал, но врачи стали делать искусственное дыхание, и он ожил, закричал.
Вот так на свет появился мой нежданный, мой любимый сыночек. Мне его Господь оставил до двадцати лет — и забрал его, наказал за мои грехи. Это сейчас стали в газетах рассказывать, что ребенок как только зачался, уже живой. А тогда было такое мнение: пока не шевелится, он не живой, так — кусок мяса… Вот и старались убивать их, пока не шевелятся.

Когда Алёша умер, меня сразу как в голову ударило. Он лежал в гробу, а я навзрыд кричала:
— Прости меня, сыночек, я ведь тебя убила!
Господи, прости Ты меня за этот тяжкий грех! Я же тогда не думала, что придется так дорого заплатить за свои грехи!..

Сейчас я прозрела, потянулась к вере. Тяжело мне она дается, молитвы я запоминать не могу, за три года едва выучила Господню молитву и «Богородице Дево, радуйся…». Литературу куплю — читаю, а понимаю с трудом. Возьмусь молиться, и слезы заливают глаза, и я ничего не вижу. И прошу у Господа Бога нашего прощения за мои грехи своими словами и горькими слезами.
Прости меня, Господи, окаянную! Прости, сыночек мой Алёшенька!
Галина, Большечерниговский район Самарской области
^


БОГАТЫРЬ СТЁПУШКА
Хочу рассказать о чуде рождения моего младшего сына.
Замужем я второй раз, у меня есть сын от первого брака и у мужа в первом браке был сын. Общая у нас дочь Татьяна. Муж хотел наследника, и у меня было тайное желание родить ему сына. Но, тем не менее, согрешила: то время «неподходящее», то муж сильно заболел, — для греха всегда повод найдется. Сделала я один за другим два аборта. А когда настало «нужное» (по нашим мирским понятиям) время, — не смогла забеременеть. Муж вроде как с обидой на меня говорит: «Даже родить не можешь».
И стала я усиленно молиться: в ночь на Рождество просила у Бога, чтобы мне родить сына. И на Крещение опять молилась о том же. Потом легла спать и вижу сон: стою я и прошу у Бога сына, а на небе образовался круг и оттуда, как прожектор, луч света. И голос мне говорит очень строго:
— Я слышал твою просьбу и п
онял, теперь ты зайди в дом, а Я хочу поговорить с твоим мужем.

Мне было интересно, что ему скажут, но я зашла в дом — и сразу проснулась. У меня сильно билось сердце, это было настолько реально, что я еще долго не могла уснуть.
Прошло несколько недель, и мои чаяния, похоже, сбылись. Радуюсь: будет сыночек! А родилась дочь. Я опечалилась, говорю маме:
— У Бога просила сына, а Он послал дочь. Мама ответила:
— Бог знает, кого давать, так Ему угодно.

И вот в июне 1997 года я чувствую, что опять беременна. Что же делать? Младшенькой дочке всего четыре месяца, да и в мои тридцать пять лет не так-то просто рожать — с варикозом и давлением…
Мама мне напомнила:
— Ты сама просила сына! Если убьешь младенца, вдвойне согрешишь, не выполнишь обещание перед Богом.
А вдруг да опять будет девочка? У меня и так уже трое детей. Их-то растить нелегко. Отец, услышав о моих колебаниях, пристрожил:
— Даже и не вздумай делать аборт! Родится сын — и не сомневайся, да еще какой богатырь!

Но для меня настал месяц душевных мучений. Уже совсем было решилась — взяла направление на аборт. Вечером лежу на кровати, убаюкиваю дочь. Смотрю на икону Казанскую — она висит в углу. Окно выходит на запад, шторы закрыты. В комнате сумрак. Смотрю я на икону и мысленно с ней разговариваю: «Что мне делать, как быть?..» Всю сложившуюся ситуацию в мыслях перебираю.

И вдруг луч заходящего солнца пробился сквозь шторы и упал на икону. Да так, что внизу иконы словно бы загорелась лампада, живоиграющий огонек, и от него два луча — один прямо на Богородицу, другой на стоящего Младенца Иисуса Христа. И больше нигде никакого света.

Этот огонь горел 5–7 минут, потом исчез. Я несколько раз привставала, заглядывала — откуда же этот свет, но так и не увидела ничего. Это Божия Мать ответила так на все мои сомнения.
На другой день я, конечно же, не пошла на аборт. Беременность проходила легко. Один раз я сильно стукнулась животом, но все обошлось благополучно.
Многие говорили, что опять будет девочка. И на УЗИ подтвердили: похоже, что девочка. Но я надеялась, что Господь исполнит мою просьбу.
И — долгожданная радость! В феврале я родила сына, действительно богатыря — на 5 килограммов! Назвали Стёпушкой.

Когда он лежит на кроватке, — а в изголовье находится та самая Казанская икона Божией Матери, — он всегда поворачивает голову и смотрит на нее, улыбается и весело гулит. Божия Мать оберегает моего сына.
Валерия, Тюменская область



^ В ДУШЕ БЫЛА ТИХАЯ РАДОСТЬ
В газете «Благовест» я прочитала о молитвенном правиле за младенцев, загубленных во чреве. Прочитав, я решила с Божией помощью исполнить его в Великий пост.
Получила у священника благословение на выполнение этого молитвенного правила, и в эту же ночь вижу сон. Длинный темный коридор и огромная очередь стоящих в темноте. Во сне я знаю, что мы стоим ко Причастию. Себя не вижу, но чувствую, как в мою юбку ручонками крепкокрепко вцепился ребеночек (его я тоже не видела, но пыталась оторвать от юбки). И вот я заволновалась: чей ребенок?! Кричу, а мне никто не отвечает. Я говорю: «Я его обязательно подведу ко Причастию, вы только скажите, как его зовут. Имя, имя?..» — и так с этим криком и сокрушением проснулась. И долго этот сон не выходил из моего сердца.

С Божией помощью молитвенное правило я выполнила — и сразу после этого вижу другой сон. Все светло, светло, и я очень быстро еду в открытой машине и так нежно, но крепко-крепко держу на руках ребеночка! Его я не вижу, но чувствую, и в его ручках огромная игрушка — яркая, неземных красок… И так мне хорошо!.. Проснулась — и целый день в душе была какая-то тихая радость.

Покаяние в грехе детоубийства я приносила не раз и исполняла различные правила, что добрые люди подсказывали, но снов таких тогда не видела.
Елисавета, г. Самара



^ НРАВСТВЕННАЯ КАЗНЬ
Одна молоденькая женщина, готовясь к варварской операции, призналась мне, обливаясь слезами: «Как подумаю, что будут кромсать это маленькое существо, так холодею от ужаса».
Подобное чувство жалости или внутреннего раскаяния мне было незнакомо. Я шла на аборты с холодной решимостью. Гнусную мою душонку волновала только чисто физическая боль. А ее, по Божиему попущению, мне выпало за десятерых. После каждой операции состояние моего здоровья ухудшалось. В последний раз я шла на аборт уже с опухолью матки, и врач промучила меня на известном кресле 1 час 20 минут…

Опасные предраковые заболевания стали поражать мои детородные органы. Но самая страшная кара обрушилась на меня через нашего единственного ребенка, которого в течение 6 лет мучили непонятные припадки.

Что может оправдать детоубийство? Но у меня и вовсе никаких «особых» причин для прерывания беременностей не было. Бог дал мне все блага: любящего, добрейшего мужа (которого я в ту пору не очень и ценила), безбедное существование, хорошую работу, людей, готовых прийти на помощь, и многое другое. На этот преступный шаг толкала греховная, ветреная молодость, стремившаяся не обременять себя проблемами быта.
Задуматься о наказании Господнем мне, тогда убежденной атеистке, и в голову не приходило. Если же какой-нибудь верующий заводил со мной разговор о грехе, я с оттенком возмущения в голосе говорила: «А чего мне бояться? Я не убивала, не крала, не обижала!»

Господи, прости мне речи мои фарисейские! Ослепленная грехом, я не ведала обмана, выдавая свое внешне пристойное поведение за чистоту души.
Не буду описывать все обстоятельства и пути своего прозрения. Главную роль, как я понимаю, сыграли молитвы моей матери (помяни ее, Господи, во Царствии Твоем!). Когда дьявольский покров стал спадать с моей души, голос совести, вороша прошлое, обличал: «Убивала! Крала! Обижала! Обманывала!..» И не было конца этому мысленному списку грехов.

Поначалу я осознавала их и регистрировала холодным рассудком. Но однажды, когда я читала перед, причастием «Канон покаянный…», пришли обильные слезы и рыдания, рвущиеся из глубины души.

То же случилось и на исповеди. И теперь грех детоубийства стал представать в ужасающих картинах… По Божиему промыслу напоминание о моем кровавом преступлении приходит часто разными путями. Читаю газетную статью о маньяке, который у себя в гараже сдирал кожу с живых похищенных детей, — и, цепенея от ужаса, вижу себя соучастницей этого злодеяния. Нравственная казнь вторгается во все помыслы.

Теперь я не могу без волнения смотреть в чистые, лучезарные детские глаза. Однажды на автобусной остановке маленький мальчик долго и пристально разглядывал меня. Взгляд этот — выразительный, глубокий и как будто обличающий — вызвал целое смятение в моей душе. «Это мой судья!» — подумалось мне.

Мои «судьи» бегают вокруг, заливаясь звонким смехом, ползают на четвереньках, ковыляют на слабых ножках… И всех бы я их перецеловала теперь. Но они не мои дети. А мои, разрезанные на кусочки, сгнили на свалках без креста и имени.
Господи Милосердный! Прости мне грех сей смертный. Помилуй нас — всех матерей, которые по духовной слепоте и жестокости сердец продолжили кровавое дело царя Ирода.

Боже, милостив буди к чадам нашим, не познавшим материнской любви, а принявшим мученическую смерть от рук наших.
Приими, Господи, слезы покаяния рабы Твоей.
Елена, г. Тольятти



^ БЫЧЬЯ КРОВЬ
— В том-то и беда, что делала я аборты, — Лилия сокрушенно покачала головой, отодвинула пустую чашку. — Ведь и замужем — правда, тогда мы не были венчаны, — и квартира, и все условия. Единственная дочка… Что еще? Но только скажу мужу: «Я ведь беременна», — а он в ответ: «Ну и что? Иди, делай аборт» — «Ну может, оставим?..» — «Да зачем тебе это надо!»

Вот так мы и решали участь наших нерожденных деток. Не потому ли и в семье все так непросто. Молюсь о сохранении брака, а все только хуже идет…
Когда наконец-то я твердо решила: следующего обязательно рожу! — и мужа уговорила, — тут-то и оказалось, что от нашего желания мало что зависит. Не давал Господь детей чадоубийцам! Долгие пять лет пришлось молить Бога о даровании ребенка. И, может быть, Господь так и не откликнулся бы на мои молитвы, если бы мы не повенчались с мужем. Вскоре после венчания я забеременела.
И вот тут пришлось столкнуться с нежданными искушениями. Будто все ополчились на моего зачатого младенчика — как бы его извести.
На учет я встала уже на пятом месяце, чтобы сразу отсечь саму попытку уговоров на аборт. Но в женской консультации услышала:
— Да ты что — с ума сошла! До такого срока дотянула… Под сорок лет — в твоем возрасте рожать: знаешь какой это риск — может родиться урод!
— С какой стати? — я ведь тоже кое-что читала, не совсем уж глупенькая.— Насколько я слышала, риск этот — если он вообще еще есть — только для первородящих женщин. У меня вторые роды. Да сколько их, первородящих, рожают и постарше меня — и слава Богу, ничего. Так что не надо пугать меня — не боюсь.

Тогда медики стали убеждать меня лечь в больницу, в целях профилактики. И опять я отказалась: чувствую себя хорошо, анализы неплохие. Что мне делать в больнице?
Они свое: надо подкрепить здоровье. Знаю я их «подкрепить»… Но подумала все же, что витамины и впрямь можно бы поколоть, да ведь для этого не обязательно в стационаре лежать. Попросила выписать лекарства, я их сама куплю и буду ходить на уколы.
Купила, что было выписано. Пришла домой, открыла коробочку с ампулами и стала читать листовку-вкладыш. Читаю: препарат изготовлен на основе вытяжки из бычьей крови… Единственное противопоказание — беременность! Я — к врачу:
— Что же вы мне выписали! Читайте, тут написано, что при беременности это лекарство противопоказано!
Врач рукой замахала:
Это старая инструкция, нечего и читать ее. Недавно ассоциация гинекологов признала это лекарство совершенно безопасным для беременных.
— Ну уж нет! Препарат импортный, и если зарубежная фирма-производитель признает, что лекарство может представлять угрозу для плода, значит, так оно и есть. Скорее уж фирмачи постарались бы скрыть эту опасность от пациентов, денег не пожалели бы, чтобы убрать эту строчку, да ведь не убрали — значит, угроза серьезная. И потом: бычья кровь… Это что же, в меня и моего ребенка звериную кровь вольют?
— Да мы это лекарство абсолютно всем женщинам назначаем — и ничего! Одна ты такая умная…

Умная или нет, а от этих уколов я отказалась. Были и другие искушения, и много, — ну, слава Богу, удалось и их как-то одолеть…
Мы сидели на кухне за давно остывшим чаем и говорили, говорили о детях — живых и убиенных, о том, как же все-таки можно хотя бы попытаться отмолить столь тяжкий грех. А за стеной мирно посапывал носиком маленький Иванушка. Мамина и папина кровинушка. Не бычья…
Ольга Ларькина



«А ЭТУ И ДВА СЕЛА НЕ ОТМОЛЯТ…»
В Самарской области многие помнят великую пред Господом молитвенницу и праведницу Пашу Давыдову († 10 февраля 1957 года). Жила она в селе Дмитриевка, в двенадцати километрах от Подъем-Михайловки, и часто приезжала к своей снохе Зое в село Большая Глушица. Многое было открыто тете Паше, сомолитвеннице и собеседнице Митрополита Мануила (Лемешевского) и протоиерея Иоанна Фомичева. При жизни не раз побывала она в раю; духовно прозревала посмертную участь как умерших, так и еще живых людей.
Про мамину свекровь тетя Паша говорила, что она в раю — и спаслась деторождением: всех своих деточек родила, — вспоминает живущая ныне в Самаре Алевтина Куликова. — В другой же раз тетя Паша говорит:
— А вот за эту два села будут молиться и не отмолят!
Мы к окну, смотрим — наша врач-гинеколог с мужем под ручку, он несет ее сумочку, — идут улыбаются…



Добавлено 25 Aug 17, 10:20


НАША КРОВАВАЯ КНИГА
Если бы кто-то из живущих вздумал написать книгу обо всех убиенных младенцах, не хватило бы места на ее страницах — так много жертв приносим мы торжествующему врагу рода человеческого. Такая книга есть — на небесах, и все ее листы — как обнаженные раны, каждая строчка истекает кровью. Наша Кровавая книга…
Вот лишь несколько строчек — несколько историй. Что-то было со мной, что-то услышано от других.

— У моей дочери уже было трое детей, и вот она забеременела четвертым. Что делать? Плодить нищету? Решили с мужем, что хватит им и троих детей. Этих бы воспитать как следует, дать им все необходимое.
Сделала она аборт. А через неделю ее муж поехал на рыбалку и не вернулся. Погиб… Убийц так и не нашли. Осталась она с тремя малыми на руках. Вот уж вдоволь хлебнула и горя, и нужды…

У Наташи двое детей. Старший сын уже взрослый, учится в институте. Очень хороший, добрый юноша. А младший… Нет, он очень умен, отлично учится, никогда не обижает животных. Но детей, особенно маленьких, просто ненавидит. Еще трехлетним малышом он кричал, распаляясь злобой:
— Я убью его! Зарежу! Разорву на кусочки! Я ему голову разобью!..
Отец и мать — оба с высшим образованием, очень интеллигентные люди. Все учат его добру, все стараются обуздать кипящую в нем ярость. Но единственное, чего смогли добиться, — это чисто внешнее укрощение страсти. Тяжелый, жестокий взгляд, клокочущий в самом сердце ребенка гнев — с этим ничего не могут поделать.
— Это мне Божья кара за мой грех, — говорит Наташа.

Она забеременела вторым младенцем, когда старшему было четыре года. Рожать? Но так не хотелось опять надолго оставлять работу, всецело погружаться в докучливый быт. Муж сказал ей сразу: решай сама, хочешь — рожай, не хочешь — твое дело. Обе матери — ее мама и свекровь — в один голос заявили: на нас не рассчитывай, помочь материально, игрушками и одежкой, — поможем, но сидеть с малышом не будем. Самим еще работать да работать…
В ночь перед операцией Наташе привиделось: к ее кровати подходит Женщина, вся в черном, и протягивает ей дитя:
— Наташа, возьми!
Та отвернулась: не надо… Женщина настаивала:
— Наташа, ты погляди, какая девочка — хорошенькая, беленькая, вся в тебя. Возьми ее, Наташа!
Но она и слышать не хотела о ребенке. Утром подивилась странному сну и отмахнулась: нет уж, решила сделать, теперь нечего раздумывать. Отказаться бы, — стучало в глубине сердца, — пока не поздно… да нет, стыдно!.. Все анализы сданы, в больницу кладут по знакомству…

И операция прошла на редкость удачно, безболезненно. Только вдруг, ни с того ни с сего, накатила такая истерика — Наташа забилась в рыданиях. А ночью вновь увидела Ту Женщину в черном и теперь уже сама побежала за ней:
— Дай мне доченьку!
— У Меня ее нет, — ответила Женщина.
— Дай мне, дай мою доченьку! — плача, продолжала молить Наташа. И бежала вслед за удаляющейся Женщиной:
— Дай хоть взглянуть на нее!
— Ищи ее в мусоре, — услышала в ответ.

— Первый аборт я делала не в больнице — стыдно было признаваться в своем блуде. С мужем я разошлась. А тут любовь… Уже и младенца во мне не было, но чувствовала себя я все хуже и хуже. Что-то сжигало изнутри, и кровотечение не прекращалось. Пришла к подруге: что мне делать — погибаю! Целый день мы ходили по ее знакомым, и все без толку. А вечером, уже у нее дома, произошло ужасное. Кровь хлынула неудержимым потоком. Все, конец? Подруга бросилась к телефону. На мое счастье, «скорая» примчалась тут же, и ехать было недалеко. Спасли… А назвалась я не своей фамилией: точнее, подруга при вызове сказала, что я — Трегубова из города Горького.
Прошли годы. Я вышла вторично замуж. Родились дети…

Этот брак не принес мне счастья. Многое пришлось пережить. Но самым жестоким ударом была измена мужа. Моя разлучница — Трегубова, а сына ее зовут так же, как и несостоявшегося отца трех моих нерожденных младенцев.

Как-то ночью я увидела себя над какой-то мрачной ямой, а оттуда слышались жалобные крики: — Мама, мамочка!..
И вот я уже стою среди каких-то детишек, одетых в лохмотья. Они обступили меня, хватают за руки, тянут к себе и все приговаривают: — Мама, мамочка!
Мне страшно смотреть в их пустые глаза, жутко от холодных прикосновений. И не вырваться, не уйти от них. Старшая девочка радуется:
— Теперь ты никуда не уйдешь, останешься с нами. Я кричу:
— Пустите меня, мне надо идти. Меня дети ждут!
— Дети? А мы что — не дети? Мама, почему ты нас бросила?
Так я и проснулась под их неутешный плач…

Не думала, что столько радости может принести сон. Мне привиделось, будто я в каком-то обыкновенном доме, где много — восемь или десять — маленьких детей. Красивых, чистеньких, беленьких… Со мной еще одна женщина.
Вдруг в дверь стучат, и вторая женщина спрашивает, кто там и что нужно. За дверью стоят незнакомые мужчины, и один из них — аккуратно одетый, приличного вида — говорит:
— Здесь два моих сына. Откройте, я заберу их. Женщина готова открыть дверь, но я в ужасе останавливаю ее:
— Это же охотник за детскими органами! Не отдавай детей, он лжет!

Тот настойчиво требует, чтобы ему отдали двух мальчиков (почему-то ему нужны именно два малыша, примерно двухлетние; он называет их имена и фамилию, говорит, что его прислала за ними жена). Пока идут переговоры, я закрываю мальчиков в шкаф, но, понимая, как ненадежно это укрытие, осторожно выбираюсь с малышами через окно. И бегу, несу их обоих, крепко прижимая к себе, и не чувствую тяжести — такие они легонькие, невесомые так ласково и доверчиво прильнули ко мне. Бегу, радуясь тому, что удалось спасти детишек. Ведь остальные-то дети в доме торговцу органами не нужны…
Просыпаюсь совершенно счастливая, словно это наяву мне удалось спасти малышей.
Господи, неужели хотя бы двоих отмолила?..
Ольга Ларькина



ОСУЖДАЕТСЯ… МАТЕРИНСТВО?
Мария скрывала свою беременность до последнего. Живот утягивала, на работе носила широкий блузон, в больших карманах которого постоянно держала руки, чтобы не так заметна была округлость фигуры. «Маскироваться» удавалось довольно долго. А около восьми месяцев, когда тайное уже становилось явным, она взяла на работе очередной отпуск. Декретный отпуск Мария не оформляла и потому не получила полагающихся по закону денег. А они, конечно, не оказались бы лишними. И даже не встала на учет по беременности у местной акушерки. Роды начались прямо в машине по дороге в ближайший роддом.

Кто-то, наверное, подумал, что речь идет о плоде мимолетной связи, о юной девушке, решившейся родить и воспитать ребенка без мужа. Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что у Марии есть муж и дети. Родившаяся этим летом девочка стала ее четвертым ребенком. Почему же беременность, словно свидетельство о позоре, пряталась Марией от всех окружающих? Нет, не была она горькой пьяницей и никто не лишал ее материнских прав. Известие о том, что Мария ждет четвертого ребенка, в последние несколько недель быстро разнеслось по поселку. Местные кумушки на каждом углу судачили об ожидающемся пополнении. И «общественное мнение» тут же вынесло Марии приговор: сумасшедшая, самой есть нечего, а она еще нищету плодит… При этом во внимание не принималось, что у семьи есть огород, корова и другая живность, а на земле при наличии скотины всегда можно прокормиться, только не ленись…

Вот этого «приговора», всеобщего осуждения, которое в современной деревне не бывает молчаливым, и боялась Мария. Насколько же извращено должно быть сознание людей, чтобы убийство младенца во чреве считалось обычным, естественным явлением, а рождение ребенка, не первого и не второго в своей семье, — из ряда вон выходящим событием, заслуживающим сурового осуждения…

Одна многодетная мама рассказывала мне, как во время вынашивания детей ей приходилось встречать крайне негативное, да просто хамское отношение к себе. Косые взгляды и ехидные пересуды соседок — это еще что. В общественном транспорте, случалось, так и норовили намеренно толкнуть, а то и ударить локтем в живот. Причем чаще всего — пожилые женщины, вероятно, вырастившие собственных детей.

Я сознательно изменила имя женщины и не называю поселка, в котором она живет. К тому же подобная история могла бы произойти где угодно. Мораль «нового времени» царит уже повсюду. В поселковой школе, кстати, в числе первых в Самарской области ввели уроки полового просвещения. Конечно, не без инициативы с места.
И все-таки женщина, «…когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир» (Ин.16:21). И верится, что радость материнства уже затмила у Марии пережитое чувство тревоги.
Татьяна Трубина



ПО ПРИГОВОРУ ВРАЧЕЙ
Я не нашла нужных слов: звонок застал врасплох. Да и любые слова опоздали: младенец уже убит в материнском чреве.

А ведь молодая мама и все ее близкие так мечтали о ребенке, уже закупили ему все приданое, придумали имечко. Еще немного, еще три месяца — и он пришел бы в мир, и… Да что говорить теперь об этом. Все — «бы», в сослагательном наклонении. В этом реальном мире у неродившегося мальчика нет даже могилки. Его маленькое тельце аккуратно упаковали и отправили в морг.

Известно, что ждало его потом, ведь шестимесячный плод — это практически жизнеспособный ребенок (еще несколько лет назад врачи и акушерки в роддомах со всей самоотверженностью выхаживали их, и многие дети выживали); все органы уже сформированы, и значит, их можно использовать в донорских целях. В этом кровавом бизнесе все идет в дело, даже зародышевые ткани совсем еще крошечного комочка плоти. Наших детей убивают на разных сроках внутриутробного развития — и в любом виде они превосходно годятся в пищу ненасытному Молоху. Хотите стать моложе, привлекательнее, соблазнительнее — покупайте кремы, помады и гели «на натуральной основе». Материала для людоедской парфюмерии хватает, пока мы спокойно — или с угрызениями совести, что не меняет дела, — отдаем своих чад на растерзание.

Нет, эта женщина и не помышляла об аборте. Сколько раз ее мама горько вздыхала: эх, доченька, если бы я только знала, что аборты — такой страшный грех, — никогда бы не стала их делать. Все бы выросли, всех бы мы с мужем выкормили. И ты, слава Богу, замужем… Но когда дочь поделилась с ней долгожданной радостью, мать пришла в ужас: «Ты что же, забыла — как раз в это самое время прошла курс лечения такими антибиотиками, от которых возможны всякие отклонения в развитии плода. А что говорят врачи?»

И началось мучительное метание от врача к врачу, и те подтверждали худшие опасения. Да, антибиотики вполне могли повлиять на будущего ребенка. Да, — подливали масла в огонь, — а вы знаете, что вашей дочери вообще нельзя рожать эти пять лет? И дочь, готовая провалиться от стыда, рассказала маме, какой «подарочек» преподнес ей любимый супруг. Стоило ей ненадолго уехать, как он привел в дом платную «жрицу любви», заразился сам и одарил жену ужасной болезнью. Она и узнала об этом, сдав анализы в женской консультации. Она простила мужу измену, оба пролечились, но что будет с ребенком? Внутриутробное заражение — это так опасно…

И все-таки она долго не сдавалась, убеждая всех в том, что ее дитя — это ее крест, каким он будет, такой, значит, и определил ей Господь. «Да что ты понимаешь в этом, глупая! — слышала в ответ. — Ты еще не видала, какие бывают уродцы. Зачем тебе это? А муж — он же тебя сразу бросит!..»

Последним аргументом стала экскурсия по этажам детской больницы, где в палатах за стеклянными дверьми собраны дети наркоманов, пьяниц, сифилитиков, — дети с ярко выраженными уродствами. Эту «экскурсию» с будущей мамой провела врач, прилагавшая особенно много стараний для того, чтобы вынудить женщину решиться на искусственные роды. И это ужасающее зрелище сломало молодую женщину. Она скрепила своим согласием приговор врачей…

Ей ведь не показали, сколько здоровеньких, вполне нормальных детей родилось даже у изгоев общества — и у подобных ей жертв трагически сложившихся обстоятельств. Ей не сказали, что статистика лжива насквозь.

Ей не сказали — а почему ты думаешь, что именно твой малыш родится уродом?
И что такое урод вообще? Безрукий и безногий Григорий Журавлев — разве не был он уродом с точки зрения «самой гуманной в мире» науки — медицины? А он зубами держал кисть и писал иконы! Какой же это урод? А слепенькая Пелагея Рязанская? А горбатенькая схимонахиня Макария? Их ведь тоже могли бы загубить во чреве, чтобы «не плодить уродов»… Сколько праведников мы убили — кто сочтет?
И это — крайние случаи, когда действительно рождаются дети «с отклонениями». Но у ее-то уже убитого младенца врачи даже не нашли, что показать в доказательство своей правоты, — скоренько убрали с глаз долой. Знакомый священник рассказывал, как его жене по причине болезни медики запрещали рожать второго ребенка. Тоже чего только не пророчили! А девочка родилась — такая славненькая, растет, как все дети, — и болеет, и упрямится иногда не по делу, и пошалить не прочь. Да ведь растет, радует родителей и радуется жизни!

А сколько еще известных мне женщин отказались убивать своих детей, казалось бы, обреченных на уродство.
Надежда сама от младенческих пелен больная, инвалид второй группы. Получает грошовую пенсию, у мужа постоянно проблемы с работой. Ей и первого-то «не рекомендовали» рожать, а уж второго и третьего… «Ты же вся пропитана лекарствами, разве у тебя будет здоровый ребенок?» — возмущались врачи. Ее и на учет по беременности не хотели брать.

И последний сынок впрямь родился ослабленный. А как же, ведь его извлекли на свет Божий на месяц раньше срока, сделав кесарево сечение. Врачи говорили — не выживет, и Надежда сама окрестила сына в больнице. А выписавшись, принесла его в церковь, чтобы восполнить крещение по православному обряду. Причащать детей так часто, как надо бы, не получается, — трудно с тремя малышами, — но Надежда старается приводить их к Святой Чаше хотя бы один-два раза в месяц. И детские болезни отступают. Трехлетний Сереженька — жизнерадостный симпатичный карапуз…

Два года назад я познакомилась с женщиной, у которой очень тяжело болен маленький сынок. В пять лет Владик совсем беспомощен: ручки и ножки слабенькие, ни ходить, ни ползать он не может. И говорить пока не умеет — открывает ротик и силится что-то произнести, но не получается. Детский церебральный паралич… Но что за дивный это ребенок! Я смотрела на него — и не могла отвести глаз от лучащегося ангельским светом личика. Это воплощенная доброта, это живая любовь к маме и бабушке, к папе — да, даже к нему, не выдержавшему тяжести такого испытания и бросившему жену с больным ребенком. Легко ли Вере, оставшейся без средств к существованию, без надежной опоры в жизни? Многие осудили ее: что за глупая, из-за ребенка потеряла мужа! Поменьше бы со своим Владиком в церковь ездила да по святым местам. И рожать урода было незачем… Что скажешь «умным» людям? Им не понять радость матери, запрятавшей глубоко в сердце слова санаксарского схиигумена Иеронима: «Владик будет ходить!» Это ее крест — и ее радость, ее боль, мука и счастье. Ее жизнь.

…Я не судья в этом деле, и мне до боли сердечной жаль женщину, так и не ставшую матерью. Жаль — ведь за этот грех ей придется дать ответ. Доколе же, Господи, мы будем жить чужим умом? Слушать, что скажут всезнающие соседи, медики и родня? Да есть ли у нас кто-то роднее, чем этот крохотный младенец во чреве, что, может быть, сейчас бьется в испуге и молит немыми устами: мама, не убивай! Мамочка, пожалей меня, не убивай! Родная — НЕ УБИВАЙ!
Ольга Ларькина



ПОКАЯННОЕ ПИСЬМО
«Я — грешный монах Моисей — виноват перед всеми вами, чтущими эти строки, перед живущими, усопшими и будущими родиться, наипаче перед нерожденными младенцами в страшном злодеянии.

Работая в Иркутской больнице № 10 в 1977 году, я обучал убивать нерожденных младенцев точечным массажем сразу после зачатия и на всех сроках беременности. Не только обучал, но и своими руками творил эти злодеяния. Эти страшные преступления я, безумный, творил 14 лет, разъезжая по всей России, обучая этому всех, кто только соглашался меня слушать — в школах, на заводах, в больницах, клубах. Вопль нерожденных, загубленных мною и по совету моему, младенцев, вопиет об отмщении…
В 1998 году Архиепископ Брянский и Севский Мелхиседек обратился ко всей России с призывом к русским людям молиться за младенцев, чью жизнь не сберегли. Он назвал Иродов грех убиения во чреве главной причиной всех и всяческих трагедий, болезней и того смутного времени, которое мы переживаем. К молитве за убиенных младенцев призывает всех и афонский старец иеросхимонах Рафаил. Мы видим, как в семьях, где живут неисправимые пьяницы, наркоманы, блудники, молитва совместная о загубленных чадах буквально творит чудеса обращения и исцеления. Видим, как укрепляются семьи, как дети вновь начинают любить родителей и как многие родовые хронические заболевания оставляют эти семьи.

После всего пережитого самым большим моим грехом будет не донести до каждого российского собрата и сестры о страшном грехе детоубийства.
…Как посмотрю в глаза тем матерям, кого учил убивать и прелюбодействовать — ибо сначала грех прелюбодеяния, а затем только — чадоубийства! Как посмотрю в глаза тем детям, кого убили с моей «легкой» руки или по моему совету. Но как мне смотреть в глаза тем миллионам невиновных младенцам, коих могли бы вызволить из темницы, если бы я малодушно не спал, не молчал, когда нужно вопиять на весь мир в посте, плаче и рыдании!

Простите меня, дорогие мои, низкопоклонно умоляю вас о молитве за падшего современного Иуду и Ирода — чадоубийцу монаха Моисея. Чтобы мне не спать по ночам, но стоять у Святого Гроба Господня на Божественной литургии и оплакивать страшные злодеяния мои, чтобы мне неложно творить достойные плоды покаяния — всю оставшуюся жизнь учить уже не убивать, но поднимать на небо тех, кого убивали почти 70 лет.

Буду умолять Всемилостивого Господа нашего Иисуса Христа и Заступницу Усердную «Взыскание погибших», чтобы спаслись все до единого, кто услышит этот вопль мой и откликнется молитвой, милостыней, поклоном о спасении грешного монаха Моисея.
Да благословит вас Господь!

Да просветит всех нас Господь Духом Своим Святым, да откроет всем радость покаяния — Преображения еще до Второго Пришествия. И да будет тако со всеми нами».
Дни прославления Святых Царственных Мучеников. 15 августа 2000 года



АНАЛИЗ
Этот случай произошел так давно, что я уже успела его призабыть. А вспомнить меня заставили слова одной молодой девушки на Православном интернет-форуме: «Существуют аборты по медицинским показаниям. И оставить ребенка-дауна, ребенка с нарушениями умственной деятельности и прочими неизлечимыми заболеваниями решится мало кто даже из истовых верующих…».
Пусть эта история, рассказанная мне ее главной героиней, станет ответом на вопрос девушки.

…Не знаю, как меня угораздило согласиться сдать этот злополучный анализ… Пообщавшись на днях со мной, врач-генетик местной женской консультации сказала, что у меня отягощен генетический анамнез — это значит, что мой ребенок может родиться больным. «Болезнь Дауна — это очень серьезно, — сказала доктор. — Вы должны пройти обследование и в случае положительного результата делать аборт. Но у вас уже очень большой срок, так что не знаю, что мы с вами будем делать…»

Такой анализ стоит довольно дорого для провинциального городка, и работники генетической консультации своеобразно решают эту проблему: они из одной дозы реактива ухитряются сделать четыре анализа разным женщинам, и получается, что платить надо только четвертую часть стоимости. Я сдала кровь и спокойно пошла домой, плохого предчувствия не было — была уверенность, что все хорошо, просто хотела еще раз убедиться.

Плохо стало через несколько дней, когда меня пригласили в консультацию и сказали, что анализ положительный, обругали за то, что поздно обратилась, и назначили дату аборта — через четыре дня. Я вышла из больницы сама не своя, держась за стену. Проходящие мимо пешеходы спрашивали, не нужна ли их помощь, но нет — мне тогда никто не мог помочь.

Я не знала, куда идти и что делать, но знала, чего ни в коем случае делать нельзя — соглашаться на аборт. Нельзя убивать своего нерожденного ребенка только за то, что ему не повезло быть здоровым. Решила домашним ничего не говорить про анализ до самых родов. Домой идти не хотелось. Побродив по городу и от души выплакавшись, стала вспоминать, у кого из моих знакомых такие же дети, и вспомнила двоих. Одна из них, Женя, бухгалтер из ЖЭКа. Хотя мы мало знакомы, я решила на следующий день пойти к ней. Её дочке уже восемь лет. Я почему-то не подумала, что это неэтично — вот так вторгаться в чужую семью: было больно, и я искала обезболивающее.
Женя с дочкой и мамой жила в частном секторе, был субботний полдень, когда я пришла. Первой меня увидела дочь Жени Леночка, которая собирала яблоки возле забора, потом вышла Женя. Я сразу прямо сказала ей, с чем пришла, рассказала, как я счастлива была еще несколько дней назад, что у меня будет ребенок, как меня напугали в консультации, как неожиданно для меня все это.
— Я не вправе советовать тебе что-либо, — сказала Женя. — Мой муж ушел через год после рождения ребенка именно из-за трудностей. Он настаивал, чтобы я отдала дитя государству, после того как я категорически отказалась — ушел.
— А тебе очень трудно? — спросила я.
— Я люблю ее, эти дети, если их воспитывать с любовью, очень ласковые, очень привязаны к дому, к родным, любят природу и животных. Конечно, надо приложить много труда, чтобы ребенок получил хоть какое-то интеллектуальное развитие. Да и народ у нас невоспитанный: идешь по улице с ребенком, могут и пальцем показывать… Она пригласила меня на чашку чая за столиком в саду, мы еще о многом говорили, потом подошла Леночка — и, скажу честно, этот ребенок меня очаровал: девочка очень старательная и добрая к окружающим, несмотря на то что ей все дается намного труднее, чем обычным детям. «Мама, не уходи», — просила Леночка, когда Женя хотела проводить меня до калитки. Женя осталась, присела возле девочки и взяла ее за руку, Леночка обняла и поцеловала свою маму. Все. Сомнений во мне больше не было ни капли, мое решение оставить ребенка окрепло.
Роды планировались на середину декабря, и я уже сейчас назвала ребенка Андрюшей.
По соседству с одной моей подругой жила старая женщина, ее сын Витя тоже даун. Ему уже тридцать лет, он у нее пятый, самый младший ребенок.
— Трудно ли вам с ним? — спросила я, повстречавшись с ней.

— Как тебе сказать… Другие дети взрослеют, а эти навсегда остаются детьми, им нужна забота всю жизнь…
Значит, и мой ребенок никогда не повзрослеет… Андрюша… Мы с тобой счастливы сейчас, нам светит утреннее солнце, под ноги с нежным дуновением ветерка падают листья каштанов, ты напоминаешь о себе, легонько толкая меня ножками… Наше счастье не закончится днем родов, мы будем счастливы и тогда, когда я увижу тебя, и, обещаю, никакие трудности меня не испугают!

Я успокоилась и жила своей обычной жизнью, только иногда возникали вопросы: «За что?», «За что?» «Почему именно я?» И тогда мне встретилась прекрасная молитва святителя Филарета Московского. Там каждая строка стоит того, чтобы ее запомнить и принять как жизненный ориентир:
«Господи! Не знаю, чего просить у Тебя! Ты один знаешь, что мне потребно. Ты любишь меня паче, нежели я умею любить себя.
Отче! Даждь рабу Твоему, чего и сам я просить не умею. Не дерзаю просить ни креста, ни утешения. Только предстою пред Тобою, сердце мое отверсто. Ты зриши нужды, которых я не зрю.
Зри! — и сотвори со мною по милости Твоей. Порази и исцели, низложи и подыми меня. Благоговею и безмолвствую пред святою Твоею волею и непостижимыми для меня Твоими судьбами.
Приношу себя в жертву Тебе. Предаюсь Тебе. Нет у меня желания, кроме желания исполнить волю Твою. Научи меня молиться. Сам во мне молись. Аминь».
Да, Бог знает, что делает, кому что посылает. Я часто читала Евангелие, жития святых, молилась, думала.

Ах, Андрюша, не быть тебе воином Христовым… Таких, как ты, Бог посылает в мир, чтобы дать нам, грешным, возможность стать терпеливыми, заботливыми и сострадательными, а вам дает Свою милость, а потом Царствие Небесное.
День родов — 17 декабря. Все как у всех — боль, ожидание, усталость и еще перед первым криком малыша слова акушерки: «Поздравляем… у вас девочка!»
— Девочка? Как девочка? А где же мой Андрюша?
— Бедненькая, совсем замучилась, — гладит меня по голове пожилая врач. — Через пару лет приходи за Андрюшей, когда нянька подрастет. А девочка хорошая, здоровенькая, а голос-то громкий какой!
Девочка… Я очень устала и поэтому сразу засыпаю.
Просыпаюсь вечером. Пока спала, меня перевезли в послеродовую палату. Я начинаю понимать, что случилось: были четыре пробирки с кровью, и мою пробирку случайно поменяли с кем-то. Андрюша родился у другой женщины, а может, еще не родился? Кто-то ждет здоровую девочку…
Принесли моего ребенка и как-то небрежно положили рядом со мной. Я прикоснулась к ней, поцеловала — вот ты какая, дочка моя… Так неожиданно… Ты прости, так получилось, что я называла тебя Андрюшей. Я не подбирала тебе имя, но сегодня день святой великомученицы Варвары, значит, ты — Варварушка. Я смотрю на тебя, а ты всем своим видом, не по-земному спокойным, устремленным внутрь, как будто отвечаешь: «Конечно же, я — Варвара».
И мне захотелось молиться, не то чтобы за нее или за себя — нет, было чувство уверенности, что Бог нас не оставит — просто благодарить Господа за все, что он нам посылает. Вскоре под окно пришел муж — радостный, весь в снегу. Он, увидев меня, стал вытягивать из пакета «драгоценности»:
— Смотри, это соска, импортная! Это ползунки, сейчас будут великоваты, но я на потом купил — цвет красивый. Вот погремушка — такая только одна была в
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472666

DoriNoriOriОтправлено: Aug 21 2017, 22:22

Ответов: 23
Просмотров: 10 130


Из бесед на Пермском радио
настоятельницы Успенского монастыря
игумении Марии (Воробьёвой)


В ближайшую субботу перед днём памяти великомученика Димитрия Солунского, который мы отмечаем 8 ноября по новому стилю, Православная Церковь совершает поминовение усопших - так называемую Димитриевскую субботу.
Наша любовь к ближним простирается и в загробный мир. Весь год отмечен специальными днями памяти умерших - "родительскими субботами".
Обычай поминовения воинов в канун памяти Димитрия Солунского связан с Куликовской битвой.
Традиция возникла после завершения сражения на Куликовом поле, которое, как известно, состоялось в день Рождества пресвятой Богородицы.
Божия Матерь любит Святую Русь, поэтому в день Своего Рождества даровала нам эту замечательную победу.
Тогда было убито огромное количество русских воинов, и потребовался целый месяц и даже более, чтобы завершить их захоронение. Когда все воины были погребены, по ним была отслужена Великая панихида. После этого начальник русского войска, благоверный князь Димитрий Донской, постановил: ежегодно совершать поминовение воинов в субботу, предшествующую дню памяти святого Димитрия Солунского - его небесного покровителя.

Со временем стёрлась память о причине возникновения этой традиции, но Димитриевская суббота осталась в православной жизни, и христиане её свято чтят. Помните, как написано у царя Давида: "Душа моя яко земля безводная тебе". Вот так же и душа человеческая, словно земля безводная, жаждет богообщения, как благодатного дождя, без которого ничего доброго не произрастает. Когда мы живём на земле в физическом теле, то должны стараться прожить отмеренный нам срок очень достойно, необходимо заплатить все долги, ведь иначе мы умрём должниками и с нас взыщется после смерти. Однако после смерти мы будем не в состоянии вернуть то, что задолжали здесь, на земле, потому что вновь станем скуделью, то есть растворимся в земле, из которой когда-то был взят наш праотец Адам.

Когда человек умирает, то на похоронах его близкие проливают много слёз.
Они оплакивают не тело, а родную и дорогую душу.
Сказано: "Персть во гробе не поет и прегрешений не избавляет", - то есть сами умершие не имеют дерзновения молиться Богу о себе, о своей душе, а вот о нас они молятся Богу и ждут, чтобы и мы о них ходатайствовали.
Как нужно ходатайствовать об умерших?
Добрыми делами, совершаемыми в их память, милостыней - духовной или материальной.
На земле всегда столько нуждающихся, поэтому важно оказать помощь кому-нибудь ради памяти об умершем родственнике или друге, это много значит в очах Божиих.
И конечно, самое высокое поминовение - это поминовение в церкви.
Иногда люди спрашивают, как лучше поступить: пойти с утра на литургию (то есть в церковь) или - на кладбище?
Конечно, ради умершего надо пойти на литургию, подать в алтарь записки с их именами.
Это называется "проскомидия", во время которой за христиан вынимаются частицы из просфоры и кладутся в Чашу для причастия.
Эти частицы омываются в Крови Господа Иисуса Христа, следовательно, омываются человеческие грехи и, для умершего, поверьте, нельзя сделать ничего больше этого.
Правда, есть одно уточнение: если покойный не был крещён или если он оказался самоубийцей, то Церковь его поминать не может.
Теперь только самые близкие ему люди могут ему помочь.
Они должны о нём молиться, но, повторяю, не имеют права подать записки в алтарь.
Если же они позволят себе подобную дерзость, то и умершим пользы не будет, и с них самих за этот грех взыщется, и могут начаться большие скорби.
Поэтому если мы действительно любим тех, о ком молимся, то должны быть смиренны и покорны воле Божией.
Наша задача не самоуправствовать, а вымаливать прощение своим близким.

Существует особая молитва, написанная Оптинскими старцами, о тех, кто умер без покаяния.
Позволю себе зачитать её:
"Взыщи, Господи, погибшую душу (называется имя), и аще возможно есть, помилуй её.
Неисследимы пути Твои, не поставь мою молитву во грех, но да будет на всё Твоя святая воля.
Аминь".
Вот такая смиренная молитва.
Оптинские старцы знали, как молить Бога, чтобы действительно помочь умершему.

Нередко бывает, что люди с затаённой хитростью посылают в алтарь записки о тех, о ком не положено молиться в церквах, и этим отягощают участь своих умерших родственников и друзей, да и свою жизнь осложняют, потому что бесы начинают над ним глумиться.
Было бы гораздо лучше, если бы они приобрели "Псалтирь" и читали её, поминая умершего человека.

У некоторых прихожан пока ещё очень примитивное представление о церковных таинствах, им кажется, что они купили себе индульгенцию, если заплатили деньги за свечи, заказали сорокоуст, что-либо на панихидный стол положили и подали записки в алтарь.
Им кажется, что они сделали главное и больше от них ничего не требуется - долг выполнен.
А на самом деле умершие в первую очередь ждут наших молитв.

Был один архиепископ по имени Лука, в миру его звали Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий.
Он был профессиональный хирург и человек великой судьбы.
Святитель Лука прошёл через гонения, тюрьмы и лагеря, очень много пережил, а в конце жизни на-писал книгу воспоминаний.
Там он рассказывает о своём брате, страдавшем жестокими запоями, который умер, так и не примирившись с Богом.
Архиепископ Лука много и со слезами молился о своём брате.
И вот однажды после молитвы он задремал и ему приснился брат, который поцеловал его таким ледяным поцелуем, что от холода этого прикосновения архиепископ проснулся.
Как человек духовный он понял, что вымолил для брата послабление в наказании: огненная геенна ему заменена тартаром. В аду ведь существуют разные виды мучений.
Нашу душу дьявол убить не может, потому что она бессмертна, и те, кто стали слугами сатаны, наследуют вечный ужас и вечные муки.
По молитвам святителя Луки его брат был переведён в другое адское узилище, где, видимо, муки легче.
Возможно, владыка со временем всё же вымолил своего брата даже из тартара, и тот получил лучшее место в потустороннем мире.

Если мы действительно любим своих близких, ушедших в мир иной, то постоянно должны молиться о них. На вечерних и утренних молитвах следует поминать всех, кто нам дорог - живых и умерших.

У человека должно быть какое-то общение с Богом, нужно нарабатывать традиции богообщения!
У нас есть Псалтирь, её следует читать, поминая своих близких.
Но многие хотят свалить эти обязанности на Церковь - мол, пусть священнослужители и монахи молятся, а мы положим сколько-нибудь рублей и купим себе отпущение грехов.

Богу нужны не деньги, а наши сердца.
Велика и искупительна жертва на храмы, монастыри, на помощь нуждающимся.
А сколько их в наше время!
Не стоит испытывать Божие долготерпение, лучше постараться приобрести надёжный духовный капитал, чтобы построить чертоги в Царствии Небесном - себе и своим детям.
http://www.hram-feodosy.kiev.ua/colocol/101/276
…………………




Из книги «Он хотел жить и умереть странником. Воспоминания об иеросхимонахе Алексии (Данилове)» (с)монахиня Иулиания:

«..И брат мой Борис также тепло к монахам и странникам относился, много помогал им. Братьям-пустынникам подвозил продукты в опасные горные места, куда больше никто не рисковал забираться. Он помогал им носить ноши в их кельи, принимал их у себя дома. Все его знали, любили и шли к нему за помощью.

Владыко Зиновий так вспоминает о моем брате: «Боря Зимарин очень много помогал нам, подвозил в горы, носил ноши монахам. КГБ не боялся. Тогда же монахов воспринимали как врагов-антисоветчиков, их травили, за ними охотились. Когда мы приезжали за продуктами для пустынников, то полностью заполняли либо его машину, либо ГАЗик матушки Ольги и отвозили на пасеку(последнее место, куда могла доехать машина).
Кельи матушек-пустынножительниц находились недалеко от пасеки, но несколько километров надо было подниматься в горы и знать к ним дорогу. Поблизости от их келий и было место – «тайник», где мы оставляли мешки с провизией для пустынников. Чаще всего провожал нас туда именно Борис».

Как-то тайно привезли к нам послушника Василия. У него началась гангрена, он просто погибал, ногу хотели отнять. Брат сразу привез врачей, они оказали ему первую помощь, потом мы лечили его народными средствами. По Божьей милости, у него все прошло, его выходили.
Я познакомилась с отцом Василием в другой раз, когда он лечился у Бориса после того, как сильно обжег пятку об раскаленную печку во сне. Был очень слаб и прикован к постели. Мы за ним ухаживали.

Здесь хочется дополнить рассказ Марии. Борис был охотником, ходил, в том числе, и на медведей, которые очень докучали пустынникам. Продукты для них прятали в земле, в специальных «тайничках». А медведи их часто обнаруживали и съедали запасы. Однажды Борис расставил капканы на медведя и по неосторожности сам попал в один из них. Помощи оказать ему было некому, так как места эти были безлюдные. Он истек кровью и погиб. Нашли его через несколько дней мертвым. Узнав об этой трагедии, многие братия спустились с гор, чтобы помолиться об упокоении его души и проводить его в последний путь. На сороковой день одному иеромонаху приснился сон «Сарай из досок, в нем много людей в рабочих грязных одеждах. А в конце сарая – Борис среди них. Там было почти темно, свет чуть-чуть пробивается в щели. Дверь закрыта. И вдруг она открывается, и появляется монах. Зовет Бориса. Он идет к нему через толпу. Слышатся голоса: «Да, Бориса монахи вымолили, а нас кто?»
В своей земной жизни Борис творил много милостыни, добрых дел. А это избавляет от погибели души. Упокой, Господи, его душу в селениях праведных. Отец Мардарий его любил и молился за него как за благодетеля.
http://fanread.ru/book/11871483/?page=30


…………………
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472665

DoriNoriOriОтправлено: Jul 31 2017, 21:27

Ответов: 23
Просмотров: 10 130

Из записок казанского протоиерея Бориса Филипповского:

«Явление во сне моей жене Зине ея умершей подруги по учению в гимназии девицы Веры Владимировны Гостевой с выражением благодарности за память и молитву.

Факт этот был в городе Старом Осколе в ночь с Пасхального Воскресения на Светлый Понедельник 1912 года. Когда я был женихом Зины, то приезжал в Курск на каникулы и на Святки. Года за полтора до свадьбы в Рождественские святки под Новый Год, Зина говорит мне:
– Боря, пойдем встречать Новый Год к моей подруге Верочке Гостевой, у нее тоже есть жених Алеша Королев.

Мы пошли и я в доме у Гостевых в первый и последний раз увидел худенькую девушку приветливо поздоровавшуюся с нами. Отец у нее умер. Мать и она были хозяйками дома. Встретили шумно в полночь Новый Год и провеселились до утра, и, больше я Верочки этой не видел. Оказывается у нее вскоре развилась скоротечная чахотка. 10 июля старого стиля Верочка умерла, о чем Зина написала мне. Так мне жаль было ее, хоть я видел ее, несколько часов среди шумного веселья!

Похоронили Верочку богато на Херсонском кладбище, могилка с чугунной решеткой, но молиться за нее вряд ли было кому. Жених – ученик реального училища Алеша, вряд ли, насколько я знал его, молился (он убит на войне с австрийцами на Карпатах в 1914 году) а я еще тогда бывши студентом Академии, записал девицу Веру в свое поминание и, как только совершалась Литургия в нашем Академическом храме, подходил к жертвеннику и просил священника вынуть просфору за нее. А когда в мае 1911 года сам стал священником, то ни одной Литургии не пропускал, чтобы от всей души и всего сердца не помянуть угасшую во цвете лет Верочку.

Когда я с молодой женой Зиной, священником приехал в Курск – наше желание было сходи
ты на Херсонское кладбище и отслужить над могилкой панихиду. Как сейчас помню, Зина говорит мне:
– Сходим, Борис, к Верочке на могилку.

Что и сделали. Через месяц еще раз сходили и отслужили вторую панихиду. Таким образом получилось, за чужого, по родству, человека, молимся, как будто усерднее, чем ее родные, что она и высказала во сне.

Настала Пасха 1912 года, первая. Пасха в моем священническом сане. Еще надо было объяснить, почему Верочка со своей благодарностью явилась именно на Пасху, не раньше и не позже.

Наша Церковь верует, что на Пасхальной неделе нет такой преграды между, земным и небесным миром, нет мытарств для умерших: два мира как бы сливаются в духовном общении: внешним знаком чего служат, открытые всю неделю Царские врата в храмах. И, на данном примере оправдалась эта вера Церкви. Верочка Гостева со всею благодарностью явилась не в какое другое время, а именно на Пасхальной неделе, в первую же ночь по наступлении Пасхальной Седмицы. Рано утром в Светлый Понедельник Зина будит меня и возбужденно говорит мне:
– Боря, Боря, какой я видела сейчас чудесный сон! Мне сейчас Верочка Гостева явилась и благодарила. В белом платье, такая веселая и сказала: "Спасибо, мои, дорогие друзья! Вы оказались самыми добрыми из всех моих родных и знакомых! Но вам, пока рано умирать: поживите, потерпите, а потом мы с вами будем вместе!

Эти слова Верочки, переданные мне Зиной сейчас же после сновидения, я буквально запомнил на всю жизнь! Я далек от того, чтобы каждый сон считать вещим, и придавать каждому сну значение. Но такой сон, как сон Зины, такие слова Верочки, слова – соответствующие фактам, ибо мы молились за нее больше, чем родные, я считаю действительным явлением из загробной жизни и благодарностью "оттуда"!

Этот сон Зины, много содействовал моей любви молиться о умерших и чувствовать связь с ними. Всю потом нашу жизнь с 1912 по 1941 год ни я ни Зина не видели во сне Верочки и только недавно – месяца два тому назад (апрель 1941 год) я как в тумане видел во сне, что будто бы я весь день был на прогулке за городом и не заметил как быстро прошел день. Вдруг настал поздний вечер, мгла, туман, а я далеко за городом и жутко идти одному, вдруг, вижу, но неясно, как в тумане Верочку, а еще подальше совсем неясно сидит ее жених Алеша и Верочка говорит мне:

– Пора домой.

И чувство у меня такое появилось, что я не одинок, мне не жутко, они проводят меня до города. Тем сон и кончился. Если этот сон имеет значение, а не просто игра фантазии во сне то он указывает мне на близкий переход из этой жизни, что "Пора домой". То есть – пора готовиться!
http://www.tatarstan-mitropolia.ru/library/zapiski_fedora/
…………….


Добавлено 31 Jul 17, 17:28

………………………………………………………..

«…Мама у Евдокии тяжело болела, была гангрена ног, под кожей все мышцы сгнили, стали как кисель. Евдокия смажет ноги святым маслом, ей легче. В 1980 году она умерла. Начала матушка (Наталия Буранова) читать канон по умершей, читала несколько дней. Во сне видит: в дверь входит умершая и просит читать канон Паисию Великому: "Только Паисий поможет, ты одна меня не вымолишь". Канона не было, нашли только молитву. Почитала молитву 40 дней, она снова явилась и сказала печально: "Как жалко, как много там осталось". В другой раз матушка рассказала, что канон нашли, долго молилась, и умершая снова пришла - много, говорит там еще осталось.

Стала матушка за многих умерших читать канон Паисию Великому. И шесть лет читала его без перерыва: 40 раз прочитает, снова 40, снова 40 раз... В синодике было записано 1080 человек своих земляков - две деревни и много из Ижевска...
Сестра Евдокии умерла раньше мамы на год, до 40 дня явилась к матушке на кухне, спросила: "Где Евдокия? У меня ниток не хватает. Мне некогда, я пойду". В другой раз явилась в церкви на левом клиросе во всей одежде, говорит: "Мои-то погибают, поставь свечу Тихвинской и Взыскание погибших", мне некогда, я пошла".

В третий раз явилась и говорит: "Скажи моей дочери, чтоб в среду и пятницу ела постное". А дочери своей приснилась во сне и говорит: "Что же ты меня не перепишешь, скоро день рождения, а ты не перепишешь". Она ей отвечает: "Бумаги потеряла". А ты, говорит, иконки-то раздавала, там она и осталась. А она была записана в монастыре навечно о здравии, за упокой после ее смерти не переписали, квитанцию потеряли. После сна она вспомнила, кому отдала иконки, и записи нашла. Последний раз пришла через год вместе с мамой, сестра впереди, мама сзади, трясут матушкину кровать. Проснулась. "Спасибо, - говорят, - что помогли".

Как начала матушка читать за умерших канон Паисию Великому, стало много искушений, страхов. Сидела как-то на кровати в сенках, вдруг взорвалось что-то очень сильно, пламя на кухне, хруст, как будто сухари грызут. Оградила крестом - ничего не стало. Пожаром пугали, проснулась: полная изба дыму, испугалась, стала звать Евдокию - все исчезло. В другой раз ночью вязала в темноте, без света, вдруг за окном пламя, будто соседи горят, разбудила Евдокию - вспыхнуло и не стало.
Много раз видела ад. Пугают, морозят, на лоб кладут холодные руки, угрожают убить. Когда рассказала об этом о. Василиду, посоветовал, чтобы не читала о самоубийцах.

Сами умершие являлись к ней, просили помолиться. Матушка еще не знает, что они умерли, а деревенских опросит - умерли недавно. Говорят: "Скоро Страшный суд, до Страшного суда помоги нам, Нина".

Пришла к ней врач Евдокия Степановна домой, говорит: "Помоги мне, Нина". Спросила у деревенских: да, умерла.
Умерла жена двоюродного брата неверующая, еще письмо не пришло о ее смерти, а она уже видела, как ее тащили "туда". Умер Иван, муж сестры Евдокии. Матушка лежала, не спала, глаза закрыла и видит Ивана: лежит длинный, длинный, голова коровья.

Много видела матушка Наталья чудес наяву и много чудных сновидений. Ей открывалась загробная участь умерших, о ком она читала канон Паисию Великому. Многих она вымаливала из ада, а может быть, и все за кого молилась.

Окружающие стали замечать, что по ее молитве люди получают утешение, исцеление и всякую помощь в своих нуждах. К матушке Наталии стали ходить и ездить посетители, как всегда ходят к тому, от кого получают реальную помощь. Люди приходили с разными неутешными скорбями: у кого-то случилось горе, несчастье или другие незначительные проблемы, не смог устроиться на работу…

Придя к матушке однажды, невозможно было уже туда не ходить, она становилась тебе самым родным, близким человеком. Очень трудно описать словами, какая она была доброжелательная, мягкая, теплая, всех жалеющая и всем сочувствующая. Она как бы жила в твоей душе и поэтому каждый из нас думал, что матушка любит тебя особенно.

Невозможно о ней вспомнить без умиления, она была как агница, такая кроткая и очень смиренная. Встречала людей сидя на полу со сложенными на коленях маленькими, совсем детскими ручонками. Миловидное умиротворенное лицо ее было всегда наклонено к полу. Голосок такой нежный, певучий, часто на голове повязано несколько платков, уши заложены ватными тампонами. А на теле несколько кофточек, потому что она сильно замерзала. Говорила: "Даже щеки мерзнут". Но несмотря на такой слой одежды, выглядела всегда опрятно. …

Много раз Господь продляет матушке дни земной жизни - чтобы молиться за умерших. Каждый день к ней приходили их души и просили молитв. Иногда их собиралось полный дом. Однажды видит как бы во сне: много-много людей, полная улица, в огороде, в хлеву и в навозе лежат, даже не шевелятся. У мамы спрашивает: "Почему эти люди так лежат?". Она ей говорит: "Ты их всех сводишь в баню". Через два года снова видит: они все стоят и ходят, столько их много. Своей племяннице матушка сказала, что вымолила из ада 7 колен.

Матушке было еще 6-7 лет. Мама ей говорит "Нина, ты за усопших молись. Если за усопших будешь молиться, долго жить будешь". Она ей отвечает: "А я ведь никого не знаю". Тогда мать стала называть ей имена своих родственников и друзей – умерших. Так по благословению своей матери матушка с малых лет начала молиться об умерших. Родные все у нее тогда еще были живы, молилась за совсем незнакомых ей людей.

Мама, бабушка, дядя - все были в аду. Матушка их всех вымолила и видела в райских селениях. Про свою маму она говорила, что в таком страхе Божьем жила всю жизнь и все равно попала в ад - за то, что не любила свекровь. Долго молила за брата Леонида, который умер без покаяния. Он все у матушки есть просил, в последнее время и его увидела в хорошем месте.

За прабабушку молилась, не знала имени и в молитве спрашивала, как ее зовут. И видит ее года за два перед смертью в такой маленькой комнатушке, так живет - мучается - бес ее мучает. Спрашивает: "Зачем ты отсюда не выходишь?" "На замок, - говорит, - закрыта, не могу отсюда выйти". Спросила: "Как зовут?" "Анна", - говорит. Вот лет 200 уже, как она в земле, и только недавно матушка ее вымолила, так она обрадовалась. За всю деревню молилась, а усопшую из одного дома записать забыла. Из этого дома пришла к ней умершая и говорит: "Почему ты меня не поминаешь?". Матушка сразу записала и стала о ней молиться.

Много-много людей видела матушка, как они из огня геенского выходили, прямо горящие, изо всяких мест мучения. Многие приходили к ней домой благодарить. Бесы за это страшно пугали ее по-разному. Раза четыре в нее стреляли. Матушка их очень боялась, но ради Господа терпела все. И никогда из-за страха не прекращала борьбу с врагом человечества….»

Зоя Батырева. "Жизнеописание матушки Наталии: Воспоминания о монахине Наталии, в миру Нине Михайловне Бурановой"
http://2001-7.izhiza.ru/2001_7/rubrikator/...ost/natalia.htm

………………………………………..

«..Аналогичный рассказ есть в житии подвижницы, почившей уже в нашем XX веке, монахини Афанасии (Анастасии Логачевой): "В свое время она предприняла молитвенный подвиг за своего родного брата Павла, в пьяном виде удавившегося. Пошла первоначально к Пелагее Ивановне блаженной , жившей в Дивеевском монастыре, посоветоваться, что бы ей сделать для облегчения загробной участи своего брата, несчастно и нечестиво окончившего свою земную жизнь. На совете решено было так: затвориться Анастасии в своей келье, поститься и молиться за брата, каждодневно прочитывать по 150 раз молитву: Богородице, Дево, радуйся... По истечении сорока дней ей было видение: глубокая пропасть, на дне которой лежал как бы кровавый камень, а на нем - два человека с железными цепями на шее и один из них был ее брат. Когда она сообщила о сем видении блаженной Пелагее, то последняя посоветовала ей повторить подвиг. По истечении вторично 40 дней, она увидела ту же пропасть, тот же камень, на котором были те же два лица с цепями на шее, но только брат ее встал, походил около камня, опять упал на камень, и цепь оказалась на шее его. По передаче сего видения Пелагее Ивановне, последняя посоветовала в третий раз понести тот же подвиг. Через 40 новых дней Анастасия увидела ту же пропасть и тот же камень, на котором находился уже только один неизвестный ей человек, а брат ее уходил от камня и скрылся; оставшийся на камне говорил: "хорошо тебе, у тебя есть на земле сильные заступники". После сего, блаженная Пелагея сказала: "Твой брат освободился от мучений, но не получил блаженства".

Подобных случаев много в житиях православных святых и подвижников. Если кто-то склонен к излишнему буквализму в отношении этих видений, то следует, наверное, сказать, что конечно, формы, которые принимают эти видения (обычно во сне), - не обязательно "фотографии" того, в каком положении находится душа в ином мире, но, скорее, образы, передающие духовную правду об улучшении состояния души по молитвам оставшихся на земле.»
https://sv-alexey.jimdo.com/%D0%BF%D0%BE%D0...83%D1%88%D1%83/
………….
" Зинаида Владимировна Жданова (у которой проживала Матронушка [Московская] с 1941 по 1949 годы) вспоминает: прибегает Анна Георгиевна к Матушке и рассказывает, что умерла ее сестра Наталья, она ее похоронила, а на сороковой день увидела сестру в сне и та ей сказала: "Вот, ты меня всегда ругала, что я много трачу времени, без конца записываю умерших, записываю знакомых и незнакомых. А когда я проходила мытарства, я прошла их как стрела. Отовсюду неслись вопли: "Господи, помилуй Наталью, она нас поминала!".
Казалось бы, малое дело подать записочку об упокоении усопших, а душа спаслась любовью к ближним."
http://svmatrona.ru/content/o-pominovenii-usopshih
…………………………………………..
Из проповеди настоятеля Свято-Авраамиевского храма г. Болгар протоиерея Владимира Головина:
".. Моя бабушка была старенькая, больная уже совсем, а на Радоницу обязательно шла в церковь. Я говорю: «Баб, ты, может, не пойдёшь в этот раз?» А она: «Нельзя. Они там все придут, будут меня ждать. Мне нужно хоть на карачках ползти, но быть». Она крашеные яички несла в этот день: специально красила накануне в понедельник. Мне, когда был мальчишкой, приснился сон. Бабушка только ушла в храм, и приснилось, как будто я в церкви в Ульяновске на кладбище. Народу много. Вместо алтаря впереди длинный-длинный стол, на нём много угощений и за ним сидят разные люди. Я во сне понимаю — это умершие пришли. Я смотрю на них и узнаю, а они узнают меня. Я не знаю, кто это такие, но знаю, что это мои родные предки. А рядом стоит моя бабушка, я на неё смотрю: она такая довольная, счастливая, что она их порадовала в этот день, накормила их. И они рады, и бабушка рада. Я смотрю, и мне хорошо. Мы совершаем молитву, милостыню ради тех, кому, кроме нас, помочь некому. Они нуждаются, сами себе помочь не могут. Молитва — самая высокая милостыня, жертва, подвиг, которые можно сделать. А если всё это усиливается через Причастие Христовых Таин, когда мы соединяемся с Господом и с ними, и наша молитва обретает совершенно особую силу — тогда мы выполнили главное. Поэтому от всей души хотелось пожелать нам с вами, чтобы мы, православные, зная эту церковную правду (не просто традиции), вот этим живым духовным опытом тоже бы жили…

Сегодня батюшки стояли у жертвенника и беспрерывно частички вынимали из просфор — молились за каждого. Там этих частиц гора сегодня. И когда было освящение Святых Даров и в Чашу ссыпали частицы с молитвой: «Омой, Господи, грехи поминавшихся здесь Кровию Твоею Честною, молитвами святых Твоих». Выходит, не на себя надеемся: Господи, мы Тебя просим ради нашей любви к ним, Кровию Твоей Честною омой Ты Сам. Нам эту традицию, выражающую смысл, дух и жизнь православную, не потерять бы, этим бы жить. Это очень важно.»
http://www.pravchelny.ru/all_publications/...ntariy/?id=8217
…………………………………

Свидетельство о важности отпевания усопшего, рассказанное священником Валентином Бирюковым, проживающим в г. Бердске Новосибирской области:

«Случай этот произошел в 1980 году, когда я был настоятелем храма в одном из городов Средней Азии. Подошла как-то ко мне одна пожилая прихожанка и говорит:
— Батюшка, помогите. Сын совсем замучил, сил больше нет.
Зная, что живет она одна, я удивился и спросил:
— Какой сын?
— Да погиб который в 1943 году на фронте. Снится мне почти каждую ночь, да сны одни и те же: будто сидит он посреди грязи, а его сердечного бьют палками со всех сторон, да этой грязью забрасывают. А сын смотрит на меня жалобно, вроде просит о чем.
— Отпет сын-то твой? — спрашиваю.
— Да Бог весть. Может, и отпевали их на фронте, а может, и нет.
Записал я имя убиенного воина и совершил положенный чин отпевания. Буквально на следующий день прибегает ко мне радостная прихожанка и сообщает:
— Сын-то опять приснился, да по-другому — будто идет он по твердой дороге, радостный весь и бумагу в руках держит, а мне говорит: «Спасибо мама, что пропуск мне выхлопотала. С этим пропуском мне везде открыта дорога».
Показал я ей разрешительное письмо, что читается при чине отпевания:
— Эта бумага была при сыне?
— Да, батюшка, эта».
Удивительный случай этот должен вразумить нас позаботиться об отпевании наших усопших близких.




Из книги схиигумена Саввы (Остапенко)
«Полное собрание проповедей и поучений»:

Одна благочестивая женщина (умершая) явилась своим родственникам во сне и сказала:
- Вы всё мне сделали хорошо: последний долг отдали, почтили меня, по-христиански похоронили, но когда вы пришли домой и стали меня поминать спиртными напитками, то всю меня так жгло, что я не знала, как вас предупредить, чтобы вы этого не делали. По неведению вы причинили мне большие-большие не только огорчения, а даже муки. Умоляю и прошу вас, чтобы в будущее время вы не поминали усопших спиртными напитками.
Видите, оказывается, как усопшим неприятно, когда их поминают спиртными напитками!


После усердной молитвы за усопших чувствуешь такое утешение! Внутреннее такое отрадное состояние. Я не знаю, как вы чувствуете. Хорошо чувствуете? Значит, усопшие радуются, и этой радостью они делятся с нами.
Было много откровений, что чувствуют усопшие, когда их поминают, когда частицы за них вынимают и когда отпевают.
Один священник имел родного брата. Брат был маловерующим и имел некоторые пороки: выпивал, курил, дозволял себе порочную жизнь, и так он скоропостижно умер без покаяния. Священнику сделалось жалко его, и он всегда старался вынимать на проскомидии за него частицы. И однажды умерший брат явился ему и говорит:
- Я весь находился в особом мраке, с головой туда ушел, и мне нечем было дышать, было очень трудно. А теперь вот видишь, моя голова свободна.
И он, действительно, видит своего брата, погруженного в какой-то мрак и смрад, и только одна голова свободна. Брат дышит свободно и благодарит его. Сон кончился.
Священник усилил молитву. Через некоторое время брат опять является во сне и указывает на себя:
- Теперь я уже свободен по пояс, теперь мне еще лучше стало, благодарю тебя.
Проходит некоторое время, и этого батюшку перевели в другое место, в другой приход, даже в другую епархию. Никто не знал, что у батюшки есть брат и что он умер. Но этот священник всё вынимает частицы за своего усопшего брата и поминает его имя.


Однажды одной благочестивой женщине снится такой сон. Является к ней незнакомый человек и говорит:
- А знаешь ли ты, что в нашей церкви, куда ты ходишь молиться, священник – это мой родной брат? Я умер, а он за меня вынимает частицы и поминает. Хочешь знать, какую доставляет нам радость, когда поминают наши имена и в особенности, когда вынимают за нас частицы?
Она его спрашивает:
- А какую же вы радость ощущаете, когда вас поминают и вынимают частицы?
- А вот, - говорит, - передать на вашем земном языке очень трудно. Вы этого понять не сможете. Потому что земная жизнь – это одна жизнь, а наша жизнь другая. Ну, например, можно сопоставить с таким полотном, экраном, на котором вы просматриваете какие-нибудь виды, Иерусалимские и другие. Вам яснее видно на полотне через свет и в большем размере светлее и величественнее. Вот, примерно такое же положение и у нас, как будто бы экран. Только у нас такое светящееся место. И вот, когда вынимаются частицы за нас, появляются золотые буквы на земле, пишутся имена: Иоанн, Екатерина, Мария, Елизавета. Таких имен на земле было много, миллионы, а усопшие чувствуют, что это именно его имя, это тот Иоанн, которого на земле помянули, это та Мария, за которую вынули частицу, и от этого золотого имени на огромном экране усопший испытывает такую радость, что передать на земном языке невозможно… Сегодня ты пойдешь в храм и передай моему брату-священнику, что по его молитвам я освобожден совершенно. Ты видишь, я сейчас хожу и ни мрака, ни смрада не ощущаю, и я сейчас совершенно свободный. Вот какая радость у меня теперь!
Она проснулась. Приходит в церковь и обращается к священнику:
- Батюшка! У вас был брат, он умер?
- Да, был. А откуда вы его знаете?
- Скажите, он такого роста?
- Да.
- Такой наружности? – перечисляет особые его приметы.
- Да, - говорит священник, - это мой брат. Вы были знакомы с ним?
- Нет! Он сегодня приснился мне и просил передать Вам его слова. – И рассказала ему всё, что он говорил. Заплакал священник и сказал:
- Поистине велика милость Божия!
Вот как, оказывается, Господь нас любит! Помоги нам, Господи, поминать усопших. А усопшие, в свою очередь, в благодарность молятся за нас, которые имеют перед Богом дерзновение молиться. Поэтому, возлюбленные, не тяготитесь, когда вы приходите сюда на панихиду, и у кого есть неотпетые родственники, близкие, просто знакомые, постарайтесь отпеть.

Старец советовал за умершего человека, чтобы его душа легче переносила мытарства, 40 дней утром и вечером делать по 12 поклонов с молитвой об упокоении.»
http://lektsia.com/9x7ed5.html
……………………………………….

«В ночь на Родительскую субботу рабе Божией Галине приснился умерший дальний родственник. Низко кланяясь, он благодарил ее за то, что она помянула его в записке о упокоении. «Совсем не то, что в обыденной жизни, — делилась она, — там, во сне, я почувствовала жгучую вину перед близкой душой, — и с болью и стыдом поклонилась ему в ответ. – Прости... пожалуйста, прости меня, но я тебя никогда не поминала. Я даже совсем забыла о твоем существовании...» Но он возразил: «Нет. Ведь ты написала в конце записки: «И всех сродников» — и Бог меня помянул!»
Рассказала этот случай отцу Владимиру, и не забуду, как он прореагировал: «Ужасно, что мы так плохо, безчувственно молимся. И за своих усопших в том числе! Скоро мы все встретимся, мы предстанем перед лицом своих дорогих — тысячи людей, которые каждый день ждали нашей молитвы, — глянут нам в глаза... Как мы выдержим этот взгляд?! Но ведь наше собственное состояние в прямой зависимости от загробного состояния наших родных... Боже, дай нам сострадание хотя бы к близким нашим. Господи, дай горячую молитву о наших живых и усопших. Если бы мы, хотя на миг, глянули в ад — наше спокойствие навсегда бы нас покинуло!» («Пасхальная память» / Воспоминания об иеромонахе Владимире (Шикине)/, Изд. 4-е, М., 2005. С. 290.)
http://lektsia.com/9x7ed2.html
………………………………………

«..Особо следует сказать о помянниках отца Виталия (Сидоренко). Это несколько пухлых записных книжек, куда были вписаны имена сотен людей, которых отец Виталий поминал ежедневно. Список о упокоении начинался с иверских, карталинских, кахетинских, абхазских, имеритинских и других грузинских царей с древнейших времен. Далее поименно поминались Византийские императоры, Русские Великие князья, Русские цари и императоры, первосвятители и патриархи православных церквей. Особо были выделены убиенные в советские годы епископы, архимандриты, игумены, иеросхимонахи, иеромонахи, протоиреи, иереи, иеродиаконы и монашествующие. Если не были известны имена, то записывалось общее количество погибших — «две тысячи человек, потопленных на пароходе» (новоафонских монахов). (* Инокиня Лидия Чикина из Гудаут вспоминала, как отец Виталий рассказывал ей и другим, сколько мучеников было потоплено у берегов Черного моря в 20-30-е годы. «Это море святое, — говорил он, — ходите по утрам в нем купаться». Когда ему возразили: «Батюшка, там столько голых на пляже», — он отвечал: «Матушка, что ты говоришь. Это все ангелы Божии, никаких голых там нет».)
Рядом с именами поминаемых Батюшка часто писал название города, откуда они. География его духовничества — это Россия, Украина, Грузия, Эстония, Польша, США…
Когда отец Виталий болел, то вынимал частицы, лежа в постели, — помянники же давал читать своим чадам и строго следил, чтобы каждое имя было четко произнесено.
И как всякое Богоугодное дело вызывает ненависть врага рода человеческого, так и отцу Виталию однажды явился враг и сказал: «Я тебе отомщу за синодик».
Месть последовала прежде всего через близких ему людей. Для некоторых из них совсем была закрыта подвижническая сторона его жизни, а та любовь, которую имели к нему прихожане и владыка Зиновий, вызывала лишь зависть…
Господь нередко открывал отцу Виталию загробную участь человека. Об одной сухумской матушке он сказал, что та остановлена на 16-м мытарстве и надо усердно молиться, чтобы помочь ей….
…В храм он приходил задолго до начала Литургии. Проскомидию совершал с вечера, чтобы успеть вынуть множество частиц за живых и усопших. Отец Виталий говорил, что когда за человека вынимается из просфоры частичка, он исправляется. И советовал всегда подавать записки на проскомидию. …

Анна П. (г. Таганрог):
«Мне Батюшка как-то сказал, что, когда он вынимает частички, то видит всех, кого поминает. Он предупредил, чтобы я при его жизни никому об этом не рассказывала. Сам отец Виталий, скрывая от окружающих свои духовные дарования, говорил так: «Вот отец Андроник, когда вынимает частички на проскомидии, то все, кого он поминает, стоят в алтаре, в ожидании получить свою частичку, несмотря на то, что там огонь. Там можно увидеть и другое…».
Однажды сторож храма Святого Александра Невского ночью увидел, что весь храм наполнен людьми. «Как они сюда вошли, — подумал он, — ведь церковь заперта?» А в это время отец Виталий совершал в алтаре проскомидию — это «стояли» те, кого он поминал. Настолько была велика потребность усопших душ в молитве праведника».

Священник Павел Косач (г. Тбилиси):
«Я тогда был диаконом. Отец Виталий на проскомидии вынимал очень много частиц, особенно во время поста — он очень за многих молился. Мне было трудно сразу потребить столько частиц. Тогда он предлагал: «Давай вместе». И всегда радовался этому».
https://nasledie77.wordpress.com/2015/05/22...BB%D0%B8%D1%8F/
……………………………….



Почему нужно молиться за наших умерших близких: изречения афонских святых


В Православной Церкви 11, 18 и 25 марта по-особенному почитаются три субботы Великого поста, которые называются Родительскими. Особенностью богослужения в эти дни является то, что Церковь поминает усопших. Мы собрали изречения трёх афонських святых о необходимости поминовения усопших.

Молитва от чистой скорби о умершем
Любит Господь народ Свой, в особенности умерших, я каждый вечер проливал за них слезы. Мне жалко, что люди лишаются такого Милостивого Господа. И однажды сказал я духовнику: «Жалко мне людей, которые мучаются во аде, и каждую ночь я плачу за них, и томится душа моя так, что жалко бывает даже бесов. И духовник сказал мне, что эта молитва от благодати Божией». (Преподобный Силуан Афонский).
***
Один подвижник спросил меня: «Плачешь ли ты о грехах своих?» Говорю ему: «Как-то мало, но за умерших много рыдаю». Тогда он говорит мне: «Ты плачь о себе, а других Господь помилует. Так сказал игумен Макарий». Послушался я, и стал делать, как он мне сказал, перестал плакать за умерших, но прекратились тогда слезы и за себя. (Преподобный Силуан Афонский).
***
Спросил я этого подвижника: «Молиться ли мне об умерших?» Он вздохнул и сказал: «Я, если бы было можно, всех вывел бы из ада, и только тогда душа моя успокоилась бы и возрадовалась бы». При этом он сделал руками движение, как бы собирал снопы на поле, и слезы текли из очей его. После того не стал я больше останавливать молитвы за умерших, и слезы вернулись ко мне, и много рыдал я, молясь за них. (Преподобный Силуан Афонский).
***
Когда молитва идет от чистой скорби о живом или умершем, то в ней нет пристрастия. Душа в этой молитве скорбит о нем и усердно молится, и это есть признак милости Божией. (Преподобный Силуан Афонский).

Усопшим нужна молитва

Если мы поставим себя на место больных или усопших, это поможет нам молиться с состраданием; сострадание сходит в сердце, и молитва наша становится сердечной. (Преподобный Паисий Святогорец).
***
Даже просто свечку поставить за душу почившего уже большая польза. Усопших надо помнить и всегда о них молиться. Не будем забывать молиться об их душах, дабы обрели упокоение. (Преподобный Паисий Святогорец).
***
Я, хотя никогда не думаю о родственниках, если вдруг из-за усталости или по отсутствию времени не помолюсь об усопших, то вижу потом во сне своих родителей. Потому что когда я молюсь вообще об усопших, то и они получают помощь и радуются, а если не молюсь, то лишаются этого утешения. Если наши ничтожные молитвы приносят бедным усопшим помощь, тогда с нас, монахов, если мы о них не молимся, нужно с живых содрать кожу и посыпать солью. Усопшим нужна молитва. (Преподобный Паисий Святогорец).
***
Усопшим молитва нужна больше, чем живым, потому что для живых ещё есть надежда покаяния. И Бог хочет, чтобы были люди, которые просят Его об усопших, потому что окончательный Суд ещё не произошёл. (Преподобный Паисий Святогорец).
***
Трудно обуздать ум, который носится со скоростью, большей скорости света. Нужно «взять его за ручку» и повести к страждущим, больным, покинутым, усопшим. (Преподобный Паисий Святогорец).

Не следует оплакивать усопших

Не оплакивайте усопших, а если любите их, делайте всё возможное для блага их душ – поминайте их, заказывайте сорокоусты, панихиды и литургии, возжигайте свечи, ладан, масло, поститесь, молитесь и раздавайте милостыню. (Равноапостольный Косма Этолийский).
***
Христиане, сыновья и дочери Христовы, также остерегайтесь того, чтобы чрезмерно оплакивать усопших, в особенности ваших детей, которые сразу попадают в Рай как Ангелы. Они принадлежат Богу, а не вам. Вы радуетесь, когда Бог даёт ребёнка. Научитесь же радоваться и тогда, когда Он забирает его. (Равноапостольный Косма Этолийский).
***
Бог принимает усопших в месте светлом, в месте покойном. Не надо траура и причитаний, этим вы очень им вредите, пусть этим занимаются нечестивые и неверующие, а мы, христиане, надеемся и исповедуем воскресение из мёртвых. Не следует нам вовсе оплакивать усопших. (Равноапостольный Косма Этолийский).
http://athos-ukraine.com/rus/news/pochemu-...ih-svyatyh.html
………………………………..


  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472662

DoriNoriOriОтправлено: Jul 22 2017, 18:03

Ответов: 2
Просмотров: 1 649

QUOTE(Boull @ Jul 20 2017, 21:01)
както жутко...

что именно?
  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472659

DoriNoriOriОтправлено: Jul 19 2017, 22:10

Ответов: 2
Просмотров: 1 649

https://youtu.be/AMyfuzKKeqs - Видео: Клиническая смерть. Свидетельство диакона Сергия Досычева
диакон Досычев Сергей Евгеньевич из Санкт-Петербурга во время клинической смерти был в раю, на небе, видел ад....
.................................

" – Здравствуйте, мы сегодня находимся в гостях у диакона отца Сергия. В миру он Досычев Сергей Евгеньевич, служит в одном из наших храмов в Санкт-Петербурге. Однажды, лет сорок с небольшим назад, с отцом Сергием – тогда он был еще совсем молодым, – произошло одно очень необычайное событие, о котором мы сейчас хотим поговорить, о котором о. Сергий согласился нам рассказать. Начнем, наверное, с того, где, когда это было, кем ты тогда был, и что с тобой случилось в тот необычайный день.

– Необычайным, естественно, он стал после того события, когда оно произошло, а до того это был самый обычный день, и даже не самый лучший. Я был тогда студентом второго курса института и болел. Болел непонятно какой болезнью: болело у меня и в животе, болела грудь и сердце, все болело, и никто не знал, что это такое. Кто не знал? – Не знали врачи из поликлиники, например. У меня был отец, который, к сожалению, недавно ушел в мир иной. Тогда он был полон сил, был профессором Первого медицинского института, и он взялся за мое здоровье – договорился, отвел меня в больницу Мечниковскую, и там меня приняли в гастроэнтерологическое отделение. И в ту же ночь – еще до всяких анализов, до всяких лечений, я неожиданно для самого себя умер. Понял это только тогда, когда уже довольно долго – несколько минут, а может даже и полчаса, находился сам в смерти, когда я сам видел свое тело, когда я пытался разобраться, где же я – вот я стою, а вот лежу…

– То есть ты воспринимал это сперва как сон? Первые ощущения – какие? ......."
  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472654

DoriNoriOriОтправлено: Jul 8 2017, 22:12

Ответов: 0
Просмотров: 772

https://youtu.be/xf6PA6C7vjQ - «Монах» - фильм Аркадия Мамонтова о св.Силуане Афонском




"Истинный монах - это произведение Святого духа" - сказал афонский старец Иосиф Исихаст. Как святой Силуан Афонский, в миру Семен Иванович Антонов, простой русский мужик, солдат и крестьянин, стал таким произведением, стал истинным монахом?

"Молиться за людей - кровь проливать" - эти слова как-то произнес преподобный Силуан Афонский - русский монах, которого за молитвы и духовный подвиг причислили к лику святых. Старец подвизался на Святой горе 46 лет и умер в 1938 году, показав нам пример поистине равноангельного смирения и смелой борьбы с жестокими страстями.

На первом году пребывания преподобного Силуана в Русском на Афоне Свято-Пантелеимоновом монастыре с ним произошло событие, изменившее всю последующую жизнь: во время уединенной молитвы в храме образ Спасителя на иконостасе вдруг ожил. На месте иконы старец Силуан увидел Господа, смотревшего на него. Это было не просто визуальное наблюдение, но чудо Богоявления, в котором таинственно открылось познание Бога.

Свой духовный опыт старец Силуан передал и нам. Его писания - настоящий источник веры и любви - переизданы много раз на разных языках. Это словно откровение самого Господа.

"Держи ум свой во аде, и не отчаивайся" - вот послание Духа для нашего времени, которое мы получили через творения преподобного Силуана. Какими бы недостижимыми ни казались для современных христиан высоты духа, как бы мы ни печалились, изнемогая от многочисленных соблазнов века сего, как бы ни ослабевали от искушений, слова преподобного Силуана укрепляют немощных и дают надежду.

Посмотрев это фильм вы по-другому взглянете на жизнь и свое предназначение...

Автор и ведущий: Аркадий Мамонтов
Режиссёр: Ирина Прокудина
Россия, 2017
  Форум: Фильмы, музыка · Просмотр сообщения: #1120472647

DoriNoriOriОтправлено: Jun 14 2017, 19:50

Ответов: 0
Просмотров: 947

"Петр Мамонов актуально о жизни и все по делу"

(видеоинтервью с музыкантом, актером и писателем П.Мамоновым):


https://youtu.be/M0FwJ9WrbW8

(продолжительность 64 мин.)

Очень впечатлило…

……………………………
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472642

DoriNoriOriОтправлено: Jun 3 2017, 14:09

Ответов: 23
Просмотров: 10 130


«..Молодой Степан увлекся жизнью большого города и начал посещать его увеселительные заведения.

Однажды в Петербурге давали театральное представление «Страшный Суд» (это было на Масленицу). Степан посетил это представление и, увидев священную сцену в неприличном месте, вознегодовал на глупость театра и даже бежал из него. Через несколько минут после его выхода театр вспыхнул, начался пожар. Вскоре после этого он сильно захворал и два месяца был в крайнем изнеможении.

Однажды, когда болезнь брала уже над ним верх, он видит и слышит, как двое юношей вошли к нему, взяли его за руки и сказали: «Следуй за нами!» Больному представилось, что он, не чувствуя никакой болезни, встал, оглянулся на свою постель и увидел, что тело его осталось на ней. Тогда только понял он, что оставил земную жизнь и должен явиться в иной мир.

В юношах он узнал Ангелов и в сопровождении их долго шел по чрезвычайно трудным и мрачным местам. Наконец ему послышался шум как будто огненной лавы, визг и вопль людей. В страхе и трепете он увидел что-то вроде печей, в которых бушевал огненный вихрь, крутилось пламя, и посреди него раздавались страдальческие стоны людей. Но печи были наглухо закрыты, и только огонь проглядывал сквозь трещины их. Тогда юноши начали объяснять, за какой грех уготовано то или другое огненное место.

Наконец показали ему страшное наказание, тоже пламень и различные виды мучений за народные бесчинные увеселения, а трепетавшему Степану сказали: «Если ты не отстанешь от своих грехов и привычек прежней жизни, вот твое место.» Несчастный, видя огненное свое жилище на целую вечность, дрожал как осиновый лист и ни слова не мог вымолвить.

Вслед за тем один из Ангелов восхитил одного человека из среды пламени, и Степан увидел, что этот несчастный черен как уголь, весь обгорел и вдобавок окован с ног до головы так, что ужасно было посмотреть на гибельное его положение. Тогда же оба Ангела сняли с мучившегося оковы, и, как мрачная шелуха, слетела с него чернота. Этот человек сделался чист и светел, как Ангел, вышел прекрасен и с неописуемой райской веселостью в очах. Бог весть, откуда Ангелы взяли одеяние, похожее на царскую порфиру, блиставшее как, свет, и одели ее на страдальца. Степан между тем, видя все это, недоумевал, восхищался и благоговел пред тайной совершавшегося пред ним чуда видоизменения человека, дотоле страшного и обгорелого, как головня.

— Что это значит? — наконец смиренно спросил он Ангелов. — Ради Господа, объясните и скажите мне.

— Это душа, — отвечал один из Ангелов, — была очень грешна и потому, отлученная от Бога, должна была по делам своим вечно гореть в этом пламени. Между тем родители этого грешника по смерти его много подавали за него милостыни, много делали поминовений на Литургии и панихидах, и вот ради поминовения и молитв родительских и ходатайства Церкви Бог умилостивился, душа эта избавлена от вечного мучения и теперь пойдет предстать пред лицом своего Господа и радоваться со святыми Его вовеки. А ты, — продолжал Ангел, — иди еще в свое место и, если хочешь избавиться этой геенской муки, исправься и перестань грешить.

При этих словах видение закончилось. Степан очнулся от сна и увидел, что его домашние плачут по нему и распоряжаются приготовлением тела его к погребению. …»
http://fund-panteleimon.ru/press/smi/my-so...i-18-sentyabrya
……………………



«..При «Описании знамений и исцелений в 1863 году от Святыни Афонской в России» приложено литографированное письмо, адресованное афонскому иеромонаху Арсению 21 декабря 1863 года, следующего содержания:

«Много скорбели мы, – начинает рясофорная монахиня симбирского Спасского женского монастыря, мать Досифея, – о смерти нашего брата, князя М. Н. Чегодаева, последовавшей в 1861 году, в Самаре. И тем более печалились, что смерть его была внезапной без покаяния и напутствования святых Таинств. Но вот вижу сон, будто я и покойный мой брат идем вместе по прекрасной местности.

Подходим к новому, как бы недавно построенному селу, при входе в которое стоит новый высокий деревянный крест, а при выходе из села высится чудесной красоты дом, также новый. Приблизившись к нему, брат с радостным видом сказал мне:

– Вот какое богатое село недавно купил я, и этой покупкой я очень и очень обязан моей жене Ташеньке; надобно написать к ней и поблагодарить ее за сделанную милость для меня.
Я же сказала ему:
– А мне можно, братец, войти в ваш чудный дом и полюбоваться на него?
Он отвечал:
– Можно, пойдем и посмотрим, как в нем все хорошо.

Вдруг очутилась тут же и его жена, княгиня Татьяна Никифоровна, которую брат стал благодарить за все, что она сделала для него, кланяясь ей до земли. Значение этого сна скоро объяснилось.

Я получила письмо от Татьяны Никифоровны, в котором она меня извещала, что ей Господь помог устроить вечное поминовение по мужу, моему брату, во святом Афоне, во время нахождения в Самаре Святыни Афонской из русского Пантелеимонова монастыря».
https://azbyka.ru/zagrobnaya-zhizn#n43
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472640

DoriNoriOriОтправлено: May 20 2017, 11:32

Ответов: 0
Просмотров: 881




Здравствуйте! Сейчас читаю замечательные книги Н.М.Новикова об Иисусовой молитве на его сайте http://nnproekt.ru/index.html :

"Меч воина" - читать и скачать можно тут: http://nnproekt.ru/pages/books_4_1_4.html

"МОЛИТВА ИИСУСОВА
Опыт двух тысячелетий" (тома 1-й и 3-й): http://nnproekt.ru/pages/books_2_3_6.html (особенно хорош третий том, с подробным изложением практики молитвы, в т.ч., верной локализации удерживания внимания при ней)

"О МОЛИТВЕ ИИСУСОВОЙ
Аскетический
трактат" : http://nnproekt.ru/pages/books_5_3_6.html

также на сайте есть и другие книги, статьи http://nnproekt.ru/pages/text_0_2.html и аудиозаписи.

..................................................................


Кандидат богословия игумен Петр (Пиголь) о серии книг «Путь умного делания»:

"Значительным явлением в церковной жизни наших дней стали публикации из книжной серии «Путь умного делания», привлекшие пристальное внимание всех, кто неравнодушен к исихастской тематике, кто всерьез интересуется вопросами молитвенной жизни и аскетической духовной практики. Авторская книжная серия Николая Михайловича Новикова состоит из ряда самостоятельных, но внутренне связанных между собой единым тематическим стержнем изданий. Это прежде всего обширная четырехтомная монография «Молитва Иисусова: Опыт двух тысячелетий» (к настоящему времени вышло в свет три тома, четвертый готовится к изданию). В серию вошли также отдельные выпуски: книга «О молитве Иисусовой и Божественной благодати» (2000) и одноименная брошюра (1999), книги «Подвиг в миру» (2006) и «Меч воина» (2009), сюда же следует отнести изданное на английском языке в США эссе «Two Elders on The Jesus Prayer» (2007). Проект серии, разработку которого Н. М. Новиков начал в 1997 году по благословению архимандрита Кирилла (Павлова), предусматривает дальнейшие выпуски, среди них книги: «Традиция», «Дух воина», «Сети», «Мистика иконы» и другие.

В цикле передач по радио «Радонеж», посвященных серии «Путь умного делания», четырехтомник Н. М. Новикова был назван «исчерпывающей современной антологией на тему молитвы». Однако в данном случае термин «антология» отнюдь не точное определение жанра. «Иисусова молитва. Опыт двух тысячелетий» – это фундаментальный исследовательский труд, представляющий собой солидную монографию. Задачи, которые ставит перед собой автор, намного серьезнее, нежели общее ознакомление читателей со святоотеческим наследием и обзор соответствующей литературы. Это исследование значительно глубже и шире прочих современных публикаций, посвященных молитве, по преимуществу состоящих из более или менее объемных подборок отеческих цитат.

Одна из самых примечательных особенностей книг Н. М. Новикова в том, что они не утомляют читателя общими, отвлеченными рассуждениями о молитве, но, с одной стороны, ведут вглубь, к ключевым вопросам духовной жизни, с другой стороны – здесь можно найти важнейшие детали молитвенной практики, их разъяснение и скрупулезный анализ. А это как раз тот материал, который так сложно найти в доступных письменных источниках в силу давней исихастской традиции – устной передачи опытного знания. Впечатляет и широта авторского кругозора: на сегодняшний день в библиографическом списке указано около полутора тысяч литературных источников, использованных в работе над серией.

Значительность этого проекта нельзя недооценить. Притом что в центре внимания автора всегда остается молитвенный подвиг, книги не ограничиваются только историей и методикой молитвенной практики – содержание их отличается многосторонностью. Здесь затрагиваются самые разные аспекты церковной и общественной жизни и, вместе с тем, тончайшие вопросы внутренней жизни христианина.

Автор намеренно расширяет тематический круг, выходя за пределы аскетической литературы. Трезвый, рассудительный взгляд на окружающий мир необходим нам, чтобы правильно оценивать состояние той среды, в которой современный человек призван сражаться за свое спасение. Это касается и мирянина, и инока, неизбежно находящихся под влиянием общественно-исторических процессов, присущих их времени, а потому обязанных разумно строить свои отношения с внешним миром, дабы успешно созидать свою внутреннюю духовную жизнь.

Однако внимание к внешним, зачастую острым проблемам современности таит в себе известную угрозу отклониться от истинно традиционных духовных ценностей. Надо отметить, что в данном случае эта опасность успешно преодолена, благодаря сосредоточенности автора на Священном Предании Церкви и всецелой преданности святоотеческой Традиции. Отсюда то превалирующее значение, которое придается в книгах серии «Путь умного делания» верности духовно-культурному наследию предков и укорененности в предании отцов Церкви.

И тем не менее, занимаясь исследованием древнейших традиций аскетической науки, автор не отрывается от реалий современной жизни, не забывает о своей главной задаче – дать нам, сегодняшним христианам, опору для конкретных практических шагов, вводящих в таинство молитвенного приближения к Богу. Что может быть важнее для нас?! Особенно если учесть, что путь умного делания признается святыми отцами необходимым средством для полного очищения души от греховных страстей, достижения богопознания и восхождения к христианскому совершенству.

Отметим еще одно из несомненных достоинств книг серии «Путь умного делания» – общедоступную форму изложения. Учитывая тематику, надо признать: достичь этого очень непросто. И не случайно среди основных задач автора, которые он сам перед собой ставит, выделяется следующая: «подать материал таким образом, чтобы пользу могли получить люди самой различной меры опытности». Результат налицо, и в этом могут убедиться читатели – в своих книгах Н. М. Новикову удается сложнейшие богословские и аскетические темы раскрыть в самой доступной и ясной форме. Нужно ли пояснять, что подобные задачи не решаются без помощи Свыше... Здесь, надо полагать, сказывается личный молитвенный опыт автора. Будем надеяться, что к общей молитве за успешное осуществление этого столь актуального и, без преувеличения скажем, уникального проекта присоединится и благодарный читатель."

………………………………

Описание: Дорогие братья и сестры!

Перед нами серия книг, которая дает возможность приобщиться к сокровищнице святоотеческой мысли. Здесь мы находим тщательно, по крупицам собранное, глубоко осмысленное и обстоятельно изложенное учение об умно-сердечном молитвенном делании. Достоинства этой работы вполне оценит тот, кто уже утвердился на пути молитвенной жизни и стремится к дальнейшему продвижению вглубь. Но, в то же время, неоценимую помощь получит и тот, кто лишь приступает к молитвенной практике.
Одна из примечательных особенностей данных книг в том, что они дают возможность видеть развитие святоотеческой мысли в ретроспективе и, наряду с учением древних отцов, знакомит с современным взглядом на тот же предмет как наших соотечественников, так и самых ярких представителей греческой традиции.

Человеку, неравнодушному к этой теме, интересующемуся умным деланием, искусством возвышенным, утонченным и сложным, понадобились бы годы, чтобы отыскать весь тот, иногда трудно доступный, материал, который собран здесь под одной обложкой. При этом книги не ограничены молитвенной тематикой как таковой, взгляд на проблему много шире. Читателю дается опора для понимания сущности духовной жизни в целом. Автор-составитель книг вводит в круг важнейших вопросов, от которых зависит не только степень преуспеяния в молитвенном делании, но и наше спасение вообще.
Да почиет благословение Божие на сем труде.

Протоиерей Георгий Бреев, духовник московского духовенства, настоятель храмов иконы Божией Матери «Живоносный Источник» в Царицыне и Рождества Богородицы в Крылатском
.......................................................


Н.М.Новиков:

"Наши публикации и аудиобеседы обращены к людям, ищущим духовного совершенствования, а наша цель – привлечь внимание к святоотеческой традиции, познакомить с основами аскетического учения Православной Церкви, дать представление о принципах и методах исихастской практики.

Исихазм, как наиболее возвышенный вид подвижнической жизни, как самый прямой путь к достижению христианского совершенства, к стяжанию обожения Святым Духом, от начала воцерковления Руси стал стержневым направлением духовного подвига наших предков. И хотя в древней отечественной традиции мы не встречаем термина исихазм, само это понятие неразрывно связано с русской аскезой, только бытовало оно в иных лексических формах: это, прежде всего, подвиг священнобезмолвия, это умное, или внутреннее, делание, это трезвение, или умно-сердечная молитва.

Особо отметим то, что содержание наших книг и бесед имеет разные планы. С одной стороны, они рассчитаны на самый широкий круг христиан, готовят начинающих к овладению навыком словесной молитвы и переходу к молитве умной. С другой – здесь же найдут для себя полезный материал те, кто уже имеет опыт умно-сердечного делания и устремлен к стяжанию начальной исихии, те, кого интересуют особенности подходов к соединению ума с сердцем и использование художественных приемов. Надеюсь, публикуемые нами материалы смогут помочь углубленности в молитвенную жизнь, помогут предупредить угрозу вражеских нападений, подскажут, как уберечься от преткновений на этом пути. .."

........................................


"Книжная серия Н. М. Новикова – это значительное явление в церковной жизни наших дней, привлекшее пристальное внимание всех, кто серьезно интересуется исихазмом, вопросами молитвенной жизни и аскетической духовной практики.
В цикле передач по радио «Радонеж», посвященных проекту «Путь умного делания», обширная четырехтомная монография «Молитва Иисусова.

Опыт двух тысячелетий» признана исчерпывающим современным исследованием в области молитвы. Добавим, что этот фундаментальный труд значительно глубже и шире всех прочих публикаций нашего времени по этой тематике."

Игумен Петр (Пиголь)

........................................


……………………………………..


«…на подобные вопросы: «как бороться с помыслами? как противостоять им?» – отцы (Православной Церкви) часто именно так отвечают, очень просто: «не обращайте на них внимания». И ответ этот в целом верный. Но только он, по краткости своей, не исчерпывающий, а потому для нас и не достаточный. Об этом знают те, кто пытался на деле не обращать внимания на свои помыслы. У них сразу возникает другой вопрос: а как? Как же игнорировать приходящие помыслы, когда я, как оказывается, над ними не властен? Они же потому и овладевают мной, что я хотя и хотел бы не принимать их, хотя и пытаюсь, но не способен на это. Они сами овладевают моим вниманием.

Действительно, если бы это было так просто – игнорировать помыслы, – все желающие уже давно пребывали бы в состоянии возвышенной исихии. А поскольку этого не происходит, то очевидно: мы нуждаемся в некоем практическом методе, позволяющем «никакого внимания на помыслы не обращать». Такой метод, как известно, имеется – это метод трезвения. Но только не всем известно, что он, собственно, из себя представляет, кому и когда доступен.

То, что разумеют под трезвением в просторечье, и то, как этот термин понимается в аскетике, далеко не одно и то же. Строго говоря, трезвение– это главный инструмент умного делания, это основное оружие духовной мысленной брани. Но надо понимать, что в полной мере этот священный метод доступен далеко не всякому христианину. Хотя на самом деле нуждается в нем каждый. Почему и сказано: «Как невозможно жить без еды и питья, так невозможно душе достичь духовности без хранения ума, называемого трезвением» [2], – это прп. Исихий Иерусалимский, один из тех, кто был на деле хранившим и стал реальнодостигшим. Потому и слова его не поэтический образ, но живой плод духовного опыта. Тут указание на уникальность метода. Метод так ценен тем, что только он позволяет достигать полноценного очищения – состояния чистоты и ума, и сердца. А «когда человек, – говорит свт.Григорий Палама, – хранит свой ум чистым и устремляет его к Богу, тогда диавол отступает» [3]. А там, где отступает сатана, там приступает Дух Святой и тогда приближается к нам Царствие Божие, тогда оновнутрь нас есть [4].

Однако проблема в том, что, пока мы остаемся на уровне молитвы словесной, у нас нет возможности применить священный метод трезвения. Способность к трезвению обретается в полной мере лишь вместе со стяжанием молитвы умно-сердечной – не ранее. Почему так? Как минимум потому, что овладение методом предполагает, во-первых, отъединение человеческого ума от рассудка и соединение его с сердцем, а во-вторых, вхождение в состояние начальной исихии, то есть мысленной тишины, на фоне которой молчащий ум сможет отчетливо различать вновь возникающие помыслы.

Но как же быть тем простым христианам, кто еще в начале пути? Что делать тем, кому еще неподвластен священный метод?

Разумеется, брань с греховными помышлениями вести необходимо всем. «Не обращать внимания на помыслы» нужно учиться уже сейчас. Уже на самом начальном уровне, ибо иначе с него не сдвинуться. Пока в полноте метод трезвения нам не доступен, мы, тем не менее, можем использовать боевой прием из его арсенала, называемый отсечение помыслов. Прием, позволяющий если пока еще не побеждать в мысленной брани, то все же приостанавливать натиск помыслов и в какой-то мере выходить из-под их зависимости. А это необычайно важно для реального духовного роста.

Когда нежелательный помысл, откуда бы он ни пришел, от внешнего источника или внутреннего, овладевает нашим вниманием, то нам требуется совершить некоторое усилие, чтобы его отсечь. Проще говоря, перестать уделять ему внимание, игнорировать. Когда это удается, то помысл исчезает, прекращает свое существование, он как бы улетучивается: яко изчезает дым... яко тает воск от лица огня [5]. Это следствие того, что любой помысл есть энергетический импульс и как таковой, чтобы продлить свое существование, нуждается в поддержке, в дальнейшей подпитке жизненной силой. Уделяя ему внимание, мы и начинаем его «спонсировать» – питать своей умственной энергией. Напротив, отсекая от него наше внимание, мы обесточиваем помысл и он, истощив скудный запас собственной жизненной силы, умерщвляется [6].

Но чтобы такое отсечение осуществить, надо использовать определенную технику. Малопродуктивно, практически бесполезно сражаться с помыслом напрямую – то есть пытаться оттолкнуть от себя пришедшую на ум мысль, противиться ей, стараться не думать ее. Так в лоб ничего не получится. Очень трудно, а то и вовсе невозможно не думать то, что уже само думается.

Здесь нужна военная хитрость. И, по сути, она очень проста: чтобы не думать об одном, надо подумать о другом. То есть, чтобы отключить внимание от помысла, надо полностью перенести его на что-то иное. И этим иным должно быть не нечто отвлеченное, но одно-единственное помышление – имя Божие. Иисусова молитва (Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного) здесь незаменима – именно она, благодаря своей предельной краткости и необъятной емкости. Краткость позволяет с легкостью ухватиться за молитву, а емкость содержания глубже вовлекает в молитву, захватывая и поглощая наше внимание. Что и требуется.

Как только мы спохватились, видя, что увлечены неким помыслом, мы срочно призываем на помощь Господа Иисуса Христа. Мы буквально бросаемся духом ко Христу, мы хватаемся мысленно за Него, вцепляемся молитвой и не отпускаем. Все усилия надо сосредоточить на этом обращении к Богу, вложить всю силу в призыв: Иисусе Христе, помилуй мя!.. Это должно быть воплем от всей души. Хотя и мысленным и никому, кроме Христа, не слышным. Чем интенсивнее молитвенный зов, тем стремительней исчезает посторонний помысл. Понятно почему: если вся энергия сосредоточена на молитве, то для внимания к помыслу ее просто не остается. И он, обессиленный, иссыхает и отмирает.

Такой прием доступен для начинающих, и он полезен. Не только потому, что, сражаясь и пытаясь удержать ум в чистоте, мы следуем заповеди, отвергая помышления злая, которые сквернят человека [7], но и потому, что брань очень помогает развитию молитвенных способностей. Но только надо понимать, что реальная победа в такой борьбе недостижима на словесном уровне молитвы. Победа в мысленной брани, то есть удержание чистого ума в состоянии исихии, достигается в молитве умно-сердечной, достигается посредством оружия трезвения. Мы же пока ни тем ни другим не владеем.

По мере опытности метод отсечения помыслов может усложняться и становиться более эффективным за счет некоторых психофизических приемов. Но это тема неподъемна в рамках письма или статьи, рассмотреть ее предполагается в готовящемся четвертом томе книги «Молитва Иисусова: Опыт двух тысячелетий».

Наш мысленный крик, как было сказано, никому, кроме Христа, не слышен. Но как же? Ведь часто говорится, что молитвой пожигаются бесы, что они трепещут от одного только имени Иисуса. Однако такие выражения не стоит понимать буквально. Демонам не слышны наши мысли, им не дано читать их. Они могут вычислять и разгадывать их своими бесовскими способами, но опосредованно, косвенно. А обжигает их не наша мысль. Сила молитвы не в нашем усилии душевном, не в нашем вопле ко Христу. Это лишь призыв о помощи. Вся сила в отклике, который посылается Христом в ответ на наш призыв. И отклик этот – энергетический удар, молниеносная вспышка благодати в нашей душе. Возжигаемая Духом Святым, она озаряет душу и действительно приводит в трепет и жжет душу демоническую. О том и говорит прп. Никита Стифат: «Благодати Божественнаго Духа боятся зело лукавии дуси... не дерзающе бо приближитися». И далее: «Беси... ниже бо телеси твоему приближитися возмогут, от сущаго в тебе света яко тма прогоняеми и от Божественнаго огня пожигаеми» [8].

Конечно, далеко не всякая молитва заслуживает благодатного ответа. Если она не напитана покаянием, если не дышит смиренным духом, если звучит в душе только формально, как механический повтор, не оживляемый мыслью и чувством, – тогда едва ли откликнется Бог. А если не будет отзыва от Христа, то сам по себе наш молитвенный зов бессилен. Молитва не чувствительна для других, когда ей не сопутствует веяние благодати, когда не возгорается сердце «от сущаго в тебе света». Тогда твоя молитва не согревает душу брата, тогда она не обжигает бесплотного врага. …»

http://nnproekt.ru/pages/text_3_3.html

подробнее об этой молитве: http://forum.bel.ru/index.php?showtopic=92492&st=0&start=0

………………………………………………

часть замечательной статьи Н.Новикова с его сайта, об отсечении помыслов (например, самых страшных - о суициде или прочих греховных помыслов, чтобы не дать им реализоваться):


«…на подобные вопросы: «как бороться с помыслами? как противостоять им?» – отцы (Православной Церкви) часто именно так отвечают, очень просто: «не обращайте на них внимания». И ответ этот в целом верный. Но только он, по краткости своей, не исчерпывающий, а потому для нас и не достаточный. Об этом знают те, кто пытался на деле НЕ ОБРАЩАТЬ внимания на свои помыслы. У них сразу возникает другой вопрос: а как? Как же игнорировать приходящие помыслы, когда я, как оказывается, над ними не властен? Они же потому и овладевают мной, что я хотя и хотел бы не принимать их, хотя и пытаюсь, но не способен на это. Они САМИ овладевают моим вниманием.

Действительно, если бы это было так просто – игнорировать помыслы, – все желающие уже давно пребывали бы в состоянии возвышенной исихии. А поскольку этого не происходит, то очевидно: мы нуждаемся в некоем ПРАКТИЧЕСКОМ МЕТОДЕ, позволяющем «никакого внимания на помыслы не обращать». Такой метод, как известно, имеется – это метод трезвения. Но только не всем известно, что он, собственно, из себя представляет, кому и когда доступен.

То, что разумеют под трезвением в просторечье, и то, как этот термин понимается в аскетике, далеко не одно и то же. Строго говоря, трезвение– это главный инструмент умного делания, это основное оружие духовной мысленной брани. Но надо понимать, что в полной мере этот священный метод доступен далеко не всякому христианину. Хотя на самом деле нуждается в нем каждый. Почему и сказано: «Как невозможно жить без еды и питья, так невозможно душе достичь духовности без хранения ума, называемого трезвением», – это прп. Исихий Иерусалимский, один из тех, кто был на деле хранившим и стал реально достигшим. Потому и слова его не поэтический образ, но живой плод духовного опыта. Тут указание на уникальность метода. Метод так ценен тем, что только он позволяет достигать полноценного очищения – состояния ЧИСТОТЫ и ума, и сердца. А «когда человек, – говорит свт.Григорий Палама, – хранит свой ум чистым и устремляет его к Богу, тогда диавол отступает». А там, где отступает сатана, там приступает Дух Святой и тогда приближается к нам Царствие Божие, тогда оно внутрь нас есть .

Однако проблема в том, что, пока мы остаемся на уровне молитвы словесной, у нас нет возможности применить священный метод трезвения. Способность к трезвению обретается в полной мере лишь вместе со стяжанием молитвы умно-сердечной – не ранее. Почему так? Как минимум потому, что овладение методом предполагает, во-первых, отъединение человеческого ума от рассудка и соединение его с сердцем, а во-вторых, вхождение в состояние начальной исихии, то есть мысленной тишины, на фоне которой молчащий ум сможет отчетливо различать вновь возникающие помыслы.

Но как же быть тем простым христианам, кто еще в начале пути? Что делать тем, кому еще неподвластен священный метод?

Разумеется, брань с греховными помышлениями вести необходимо всем. «Не обращать внимания на помыслы» нужно учиться уже сейчас. Уже на самом начальном уровне, ибо иначе с него не сдвинуться. Пока в полноте метод трезвения нам не доступен, мы, тем не менее, можем использовать боевой прием из его арсенала, называемый ОТСЕЧЕНИЕ ПОМЫСЛОВ. Прием, позволяющий если пока еще не побеждать в мысленной брани, то все же приостанавливать натиск помыслов и в какой-то мере выходить из-под их зависимости. А это необычайно важно для реального духовного роста.

Когда нежелательный помысл, откуда бы он ни пришел, от внешнего источника или внутреннего, овладевает нашим вниманием, то нам требуется совершить некоторое усилие, чтобы его ОТСЕЧЬ. Проще говоря, перестать уделять ему внимание, игнорировать. Когда это удается, то помысл исчезает, прекращает свое существование, он как бы улетучивается: яко изчезает дым... яко тает воск от лица огня . Это следствие того, что любой помысл есть энергетический импульс и как таковой, чтобы продлить свое существование, нуждается в поддержке, в дальнейшей подпитке жизненной силой. Уделяя ему внимание, мы и начинаем его «спонсировать» – питать своей умственной энергией. Напротив, отсекая от него наше внимание, мы обесточиваем помысл и он, истощив скудный запас собственной жизненной силы, умерщвляется.

Но чтобы такое отсечение осуществить, надо использовать определенную технику. Малопродуктивно, практически бесполезно сражаться с помыслом напрямую – то есть пытаться оттолкнуть от себя пришедшую на ум мысль, противиться ей, стараться не думать ее. Так в лоб ничего не получится. Очень трудно, а то и вовсе невозможно не думать то, что уже само думается.

Здесь нужна военная хитрость. И, по сути, она очень проста: чтобы не думать об одном, надо подумать о другом. То есть, чтобы отключить внимание от помысла, надо полностью перенести его на что-то иное. И этим иным должно быть не нечто отвлеченное, но одно-единственное помышление – имя Божие. ИИСУСОВА МОЛИТВА (Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного) здесь незаменима – именно она, благодаря своей предельной краткости и необъятной емкости. Краткость позволяет с легкостью ухватиться за молитву, а емкость содержания глубже вовлекает в молитву, захватывая и поглощая наше внимание. Что и требуется.

Как только мы спохватились, видя, что увлечены неким помыслом, мы срочно призываем на помощь Господа Иисуса Христа. Мы буквально бросаемся духом ко Христу, мы хватаемся мысленно за Него, вцепляемся молитвой и не отпускаем. Все усилия надо сосредоточить на этом обращении к Богу, вложить всю силу в призыв: Иисусе Христе, помилуй мя!.. Это должно быть воплем ОТ ВСЕЙ ДУШИ. Хотя и мысленным и никому, кроме Христа, не слышным. Чем интенсивнее молитвенный зов, тем стремительней исчезает посторонний помысл. Понятно почему: если ВСЯ энергия сосредоточена на молитве, то для внимания к помыслу ее просто не остается. И он, обессиленный, иссыхает и отмирает.

Такой прием доступен для начинающих, и он полезен. Не только потому, что, сражаясь и пытаясь удержать ум в чистоте, мы следуем заповеди, отвергая помышления злая, которые сквернят человека , но и потому, что брань очень помогает развитию молитвенных способностей. Но только надо понимать, что реальная победа в такой борьбе недостижима на словесном уровне молитвы. Победа в мысленной брани, то есть удержание чистого ума в состоянии исихии, достигается в молитве умно-сердечной, достигается посредством оружия трезвения. Мы же пока ни тем ни другим не владеем.

По мере опытности метод отсечения помыслов может усложняться и становиться более эффективным за счет некоторых психофизических приемов. Но это тема неподъемна в рамках письма или статьи, рассмотреть ее предполагается в готовящемся четвертом томе книги «Молитва Иисусова: Опыт двух тысячелетий».

Наш мысленный крик, как было сказано, никому, кроме Христа, не слышен. Но как же? Ведь часто говорится, что молитвой пожигаются бесы, что они трепещут от одного только имени Иисуса. Однако такие выражения не стоит понимать буквально. Демонам не слышны наши мысли, им не дано читать их. Они могут вычислять и разгадывать их своими бесовскими способами, но опосредованно, косвенно. А обжигает их не наша мысль. Сила молитвы не в нашем усилии душевном, не в нашем вопле ко Христу. Это лишь призыв о помощи. Вся сила в отклике, который посылается Христом в ответ на наш призыв. И отклик этот – энергетический удар, молниеносная вспышка благодати в нашей душе. Возжигаемая Духом Святым, она озаряет душу и действительно приводит в трепет и жжет душу демоническую. О том и говорит прп. Никита Стифат: «Благодати Божественнаго Духа боятся зело лукавии дуси... не дерзающе бо приближитися». И далее: «Беси... ниже бо телеси твоему приближитися возмогут, от сущаго в тебе света яко тма прогоняеми и от Божественнаго огня пожигаеми» [8].

Конечно, далеко не всякая молитва заслуживает благодатного ответа. Если она не напитана покаянием, если не дышит смиренным духом, если звучит в душе только формально, как механический повтор, не оживляемый мыслью и чувством, – тогда едва ли откликнется Бог. А если не будет отзыва от Христа, то сам по себе наш молитвенный зов бессилен. Молитва не чувствительна для других, когда ей не сопутствует веяние благодати, когда не возгорается сердце «от сущаго в тебе света». Тогда твоя молитва не согревает душу брата, тогда она не обжигает бесплотного врага. …»

http://nnproekt.ru/pages/text_3_3.html

подробнее об этой молитве: http://forum.bel.ru/index.php?showtopic=92492&st=0&start=0




  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472635

DoriNoriOriОтправлено: May 16 2017, 21:58

Ответов: 0
Просмотров: 1 045



здравствуйте! читали ли Вы эту книгу? на мой взгляд, замечательная, избавила и меня от незначительной, но зависимости от алкоголя за 1 неделю чтения.


Аннотация

Аллен Карр, разработавший собственный способ избавления от никотиновой зависимости, ныне известный всему миру как «Легкий способ бросить курить», применил свой новаторский метод и к проблеме алкоголизма. В книге «Легкий способ бросить пить» он развенчивает иллюзии, которые окружают проблему алкоголизма и изображают жизнь~ без алкоголя невозможной. Он предлагает помощь всем, кто искренне хотел бы избавиться от недуга, который разбивает семьи и разрушает жизни. Метод Аллена Карра, демонстрируя феноменальную эффективность, получил признание среди специалистов, приобрел широкую популярность и пользуется огромным успехом во многих странах мира. Аллен Карр создал всемирную сеть клиник, где специалисты помогают курильщикам бросить курить, а людям, страдающим алкоголизмом, преодолеть зависимость от алкоголя. Книги Аллена Карра изданы на двадцати языках и стали бестселлерами.

Аллен Карр
Легкий способ бросить пить

Особую благодарность выражаю Криспин Хэи, эрудиция и помощь которой были бесценны для меня.

Предисловие

15 июля 1983 года Аллен Карр, заядлый курильщик с тридцатилетним стажем, потушил только что выкуренную сигарету и объявил об открытии нового метода отказа от никотина. Метода, позволяющего любому курильщику раз и навсегда бросить вредную привычку – без волевых усилий, уловок или заменителей, не страдая от синдрома отвыкания, не набирая лишнего веса и, самое главное, не проводя весь остаток жизни в тяжкой борьбе с желанием закурить в тайном опасении, что на вечеринке без сигареты не будет так весело, а со стрессом без нее и вовсе не справиться.
В тот момент мало кто мог поверить в реальность такого волшебного исцеления. Ведь всем было известно, что отказ от курения требует колоссального напряжения воли, как правило, сопровождается прибавкой в весе и мучительными последствиями воздержания от никотина. В общем, бросить курить так же сложно, как покорить Эверест. К сожалению, миллионы курильщиков продолжают страдать от подобного заблуждения.

Учитывая тысячи рабочих часов и миллионные суммы, затраченные медиками на поиски эффективного метода отказа от никотина, вполне понятно, как им трудно поверить в то, что бывший курильщик без какого либо медицинского образования в одиночку справился с проблемой, одолеть которую не под силу профессионалам. В это скорее могут поверить члены Общества анонимных алкоголиков. Как бывшему анонимному алкоголику мне прекрасно известно, что миллионы из нас своими жизнями обязаны не медикам, а товарищам по несчастью.

Сейчас Аллен Карр широко признан в мире как ведущий специалист по оказанию курильщикам помощи в избавлении от вредной привычки. Его первая книга «ЛЕГКИЙ СПОСОБ БРОСИТЬ КУРИТЬ» остается бестселлером с 1985 года, когда она впервые вышла в издательстве Penguin. Эта книга была переведена более чем на 20 языков и стала лидером продаж в Германии, Австрии и Швейцарии. На основе метода Аллена Карра создана всемирная сеть клиник.

Впервые я услышал об Аллене Карре от друзей, которые прошли курс лечения в его клинике и остались очень довольны результатами. Я скептически отнесся к этим восторгам, ведь большинство из них на тот момент бросили курить всего несколько дней назад. Я не сомневался, что они заплатили целое состояние за новейшее «волшебное» целительное средство и попытаются уговорить меня попасться на эту же удочку. Сейчас мне и самому не верится в это, но тогда я хотел, чтобы они вернулись к старой привычке. Меня раздражало, что их совершенно не беспокоит, когда я курю в их присутствии, и постепенно я понял, что они искренне получают удовольствие от новой жизни. Вместо сочувствия, что они лишились наслаждения от курения, я стал им завидовать. Долгие годы я чувствовал себя парией, потому что продолжал курить. Как постоянно пошатывающийся член «братства» я в полной мере сознавал, что алкоголь разрушает мою жизнь. Мое оправдание заключалось в том, что я считал алкоголь существенной социальной «подпоркой». Теперь из за своего пристрастия к алкоголю я снова ощущал себя парией. Так я оказался в клинике Аллена Карра. В полной уверенности, что мне это не поможет, я ни словом не обмолвился о своем намерении даже жене, не то, что друзьям. Через четыре часа, когда я вышел из клиники, мне не терпелось рассказать об этом всему миру.

Карр утверждает, что его метод одинаково эффективен для любых видов зависимости. Я очень рад возможности засвидетельствовать: этот метод не только избавил меня от курения, но и помог очнуться от кошмара, управлявшего моей жизнью, – алкоголизма. Когда то я был убежден, что алкоголизм неизлечим. Карр доказал, что я был не прав. Сегодня я сожалею только о том, что прежде ничего не знал об Аллене Карре. Не беспокойтесь, если поначалу вы будете настроены скептически. Аллен именно этого от вас и ожидает. Не буду рассказывать о том, как действует его метод и в чем его эффективность. Скажу только одно: когда вы закончите эту книгу, для вас будет загадкой, как вы раньше не понимали столь очевидных вещей. Наслаждайтесь книгой!

Эмануэль Джонсон
....................................



Легкий способ бросить пить

Более двадцати лет назад мне удалось доказать, что любой курильщик может легко бросить курить. Открыв этот метод, я всерьез ожидал, что через несколько лет курение останется далеко в прошлом. Действительно, с тех пор, по самым скромным подсчетам, благодаря моему методу более пяти миллионов человек избавились от этой привычки. Для большинства из них отказ от никотина оказался простым и приятным. Однако в мире существуют миллионы других людей, которые не слышали об Аллене Карре или его методе. Причину этого я вижу только в том, что для отказа от общепризнанной догмы требуется определенное время. В конце концов, всем известно, как трудно бросить курить.

На протяжении практически всей нашей истории мы верили, что Земля плоская и находится в центре Вселенной. Общеизвестно, что для преодоления алкогольной зависимости человеку требуется огромное усилие воли, включая несколько неудачных попыток бросить пить. Также считается, что контролировать свои алкогольные привычки труднее всего тем, кто в этом больше всего нуждается. Если мне сложно убедить людей в существовании простого и приятного способа бросить курить, то сколько усилий потребуется, чтобы убедить вас в том, что любой человек может легко, навсегда и сразу решить для себя проблему алкоголя? Если вы подозреваете, что у вас сформировалась алкогольная зависимость, или уже считаете себя алкоголиком, Общество анонимных алкоголиков (АА), известное своим авторитетом в области борьбы с алкоголизмом, вряд ли оказывает мне добрую услугу своим категорическим заявлением:
«Алкоголизм является хронической болезнью, от которой не существует известных способов излечения».

К сожалению, такое мнение пользуется активной поддержкой многих известных медицинских специалистов, средств массовой информации и общества в целом. Убеждение в неизлечимости алкоголизма укоренилось настолько глубоко, что я не обижусь, если вы бросите эту книгу в мусорное ведро, даже не раскрыв ее. Но, пожалуйста, не делайте этого. Многие врачи не разделяют точку зрения АА и других организаций, стоящих на аналогичных позициях, но они очень неохотно выступают со своими возражениями на национальном телевидении.

Если вам довелось быть членом АА или аналогичной организации, то на двадцатом году процесса вашего «излечения» вас, наверное, удивит, как я могу писать эту книгу, с одной стороны, отрицая основу системы АА, с другой – посвятив саму книгу этому обществу. Все дело в моем глубочайшем уважении к этой организации, которая спасла рассудок и жизни буквально миллионов алкоголиков – людей, находившихся на грани отчаяния, потерявших работу, друзей, дом и семью, существовавших без проблеска надежды и тени самоуважения. АА оказывает таким людям радушный прием и поддержку, независимо от их расы, социального статуса, религии или убеждений. Более того, АА никогда не критикует и не обвиняет своих членов. Многие из них посещают собрания после особенно тяжелых дней. Атмосфера в приемной зубного врача покажется вам веселой вечеринкой по сравнению с той, которая царит в комнате сбора членов АА до начала собрания. Когда они начинают рассказывать свои горестные истории, настроение у всех постепенно меняется: все чаще раздается смех, теперь уже в этой комнате действительно все похоже на вечеринку – даже без алкоголя!

..Скажу , что сняв груз с души, испытываешь облегчение. Если беда, разделенная с другом, уже полбеды, то насколько легче станет ваш груз, если им поделиться с целым залом, особенно если каждый из присутствующих может сопереживать, не осудит и не потребует возмездия.

Хотя всех этих людей объединил общий враг, они часто обсуждают вопросы, которые вообще не имеют отношения к алкоголю и касаются ежедневных стрессов и несправедливости, с которыми вынужден сталкиваться каждый из нас, независимо от наличия или отсутствия алкогольной зависимости. Я действительно настолько поражен той поддержкой и реальной помощью, которую АА оказывает алкоголикам, что, по моему, пора организовать Анонимное общество решения всех проблем, которое будет действовать на принципах АА. Я уверен, что если бы такое общество существовало, многие жертвы смогли бы вообще избежать алкогольной западни.

Одно из самых плачевных последствий алкоголизма заключается в том, что его жертва остается без гроша. Достаточно состоятельные люди, у которых ситуация с алкоголем вышла из под контроля, могут отправиться в реабилитационный центр, но для подавляющего большинства алкоголиков единственную возможность получить эффективную помощь представляет АА. Так почему же я подвергаю сомнению основу основ стратегии АА: мысль о том, что алкоголизм – болезнь, от которой не существует известных способов излечения?

ПОТОМУ ЧТО ОНА ОСНОВАНА НА ЗАБЛУЖДЕНИИ!

Больше всего в собраниях АА меня привлекает то, что каждый выступающий, которому предоставлено слово, может делать любые скандальные заявления, не стесняясь рыдать или выражать свой гнев, употреблять выражения, которые вогнали бы в краску сержанта стройбата, и все это без протестов со стороны аудитории. Политикам следовало бы в обязательном порядке посещать собрания АА, чтобы научиться вести дебаты.
Я понимаю, что некоторые мои суждения могут вызвать у вас различные чувства, от облегчения до гнева, страха и недоверия. Но кем бы вы себя ни считали, человеком с незначительной алкогольной зависимостью или законченным алкоголиком, излечивающимся или наоборот, у меня для вас есть только хорошие новости. Я прошу лишь об одном: окажите мне такую же услугу, как и любому выступающему на собрании АА.

Хочу пояснить: что бы я ни говорил об АА, я ни в коем случае не являюсь его оппонентом или конкурентом. Для большинства алкоголиков АА является единственным доступным источником помощи. Но согласно доктрине этого общества, алкоголизм неизлечим, а путь к выздоровлению может быть долгим и болезненным. Представьте, если бы существовало универсальное, простое и недорогое лекарство для любого человека с алкогольной зависимостью, которое бы:

• ДЕЙСТВОВАЛО НЕМЕДЛЕННО!
• ДЕЙСТВОВАЛО ПОСТОЯННО!
• НЕ ТРЕБОВАЛО ВОЛЕВЫХ УСИЛИЙ!
• ИЗБАВЛЯЛО ОТ СТРАДАНИЙ АБСТИНЕНТНОГО СИНДРОМА!
• ДАВАЛО ВОЗМОЖНОСТЬ ПОЛУЧАТЬ БОЛЬШЕ УДОВОЛЬСТВИЯ ОТ ПРАЗДНИКОВ!
• ПОМОГАЛО ЛУЧШЕ СПРАВИТЬСЯ СО СТРЕССОМ!
• НЕ ВЫЗЫВАЛО ЧУВСТВА ЖЕРТВЕННОСТИ ИЛИ ЛИШЕНИЯ И НЕОБХОДИМОСТИ ПОСТОЯННО БОРОТЬСЯ С СОБЛАЗНОМ!

Наверное, легче поверить в сказки. Но давайте на минуту представим, что такое лекарство существует. Предположим, АА станет его использовать. Как вы думаете, как долго алкоголизм еще будет зачумлять нашу планету? Какой здравомыслящий человек откажется воспользоваться таким средством?

А ведь оно существует. Оно в ваших руках. Если вы дочитали до этого места, значит, вы в какой то степени обеспокоены проблемой злоупотребления спиртным. По моему, в таком случае было бы неразумно не дочитать книгу до конца. Вполне естественно поинтересоваться средством решения проблемы, особенно если, как утверждается, оно оказывает немедленное и постоянное воздействие, не требует усилий, легко в применении.

Почему вы должны мне доверять? А я вас об этом и не прошу. Наоборот, я готов принять ваше скептическое отношение. Важной составляющей моего метода является то, что вы должны подвергать сомнению не только каждое мое высказывание, но и все ваши установки, связанные со спиртным и алкоголизмом, которые до сих пор вами воспринимались как непреложная истина.


далее - в файле http://www.fayloobmennik.net/6991146 ( скачивание бесплатное) - книга "Легкий способ бросить пить" полностью.
  Форум: Просто общение · Просмотр сообщения: #1120472633

DoriNoriOriОтправлено: May 12 2017, 22:28

Ответов: 23
Просмотров: 10 130

« - Как узнать, куда попала душа близкого человека после его смерти?

- После смерти родственника обычно близкие хотят знать, какова участь его души. Особенно женщин это интересует. Это желание знает диавол и он может показать умершего человека в хорошем состоянии, в белых одеждах, может утешить. Но святые отцы строжайше запрещают желать видеть во сне умершего. Почему? Если мы увидим его (как его покажет бес) во святых, то у нас прекратится желание за него молиться, мы будем думать, что он уже в раю. А на самом-то деле это не так. Поэтому Господь не желает, чтобы мы пытали о том, где находятся души умерших. Это нам не полезно знать. Нам надо молиться, а Бог Сам управит. Но, бывает, для поддержки духа некоторым Господь показывает участь души. У одной дочери умер отец, и она увидела его мертвым. Она начала сильно молиться за него, и ей снова было показано, что он потихоньку стал оживать. Она постоянно подавала на Божественную Литургию в его поминовение, и через 40 дней она увидела, что он встал с одра болезненного - весь в язвах. Она снова несколько лет молилась, и Господь показал ей - эти язвы начали заживать. Она молилась еще, и однажды она увидела отца в белых одеждах; он улыбнулся и сказал: "Спасибо, дочь, тебе за твои молитвы, за милостыни, за Псалтырь - за все доброе".

- Моему отцу снился сон: он вошел в помещение, а там много коек. На них лежат покойники. Он узнал своего дядю. Все лежат спокойно, а один с боку на бок вертится. Отец спросил дядю: "Почему он вертится?" Дядя ответил: "У него там гвозди". - "А когда он успокоится?" - "После Пасхи во Вторник". Что бы это значило?

- Во вторник после Пасхи бывает Радоница, Церковь молитвенно поминает всех усопших православных и заблудших в вере. Был в Сергиевой Лавре иеродиакон Рафаил. Он сейчас ушел в горы. Он мне лично рассказывал, что когда он пришел в монастырь и ему дали место в гостинице, ему выделили маленькую кроватку, он на ней и спал. Говорит: "Однажды лег и вдруг провалился. Проваливаюсь сквозь пол, лечу вниз. Меня не держит ничего - ни поверхность земли, ни разный по плотности грунт. Я все ниже-ниже... Думаю - попал уже в ад. Вдруг оказался в таком месте... Огромное помещение подземное, вижу сверху- народ сидит, все накрытые черным полотном. На этом полотне уже много пыли. Вдруг слышу голос, который называет имя моей бабушки умершей (она бросилась под трамвай), говорит ей: "Вот, твой внук Миша пришел". Я сразу оказался около нее. Материал с нее сполз и я сразу узнал ее. Говорю ей, что наша семья уже уверовала в Господа, мы постоянно ходим в церковь, что я в монастырь поступил. А она мне говорит: "А мне здесь плохо". В это время сказали: "Свидание заканчивается". Она присела, и снова черное полотно прикрыло ее. Я мигом оказался сверху и увидел, что все сидят на корточках, прикрытые полотном. Опять пошел наверх через грунт, твердый, мягкий; проходил разные слои и вдруг через кровать свою вхожу - и проснулся". То есть Господь ему показал тьму. Он туда душой сходил, тело лежало на кровати."
http://www.homutovo.ru/questions/q_quest_082.html
……….

"Грешника и на самом деле можно вымолить. Моя очень хорошая знакомая верующая рассказала такую историю. У ее знакомой умер муж, который при жизни вел далеко не праведный образ жизни: пил, гулял, жену обижал. И вот после смерти его видит жена сон, как муж прикован цепями по рукам и ногам к стене, а под ним горящий котел и он взывает к жене о помощи. После этого она стала постоянно молиться о нем, ездить по монастырям, муж периодически приходил к жене во сне, то у него с одной руки цепи упадут, то с другой. И вот по истечению 20 лет молитв жены о муже своем приходит он к ней с благодарностью и говорит: спасибо, меня отпустили. И вот она старенькая уже, что то не помнит, но молитвы всегда при ней."
(с)Наталья 08.01.2016 21:34 http://www.logoslovo.ru/forum/all/topic_10095

………

из книги "Поучения, пророчества старца Лаврентия Черниговского и его жизнеописание":

"..Рассказывает далее м. М.: «Когда умирал отец, я попросила его, чтобы он, по молитвам о. Лаврентия, приснился мне, и он пообещал.
   Один раз приснился: «Благодарю за булочки. Лучше ничего не надо, они помогают мне. Я знаю, что ты в долгах, но без «булочек» я погибну», – сказал мне покойный отец во сне.
   Я пошла и рассказала Батюшке. Батюшка сказал, что это не булочки, а просфоры, которые подаются на проскомидию. Ими смываются грехи человека.
   После сорока дней приснился опять. Я спрашиваю: «Ты мертв?» Он отвечает: «Я и мертв, и живой». Я спрашиваю: «Где твое место? Куда ты определен?» Он отвечает: «Я еще никуда не определен».
   Пошла к Батюшке, рассказала сон, а он и говорит, что отец еще не прошел мытарства. Бывает, проходят за три дня, 20 дней, 40 дней, год, два и сорок лет, смотря какие грехи. Где на каком мытарстве задержат, то много надо подавать милостыни и просфор на проскомидию. А сорок лет проходят мытарства те, за которых некому молиться и кто имеет за собой большие грехи».
https://azbyka.ru/otechnik/Lavrentij_Cherni...zhizneopisanie/
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472632

DoriNoriOriОтправлено: Apr 29 2017, 18:29

Ответов: 23
Просмотров: 10 130

…………………


«..Его (старца Ефрема Катунакского) благоговение особенно проявлялось во время служения Божественной литургии, которую он совершал до самой старости, пока позволяли его силы. Он непрестанно размышлял о завтрашней литургии и молился, чтобы иметь ощущение благодати. На литургии становился явным весь его внутренний мир, пронизанный Богом. Он был возвышенным служителем литургии и неизменно поминал всех, кого знал и помнил, и тех, кто по временам просил у него духовной помощи. Особенную заботу он проявлял об усопших, потому что они отошли в мир иной и, возможно, были преданы забвению. Он рассказывал нам, что часто получал извещения о состоянии тех, кого поминал. Когда он забывал помянуть кого-нибудь, то чувствовал их укор. Он требовал, чтобы после литургии всегда было коливо для заупокойной литии…»
(С) схимонах Иосиф Ватопедский
https://azbyka.ru/otechnik/Iosif_Vatopedski...-katunakskogo/2
………………………….

Из книги архимандрита Тихона Агрикова «У Троицы окрыленные»:

«Один иеродиакон отслужил Божественную Литургию, причастился Святых Животворящих Тайн и возратился в свою келию. Взяв глиняный кувшин, сходил за водой и у самой двери келии упал мертвым. Наместник Лавры вместе с братией горячо молились о нем сорок дней: служили заупокойные литургии, совершали панихиды, поминали имя его на проскомидии. Вскоре после этого в одну из ночей в келию отца Наместника тихо открылась дверь. Входит покойный иеродиакон. Обращаясь к перепуганному Наместнику, он говорит: «Спасибо, Ваше Высокопреподобие». — «За что?» — «За ваши общие молитвы». — «А как ты знаешь?» — «Мы все видим. Если человек зароется и на три метра в землю, все равно мы видим, что он делает». — «А как ты прошел мытарства?» — спросил Наместник. — «Как молния». — «Отчего?» — «В этот день я причастился Святых Христовых Тайн. Меня никто не задержал». — «Вот в Хотькове умерла монахиня недавно, как она?» — спросил Наместник. — «Она выше меня». Мигнула лампада, и видение скрылось. Он хотя и умер, но он жив..»


"..Отец Венедикт, пока его глаза еще видели, всегда с глубоким увлечением читал про чудеса Сергия Преподобного. Читает и плачет, а потом раскажет другим. В последние свои дни он совсем стал плох: ходил, еле двигаясь, и все натыкался на углы и заборы. Жил он один в маленькой келейке. ..Старчик ничего не ел и был худенький, щупленький. Причащали его Святых Таин — он только этим и жил. После Причастия всегда успокаивался, был тихий, светлый, радостный. …

Пока образ его жив в нашей памяти, мне хочется вспомнить об одном его хорошем качестве: он очень любил молиться об усопших. И какая это великая добродетель! Какое спасительное дело для каждого христианина!

***

Игумен Сергий умер в 1963 г. молодым, всего тридцати двух лет. Раньше учился в Московской Духовной Академии, был ризничим, потом заболел, поехал в один город к знакомым, там лечился разными лекарствами, а вскоре и умер. И вот видит одна монахиня страшный сон: будто черные кошки с красными глазами скребут большими когтями ноги игумена. В другой раз видит: он во мраке непроницаемом страдает. Стали сильно за него молиться, подавать милостыню, поминать на проскомидии. Спустя небольшое время знавшая его старушка видит сон: отец Сергий служит. На нем сияющая одежда. Вот он повернулся к народу, на его руках дивный образ Матери Божией. Кругом — свет, сияние, благоухание...

В шесть часов утра в двери комнаты, где жила одна женщина-врач, постучали. Вошла незнакомка в черном платье. Вся фигура ее была точно окутана вуалью. Кошка, что сидела на стуле, грозно заворчала, выгнула спину, и шерсть на ней поднялась. Через некоторое время доктор узнала, что ее близкая подруга в ту минуту скоропостижно скончалась далеко в Индии, и вот теперь пришла напомнить о себе, чтобы за нее помолились.

***

Старая монахиня вернулась с Пасхальной заутрени и легла немного отдохнуть. В комнате никого не было, дверь — на крючке. Вдруг у самого изголовья постели раздался женский плач. Монахиня вздрогнула; боясь открыть глаза и пошевелиться, она спросила: "Кто здесь и что вам нужно? Это ты, Екатерина?" Монахиня подумала, что это призрак сестры, недавно погибшей при железнодорожном крушении. "Нет, я не Екатерина, а Мария,— раздался ответный голос.— Помолись за меня на Божественной службе". И плач еще более усилился. Монахиня обещала, после чего в комнате водворилась тишина.

Сколько история знает подобных поразительных случаев, когда души умерших, возвращаясь на землю, просят у нас, живущих, помощи! И скажи, мой милый друг, как за них не помолиться? Как за них не поплакать пред Богом?

Отец Венедикт до самой последней минуты своей земной жизни молился об усопших. Он их поминал на проскомидии, а когда была копеечка в кармане, подавал нищим. За это Господь удостоил его тихой блаженной кончины, вечного покоя в Небесной обители Преподобного Сергия. Прекрасная его душа, как благоухающий цветок, нашла себе место в горнем вертограде Небесного Рая..."




«В ночь на Страстную Пятницу слепая девица видит сон. Идет к ней старенькая женщина, вся в белом, на голове — веночек, и говорит: «Как хорошо, что ты молишься за Елизавету!» Следом за женщиной подходит старичок с небольшой бородкой. Он кладет свою руку на плечо слепой девушки и говорит: «Хорошо, что молишься за Елизавету, но еще молись за Феодора и Наталию. Да не ропщи, что ты слепая. А только молись, молись».

Утром к этой девице приходит ее знакомая по имени Елизавета, — слепая рассказывает ей свой сон и спрашивает: «А ты не знаешь, кто это такие — Феодор и Наталия?» Елизавета ужаснулась: Феодор и Наталия были ее собственные родители, а слепая девица совсем их не знала. Умилилась Елизавета сердцем, что Господь печется не только о ней, но и о ее родителях. Слепая описала старушку, которая приходила к ней ночью, и Елизавета узнала в ее облике умершую мать семьи, где она теперь живет и которой помогает, — Матрону. А в старчике — Преподобного Сергия, который также печется об этой семье. Дивны дела Божии!»



«Две инокини были великие постницы. Они много молились, много клали поклонов, удерживали себя от различных увеселений. А язык не удерживали — были злоязычницы: любили потолковать, поболтать, поклеветать. Старец их увещевал, но они и над ним подтрунивали, ехидничали.

Но, как и все люди живут и вдруг умирают, одна за другой умерли и эти великие постницы. И, раз они были такими славными монахинями, их погребли в церкви.

И вот, когда за Божественной Литургией диакон, выходя на амвон, возглашал «Оглашеннии изыдите», многие не раз видели, как две темные тени в женском одеянии выходили из усыпальницы и немедленно покидали храм. Сказали об этом святому Венедикту. Он подумал, а потом пояснил: «Это две великие постницы. За свое злоречие они не приняты в число верных и потому выходят из храма».
Была заказана ранняя Литургия об этих душах. Старец за них вынул частицы у Жертвенника, подавали за них милостыню, и теперь, когда дьякон возглашал «Оглашеннии изыдите», то никакие тени из храма уже не выходили.»



«У неверующего отца умирает любимый сын, семнадцати лет. Отец затосковал. Дня через два после похорон, когда он пошел на кухню, увидел на пороге покойного сына. Живыми глазами посмотрел тот на отца, потом быстро повернулся и ушел в свою комнату. И на другой день, и на третий так же. Потом сын стал являться отцу во сне. Вот однажды он спрашивает отца: «Папа, ты думаешь, я совсем умер? Нет, я жив, папа». — «Как же ты живешь, Игорь?» — «Мне хорошо. За меня молится одна благочестивая монахиня». — «Игорь, что же мне делать?» — спросил в недоумении отец. «Иди, папа, в церковь и поставь за меня свечку». — «Игорь, ведь я же не верую». — «Ничего, папа, надо сходить». И отец уступил. Он сходил в церковь и поставил за сына свечку. С тех пор сын успокоился и больше не являлся отцу. (Письмо из Тулы, 1963 г.).»


https://azbyka.ru/fiction/u-troicy-okrylennye/#n5
https://azbyka.ru/fiction/u-troicy-okrylennye/#n27
…………………….



«..Наши молитвы могут действовать на души усопших непосредственно, если только они скончались в правой вере и с истинным раскаянием, пребывая в общении с Церковью и с Господом Иисусом. В этом случае, несмотря на видимое удаление от нас, они продолжают вместе с нами принадлежать Церкви: одному и тому же Телу Христову (Еф. 1, 23; Кол. 1, 18). Скончавшиеся в правой вере и истинном раскаянии перенесли в иной мир начаток добра, или семя новой жизни, которое только не успели сами раскрыть здесь и которое, под влиянием наших молитв, при благословении Божием, может мало-помалу развиться и принести плод подобно доброму семени в земле под живительным влиянием солнца, при благорастворении воздуха.
Скончавшимся в нечестии и нераскаянности и совершенно погасившим в себе Дух Христов (1 Фес. 5,19), т. е. отвергшим веру в Бога, не помогут никакие молитвы еще живущих братий. Итак, не новые заслуги приобретаются для умерших, когда за них молятся, а только извлекается добро из прежде положенных ими начал.
Святитель Епифаний поучает нас: “Живые и оставшиеся (на земле) веруют, что отшедшие и умершие не лишены бытия, но живы пред Богом. Святая Церковь научает нас о путешествующих братиях молиться с верою и упованием, что совершаемые о них молитвы полезны им, так надобно разуметь и о молитвах, совершаемых об отшедших от мира сего”.
В альманахе “Странник” (за 1864 год) рассказан такой случай. В одном селе скоропостижно умер дьяк. У него был сын-чиновник. Нечаянная (неожиданная) смерть отца поразила сына. Загробная участь умершего не давала покоя доброму сыну в течение года. Зная, что в литургии самое важное время для поминовения умерших есть время пения: “Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молим Ти ся, Боже наш“, печальный сын, находясь в церкви (это было в Духов день), с особенным усердием стал молиться Богу об упокоении своего отца. И что же? В ночь на вторник (следующего дня после праздника дня Святого Духа) он видит своего отца, который три раза поклонился ему до земли и при последнем поклоне сказал: “Благодарю тебя, сын мой”.
http://semyaivera.ru/2015/09/26/pominoveni...oga-vse-zhivyi/
………………………..

из книги иеромонаха Серафима (Роуза) "Душа после смерти":


«..Пойдем дальше в примерах. Разбился летчик, снится жене. «Дай мне два рубля», - говорит ей во сне. Жена не обращает никакого внимания, а он снится снова и снова. В сердце женщины поднимается тревога. Спрашивает: «Отчего это?»

Одни говорят: «Не обращай внимания…» - это ее не успокаивает. Раньше никогда не ходившая в церковь, не думавшая о Боге, теперь она обращается к церковникам. Те советуют отслужить панихиду. Не знает, как это делать. Ей объясняют. Она заказывает панихиду, и спрашивает: «Сколько это стоит?» «Два рубля», - отвечают ей. Вот оказывается, что означают слова: «Дай мне два рубля»
После панихиды муж перестал сниться.»

http://verapravoslavnaya.ru/?Ieromonah_Ser...le_smerti#pr2-2
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472628

DoriNoriOriОтправлено: Apr 25 2017, 15:28

Ответов: 23
Просмотров: 10 130

«..Таким образом, братия и сестры, эта временная смерть есть только переход к будущей вечной жизни, и мы веруем и исповедуем, что истинно верующие не умирают, но живут вечно в Господе, что Господь лишь к другой жизни переселяет рабов Своих, и Сам Спаситель сказал, что Бог же не есть Бог мертвых, но живых, ибо у Него все живы. А святой Иоанн Богослов в своем Откровении говорит: «Блаженны мертвые, умирающие в Господе; ей, говорит Дух, они успокоятся от трудов своих, и дела их идут вслед за ними». Поэтому умирающие в Господе христиане не перестают быть членами Святой Церкви, сохраняя с ней и со всеми ее чадами самое действенное живое общение. И для христианина смерть сама по себе не страшна.

«Для меня жизнь — Христос, и смерть — приобретение, — говорит святой апостол Павел, — имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше». Страшны только грехи, с которыми мы должны будем предстать пред Господом и которые могут разлучить душу с Богом, «ибо смерть истинная не та, которая разлучает душу от тела, но та, которая разлучает душу от Бога», — говорит святитель Кирилл Александрийский.

Смерть — это общая участь всех людей. Сегодня или завтра придет конец кратковременной жизни. Земная жизнь проходит, как мгновение, а будущей жизни не будет конца. И счастлив тот, кто с чистой совестью и радостью ждет смерти, чтобы соединиться со Христом. Поэтому этой земной жизнью надо дорожить, беречь ее всячески и хранить, как святыню Божию. Мы должны всегда радоваться, что живем, и Господа непрестанно благодарить. Давая нам земную жизнь, Бог дает нам время приготовиться к жизни будущей; потрудиться для вечного спасения не только самого себя, но и всех людей, живых и умерших. И в эту краткую жизнь можно много сделать добра всем, и мы должны это делать. Иногда одно слово, сказанное вовремя, служит тысячам в утешение и спасение.

Нет человека, который бы не согрешил и при кончине своей не исповедал себя грешником. Но после смерти человек уже ничего не может сделать, ничего не может принести Господу в умилостивление своих грехов. Помочь усопшим можем только мы нашей молитвой, милостыней и бескровной жертвой. «Напутствуйте меня молитвою, псалмопением и приношениями, — завещал своим братьям преподобный Ефрем Сирин. — Когда же исполнятся четыредесять дней по смерти моей, совершите по мне память, братия мои, потому что мертвым помогают приношения, совершаемые живыми».

Господь оставил нас здесь на некоторое время, чтобы умершие, благодаря нашим молитвам, могли избавиться от вечного мучения, и мы, благодаря их молитвам за нас, получим спасение. Святой евангелист говорит, что не только умершие праведники, но и вообще все усопшие помнят о своих живущих на земле собратиях и молятся о них. В притче о богатом и Лазаре молитва богача не может быть исполнена только потому, что те, о ком она возносится, сами не захотят воспользоваться плодами ее. Оптинский старец схиигумен Антоний в одном из своих писем говорит: «Имена всех родных ваших вписал я в келейный свой синодичек для вседневного поминовения на келейном псалтирном чтении и на канонах заупокойных; ибо и святой апостол Иаков, брат Божий, советует молиться друг за друга.

Мы будем поминать, как умеем, на земле, а отшедшие души будут поминать нас на небеси, и небесная молитва их о нас больше приносит нам пользы, нежели наша о них. И не только праведники, коих души в руце Божией, молятся ко Господу о нашем спасении, но и души грешных тоже заботятся о нас, чтобы мы не попали туда же, где они, и, по евангельской притче, просят Авраама послать в дом кого-нибудь, чтобы он вразумил нас, что нам подобает творить, да избежим мучений».

Поэтому будем усердно молиться ко Господу о наших усопших собратиях. Молитва есть выражение любви нашей к усопшим, а «истинная любовь никогдаже умерщвляется». И молитва много приносит пользы для умерших. «И если чего попросите у Отца. во имя Мое, то сделаю...» — сказал Господь. «Один из богоносных отцов, — говорит преподобный Иоанн Дамаскин, — имел у себя ученика, проводившего жизнь в беспечности и умершего в таком состоянии. Старец, опасаясь за его судьбу, начал о нем молиться, и Господь показал ему ученика, объятого огнем до шеи. Старец еще усерднее стал молиться, и Господь показал ему юношу, стоящего в огне по пояс. Старец еще более усугубил молитвенные подвиги за ученика, и Господь явил ему юношу, совершенно избавленного от огня».

Вот что может сделать молитва. Но, молясь за усопших, мы должны за упокой их подавать еще и милостыню. Милостыня, подаваемая бедным, принимается Самим Спасителем, и бедные всегда вознесут молитвы за того, в память кого получили они подаяние. Вот что говорит святитель Иоанн Златоуст богатому родителю, лишившемуся единственного сына: «Если варвары [то есть язычники] сожигают вместе с умершим принадлежащее ему имущество, то тем более ты должен отослать вместе с умершим принадлежащее ему имущество (раздавая его бедным)... чтобы, если он отошел отсюда грешным, разрешило его от грехов, а если праведным — увеличило его награду и воздаяние».

Но самое важное и самое сильное средство для облегчения участи усопших — это принесение за упокой их бескровной жертвы. Святитель Кирилл Иерусалимский говорит: «Превеликая будет польза душам, о которых моление возносится в то время, как святая предлежит и страшная жертва». В это время Сам Господь Иисус Христос, в пречистых тайнах тела и крови Своих, приносится в жертву за всех и Своею кровью ходатайствует перед Отцом Своим о прощении грехов усопших. Частицы, вынимаемые из просфор на проскомидии, опускаются в святую чашу после причащения и омываются Христовой кровью, а вместе с тем этой же пречистой кровью омываются и души тех, за кого эти частицы вынимаются.

Молясь об усопших, творя милостыню во имя их, надо заблаговременно помышлять и о своей смерти, готовиться к ней, чтобы не перейти в будущую жизнь связанными какими-либо греховными узами и не попасть там в место мучения. Мало ли, много ли Господь судит нам прожить на земле, но то несомненно, что вся настоящая жизнь наша есть дорога к смерти и преддверие вечности, что лучше и драгоценнее христианской кончины, мирной, непостыдной и покаянной, не можем приобрести ничего в этой жизни. Кто благочестиво пребывает в теле, тот благочестиво и разлучается с ним. Кто с Господом живет, тот с Господом и умирает. Кто усердно служит Господу до смерти, тот с Господом будет и после смерти. Где Я, там и слуга Мой будет. Ибо, если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним. Аминь.

Илия (Рейзмир), Архимандрит. Проповеди. - серия: "Троицкая библиотека", издатель: "Свято-Троицкая Сергиева Лавра". - с. 167-171.
http://www.tsar-nikolay.ru/news/28
………………………………………..


Протоиерей Философ Орнатский.
О поминовении усопших
Слово, произнесенное в среду, 16 июля 1903 г.за литургией в Успенском соборе

«Начинается великое торжество открытия святых мощей и прославления новоявленного угодника Божия святого Серафима. Уже второй день, как находится на пути в Саров Сам Царь Русской Земли с Государынями Императрицами,а на Руси искони повелось, что где Царь, там и народ своими взорами, своим сердцем. На Саров ныне обращены взоры всей России, и Саровское торжество приобретает значение церковно-народного всероссийского торжества. Счастливы мы, братие, участники сего торжества! Будем же не внешне только соприсутствовать на нем,- будем всем сердцем, верою и любовию переживать его, дабы и нам сподобиться благодати Божией! …

Но что значит поминовение церковное, чем вызывается оно и какую пользу имеет для поминающих и поминаемых? Поминовение пред Богом живых и усопших братии наших есть свидетельство любви нашей к ближним. Сами бессильные помочь ближним, мы просим Всемогущего Господа даровать им здравие, мир, прощение грехов, блага временные и вечные, а так как любовь никогда не прекращается, даже и после смерти наших ближних, то мы молимся и за умерших, испрашивая им прощение грехов, мир и покой за гробом, вечное блаженство в обителях Отца Небесного. Обычай поминать умерших восходит к ветхозаветной древности, в новозаветной церкви он в особенности соединяется с принесением бескровной жертвы Тела и Крови Господних. «Превеликая будет польза душам, о коих моление возносится, когда святая предлежит и страшная жертва»,- говорит святой Кирилл Иерусалимский. Тогда души умерших по вере и молитвам приносящих бескровную жертву усвояют себе силу этой бесценной жертвы, сподобляются милости Божией, получают «мир, ослабление и свободу» от загробных мытарств и вечного осуждения.

Сам преподобный Серафим (Саровский) оставил трогательные уроки любви к ближним чрез молитвенное поминовение их, сам постоянно поминал тех, кои просили его молитв, и просил молитв о себе самом. Когда за четыре месяца до его кончины его посетил один архипастырь, то старец поднес архиерею в подарок четки, пук восковых свеч, обернутых в холстину, и бутылку деревянного масла, затем отдельно он принес ему бутылку красного церковного вина. Все это означало, что старец просит по смерти своей поминать его...

В особенности усердны были молитвы отца Серафима за всех христиан, усопших и живых, в конце его жизни, когда он достиг великого дерзновения пред Богом и небо стало для него родною стихией. В келлии отца Серафима горело много лампад, и особенно много пуков восковых свеч большого и малого размера. Они были поставлены на круглых подносах, и от постоянного их горения в тесной келлии была постоянна жара. Отец Серафим сам объяснил значение этих свеч. «Я имею,- говорил он,- многих особ, усердствующих ко мне и благотворящих моим сиротам (Дивееву). Они приносят мне елей и свечи и просят помолиться за них. Вот, когда я читаю "правило" свое, то и поминаю сначала их единожды. А так как, по множеству имен, я не смогу повторять их на каждом месте "правила", где следует, тогда и времени не достало бы на совершение моего "правила", то я и ставлю эти свечи за них в жертву Богу, за каждого по одной свече; за иных - за несколько человек одну большую свечу, за иных же постоянно теплю лампады, и где следует на "правиле" поминать их, говорю: "Господи, помяни всех тех людей, рабов Твоих, за их же души возжег Тебе аз, убогий, сии свещи и кандила". А что это не моя, убогого Серафима, человеческая выдумка, или, так простое мое усердие, ни на чем не основанное,— то я приведу вам в подкрепление слова Божественного Писания. В Библии говорится, что Моисей слышал глас Господа, глаголавшего к нему: Моисее, Моисее, рцы брату твоему Аарону, да возжигает предо Мною кандилы во дни и в нощи. Сия бо угодна есть предо Мною, и жертва благоприятна Ми есть».

А вот как святой Серафим рассказывал о плодах молитвы за умерших. «Умерли две монахини, бывшие обе игуменьями. Господь открыл мне, как души их были ведены по воздушным мытарствам, что на мытарствах они были истязуемы, потом были осуждены. Трое суток молился я о них, убогий, прося о них Божию Матерь. Господь, по Своей благости, молитвами Богородицы помиловал их: они прошли все воздушные мытарства и получили от Бога прощение».

Так, братие, святой Серафим и словом и примером завещал нам молиться за усопших. …»
http://orthodoxy.stnikolas.ru/biblio/seraf...d/part10_4.html
……………………………

Старец о.Ефрем Мораитис (Филофейский и Аризонский):


".. Но ты же знаешь, как просят о помощи усопшие! Потому что после смерти нет покаяния, а они остались со своими сквернами и пороками и теперь, видя, что помощь живых весьма содействует улучшению их участи, они желают, просят и жаждут, чтобы их поминали. Также они жаждут и того, чтобы в их роду нашелся какой-либо священник или добродетельный христианин, который позаботился бы и о них.

Я напишу тебе об одном видении, слышанном мной из уст епископа, которому я сослужил много лет тому назад. Он рассказывал нам, что был один священник, которого победило вино, и он часто напивался. Так было много лет. В остальном он был добродетелен и благочестив. Однажды по обычаю он выпил вина, захмелел и прежде своего отрезвления пошел и отслужил литургию. Но, по попущению Божию, у него упали Святые Тело и Кровь Господни! Бедняга похолодел от страха, помышляя о великой епитимии от своего епископа!
Когда наконец он поисповедовался, епископ говорит ему:
— Ступай, я извещу тебя, когда тебе прийти. Я дам тебе епитимью.
И вот епископ, будучи наедине, раздумывал и размышлял об этом и, когда взял уже было в свою руку перо, чтобы написать указ о запрещении священника в священнослужении, вдруг видит, как перед ним проходит, будто на экране, бесчисленное множество всякого народа, и все — разного возраста и положения. Епископ пришел от этого в изумление и страх. Тогда все эти люди вместе и говорят ему:
— Преосвященнейший, не накладывайте епитимии на священника, не запрещайте его.
Потом один за другим они стали невидимы.
Епископ зовет священника. В страхе бедный священник помышляет уже о своем запрещении. Епископ спрашивает его:
— Не скажешь ли ты мне, много ли имен ты поминаешь на литургии?
Священник отвечает:
— На проскомидии, владыка, я долго поминаю царей, императоров и даже до последнего нищего.
Епископ говорит ему:
— Хорошо, ступай и, когда служишь литургию, поминай столько, сколько можешь, но смотри, впредь не напивайся. Бог тебя простит.
Впоследствии священник с помощью Божией избавился от пьянства.

http://rusk.ru/st.php?idar=154942
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472627

DoriNoriOriОтправлено: Apr 19 2017, 10:53

Ответов: 23
Просмотров: 10 130

«..всем Православным Христианам желаю не жалеть времени и сил на молитвы о своих усопших родственниках и вообще всём роде человеческом от Адама до наших дней! И записки подавать, и в утреннем и вечернем правиле поминать их, а еще после трапезы.

Довелось и мне услышать несколько рассказов, подтверждающих важность поминовения усопших.

Одна пожилая женщина всю жизнь была верующей и воцерковленной, а вот сын её - в духе времени - был атеистом, хоть в детстве и крещён был. Так случилось по промыслу Божиему, что сын упокоился раньше матери. Конечно, она горячо молилась об упокоении его души. Читала канон Преподобному Паисию Великому (об избавлении от мук умерших без покаяния). И вот через некоторое время видит она сына во сне - будто он ей говорит: "Благодарю тебя, мама! Я тебе молитву должен". Женщина та, порадовавшись, молиться не перестала, всё так же прося Господа о душе своего сына. Еще через некоторое время опять видит его во сне. На этот раз он, сияя от радости, ей сказал: "Ну всё, мама, твоими молитвами переводят меня!".
Прочитав все материалы этой темы, можем догадаться, откуда и куда переводят.

Другой подобный случай произошел с моей родственницей. Муж ее был крещен, изредка посещал Храм, но образ жизни вёл далёкий от христианского. И вот в семье горе - у мужа обнаружен рак - прогноз врачей неутешителен - осталось ему пол года, не больше. Больной собрался с духом, исповедовался, причастился. Проходил лечение, но болезнь взяла своё - через пять месяцев после постановки диагноза - упокоился. Провели отпевание, похоронили по Православной традиции. Жена, сестра и дочь в течение 40 дней читали канон за единоумершего. И, конечно, заказали сорокоуст за упокой.
Накануне сорокового дня жена видит сон - как усопший муж её, весь одетый в белое, прощается с ней, и с другими людьми, тоже в белых одеждах, отправляется куда-то в путь.

Братья и сестры во Христе, дай Бог нам сил не забывать об ушедших родных - им наши молитвы очень нужны!
Простите, Христа ради...»
http://forum.sibmama.ru/viewtopic.php?p=85661049#85661049

……………………………….

История диакона Пасхазия

Был в Римской церкви, повествует Григорий Двоеслов, диакон, по имени Пасхазий, муж примерной жизни, милостивый к нищим и строгий к самому себе. Когда в его время на место умершего папы Римского представлены были избирательному собору два лица - Лаврентий и Симмах и когда последний был единодушно избран и возведен на епископский престол, то Пасхазий, приверженный к Лаврентию, вознегодовал на избрание соборное, почитая оное неправильным, и в сем грехе негодования на пастырей, посвящавших Симмаха, скончался.
Спустя некоторое время после своей кончины, Пасхазий является епископу Герману и говорит ему: "Я нахожусь на месте наказания за то, что, держась Лаврентия, думал против Симмаха; но ты помолись Господу, и если чрез несколько дней я не явлюсь тебе снова, то знай, что молитва твоя услышана".
Благочестивый епископ исполнил просьбу; и так как нового явления не последовало, то он уверился, что его смиренная молитва снискала душе Пасхазия вечное успокоение ("Слово о почивших в вере" - Хр. чтение, 1827, ч. 26).
* * *

Видение вечных мучений

Один из афонских подвижников открыл святогорцу, известному отцу Серафиму, следующее: "Причиною моего вступления в монашество было видение во сне загробной участи грешников. После двухмесячной болезни я пришел в сильное изнеможение. В этом состоянии я увидел двух юношей, вошедших ко мне. Они взяли меня за руки и сказали:
- Следуй за нами!
Я, не чувствуя болезни, встал, оглянулся на свою постель и увидел, что тело мое лежало спокойно на постели. Тогда я понял, что оставил земную жизнь и должен явиться в загробный мир. В лице юношей я узнал Ангелов, с которыми и отправился. Мне показаны были огненные места мучений; слышал там вопли страдальцев. Ангелы, показывая мне, за какой грех какое назначено огненное место, прибавили:
- Если и ты не бросишь своих привычек к греховной жизни, то - вот и твое место наказания!
Вслед за тем один из Ангелов восхитил из пламени одного человека, который был черен, как уголь, весь обгорел и с ног до головы окован. Тогда оба Ангела приступили к страдальцу, сняли с него оковы - и вместе с ними исчезла вся его чернота: он стал чист и светел, как Ангел. Потом Ангелы облекли его в блестящее одеяние, подобное свету.
- Что значит это изменение сего человека?, - решился я спросить Ангелов.
- Это грешная душа, - отвечали Ангелы, - быв отлучена от Бога за свои грехи, должна бы вечно гореть в этом пламени; между тем родители этой души подавали много милостыни, делали частые поминовения за литургиями, отправляли панихиды, и вот ради родительских молитв и молитв св. Церкви, Бог умилостивился, и грешной душе даровано совершенное прощение. Она избавлена вечного мучения и теперь предстанет пред лицо своего Господа и будет радоваться со всеми Его святыми.
Когда видение кончилось, я пришел в себя и что же увидел? Вокруг меня стояли и плакали, приготовляя тело мое к погребению" ("Странник", 1862 г., Май).
http://www.pravzhurnal.ru/Preobrazhenie/Zh...a_umershih.html
………………………………



Рассказ сельского священника


«..Расскажу о нескольких запомнившихся мне событиях, связанных с темой нашего разговора.

Одной моей прихожанке явился во сне односельчанин. При жизни он был убежденным атеистом, гонителем веры и Церкви. Ей приснилось, что этот человек стоял около развалин часовни, которая была некогда на краю деревни, и говорил, указывая на них: «Если бы раньше, при жизни, я хотя бы изредка смотрел на это святое место, хотя бы один раз задержал взгляд, теперь мне было бы легче». Вот какова сила святыни! Даже разрушенной и поруганной…   

Мой дядя в молодости и средних летах был верующим человеком, посещал храм Божий, читал Священное Писание. Но, поддавшись духу времени, он потерял веру в Бога. Перестал ходить в церковь, убрал из дома святые иконы. Более того, даже в мыслях он стал безбожником, проповедуя атеизм. Вместо молитв он стал заниматься гимнастикой. Но и к нему пришла смерть. Будучи восьмидесяти лет, он слег. На смертном одре он метался, хрипел, пытаясь что-то сказать, и все время указывал рукой в святой угол, где должны были висеть (но не висели) иконы. Что-то ужасное окружало его, надвигалось, давило, и не было у него защитников, предстателей, ходатаев к Богу, ибо он сам однажды добровольно отказался от них. 
  
У одной моей прихожанки умер родственник. Он был некрещеным. Движимая чувством сострадания, эта женщина пришла ко мне и спросила: как облегчить его загробную участь? Церковная молитва за некрещеных недопустима. Поэтому я посоветовал ей раздавать за усопшего милостыню, а именно – душеспасительные книжки: ведь, может быть, кто-то, прочитав такую книгу, примет Таинство Крещения, изменит к лучшему свою жизнь и это будет самой богоугодной жертвой за усопшего некрещеного. Через некоторое время эта женщина пришла ко мне и рассказала, что видела умершего во сне. Он сидел и читал одну из тех книг, которые она раздавала: значит, принял Господь эту жертву.   

У многих, даже и верующих людей, представления о нашем долге по отношению к усопшим запутаны и неправильны. Считают, что необходимо первым делом устроить пышные поминки с обильным застольем, водкой и редкими яствами; потом – поставить на могиле дорогой памятник, чтобы знакомые не осудили за скупость.

Как заблуждаются эти люди и, более того, какой вред приносят своим дорогим и любимым умершим родственникам и близким! Подумайте о том, что водка, выпитая за упокой души усопшего, льется ручьем на ту чашу весов, на которой сложено бремя его грехов, а ведь она и так тяжела! Надо облегчить ее! Как? Молитвой церковной: обедни, сорокоусты; молитвой домашней: чтением Псалтири, милостыней…   

Были в моей служебной практике такие случаи. Как-то подошла ко мне одна женщина и рассказала, что недавно похоронили они своего сродника, поставили на могилу гранитный памятник. И вот является ей во сне усопший и жалуется, что этот тяжелый могильный камень очень давит и мучает его. Я объяснил ей, что могилу освящает крест, желательно деревянный. Ведь крест – это орудие нашего спасения, нашего искупления. При жизни мы носим крест на груди, прикладываемся ко кресту в храме Божием, осеняем себя крестным знамением, и после смерти место нашего упокоения должно освящаться крестом, но никак не куском гранита или мрамора. 
  
Другой моей прихожанке явился во сне, вскоре после похорон, сродник и сказал: «Все хорошо, да вот только хомуты мне сильно мешают». Хомуты – это венки, которыми заваливаем мы могилы наших умерших. А ведь это наследие языческих обрядов, православный обряд погребения такого не требует.   

Был и такой случай. Как-то я отслужил литию по усопшей. После этого, ночью, явилась эта усопшая во сне своей сестре и благодарила. Говорила: «До сих пор на мне как бы камень лежал, а теперь он снят». Вот каково значение литии! 
  
Однажды пригласили меня совершить требу на дому. Деревня эта, куда следовало мне идти, расположена была в пяти километрах от нашего прихода. Я смог выбраться только под вечер, уже смеркалось. Закончил совсем поздно, поэтому пришлось остаться на ночь. На рассвете меня разбудил стук в дверь. Пришла молодая женщина, жительница этой деревни. Чувствовалось, что находится она в состоянии сильного волнения. Сначала, увидев меня, она застыла, словно потрясенная чем-то, потом вдруг стала что-то быстро объяснять. А произошло вот что. Ночью явился ей во сне умерший несколько лет назад свекор и сказал: «В деревню пришел священник, находится он там-то и там-то (назвал место, где я ночевал), пойдите, попросите его, чтобы отпел меня, а то ведь я лежу у вас неотпетым». Женщина рассказала мне, что в то время, когда умер ее свекор, у них не было священника, поэтому и схоронили его без отпевания. И вот что было особенно удивительно: эта женщина видела своего свекра лишь один раз – когда он лежал уже в гробу, при жизни она его не знала и никогда не разговаривала с ним. Надо сказать, что я не люблю отпевать заочно, но здесь была особая нужда (виделся Промысл Божий о покойном); поэтому в этот же день мы его отпели.   

В пятницу на Светлой седмице догоняет меня женщина и со слезами говорит: «Батюшка, не надо ли еще раз отпеть мою дочь?» А произошло вот что: в то время, когда эта женщина была в отъезде, в могилу ее дочери самовольно захоронили покойника. Женщина приехала домой и в первую ночь видит во сне умершую десять лет назад дочь, которая говорит ей: «Мама, я сама грешница, но зачем положили в мою могилу пьяницу?» (действительно, потом выяснилось, что подхоронена была женщина, до смерти опившаяся водкой). Утром мать кинулась на кладбище и с удивлением увидела свежую могилу. Я объяснил этой женщине, что второй раз отпевать ее дочь не требуется, но надо отслужить панихиду.   

Одна девяностолетняя старушка рассказала, что ей на сороковой день после смерти знакомого псаломщика он явился во сне. При жизни она помогала ему по хозяйству: мыла полы, посуду, стирала. Он с грустью сказал: «Отчего вы так мало молитесь, а ведь для нас нет лучшей помощи, чем чтение Псалтири».

Однажды ко мне пришла креститься девица со своей сестрой, отроковицей. После принятия Святого Крещения они рассказали, что их матери два раза являлся во сне умерший муж и говорил: «Окрести детей».
   
Псковский район, 1994 год   
https://azbyka.ru/otechnik/Valentin_Mordaso...vy-za-usopshih/
  Форум: Мысли вслух · Просмотр сообщения: #1120472623

DoriNoriOriОтправлено: Apr 1 2017, 21:03

Ответов: 1
Просмотров: 1 484

Урсула

Урсула - бессонная ночь в океане цветов,
Урсула - живительный дождь обжигающим летом,
Следы её издавна пахнут малиной из снов,
И юность её светом тысячи радуг согрета;
Её африканский мотив знали все наизусть,
Слова её песен Луне проповедует ветер,
К ней в гости заходят и радость, и горе, и грусть,
Хотя её дом для них вовсе не так уж приметен.

Урсула сегодня гуляет по листьям,
Ныряет во всех встречных глаз глубину;
Созвав соловьёв своих яростным свистом,
Она через месяц закроет весну,
И распахнётся лето.

Урсула - санскритская книга в руках скрипача,
Урсула - как буги в ночи с апельсиновым соком;
Как если бы кто-то, застреленный другом с работы,
Пошёл бы домой после встречи с тобой, хохоча.
Урсула раскрасила каждого в правильный цвет,
Она поэтесса слонов, переводчик с коала;
Ей нравится спать вверх ногами и без одеяла,
Она приглашала "пилотов" на званый обед.

Урсула сегодня гуляет по листьям,
Ныряет во всех встречных глаз глубину;
Избавив людей от ненужных вопросов,
Спокойно отправиться сможет ко дну, -
И оттуда смеяться.

Урсула - она в каждом доме, в дрожаньи зеркал,
На шпилях антенн у неё золотые качели,
Её передачи в эфире в любой день недели,
Ни пьяной, ни трезвой никто её не замечал.
Урсула направила письма по всем адресам,
Купила с АОНом двенадцать больших телефонов,
Гостей ожидая, она целый день сидит дома, -
Терпение выйдет - разыщет нас по голосам.

Урсула сегодня гуляет по листьям,
Ныряет во всех встречных глаз глубину,
И, как колокольчики, трогает мысли,
Рождая на них голубую волну,
И неслышно плачет...



От Туманов

От туманов Кордильер
До Тасмании песка,
Как огонь хрустальных сфер,
Как дрожание листа,
С золотым осенним днём,
Перехваченным ручьём,
С разноцветностью игры,
Всё в которой нипочём,
Как на крыше тает лёд,
Как горит в окне звезда,
Когда знаешь наперёд:
Это - нет, а это - да.
Летом - солнечная тишь,
Ночью - белая земля,
Я не сплю, и ты не спишь -
Мама, я люблю тебя.


Голос Утреннего Ветра

Ты кажешься мне слишком одинокой
Для нашей многолюдной широты;
Похоже, что в галактике далёкой
Остались тебе милые цветы;
Ты ждёшь на полуночных перекрёстках
Того, кто станет утренней звездой:
Он скажет только слово, или два, но очень просто -
Теперь тебе не быть самой собой.

Тебя уже поставили в известность,
Что звёзды утром вовсе не видны;
И вот, почти что занято то место,
Где раньше он цветные видел сны.
Но что тебя спасает, не пойму я -
Быть может, голос ветра на заре:
"Он был здесь. Он искал тебя. Он говорил: "Люблю я",
И улыбался гаснущей звезде".



Разрыватель Порочных Кругов (We-Day)

Разрыватель порочных кругов
Изумлённо глядит из подполья,
Он в любую минуту готов
Появиться на нашем застолье,
И, взмахнув своим рыжим хвостом,
Распугав всех привыкших пугаться,
Он останется с теми, кого
Сосчитать невозможно по пальцам.

Разрыватель порочных кругов
Переходит от слов прямо к делу,
Ни в горах, ни в лесах островов
Вам нежней не найти джентльмена.
Он галантен и крайне учтив:
На защиту своей Хиросимы
Бросил огненный клин журавлей -
Виртуально-воздушные силы.

Праздник We начинается с нас,
Распускается в плюс-бесконечность,
Как Луна, он всегда к нам анфас,
Юбилеи меняет на вечность.
Свои свечи каштаны зажгли
За погибших от рук механичных;
Я не знаю, где край у Земли,
Я не вижу столбов пограничных.

Разрыватель порочных кругов
В бутике примеряет обновки:
Камуфляж эфиопских цветов,
И винты - чтоб по дулу винтовки.
Прочитав свою тронную речь
По бумажке и вслух (для прикола),
Он играет в пятнашки с судьбой,
Утешая директора школы.




Rp.:
…People in danger…
D.O`R

Звёздная настойка - всем, кто здесь инкогнито -
Чтобы не болели, ведь без вас померкнет свет;
Видишь лист каштана - это нужно выучить,
Ведь до семинара не пройдёт и сотни лет.

Каждая песня -
О том, что мы вместе.
В каждую песню
Стреляют из мести.

Солнечные капли - зимние подарки нам,
Блики на асфальте - полрубля за килограмм;
Где-то рядом Город и его "пи" ясных лун:
Долгая дорога под аккорд небесных струн.

Каждая песня -
О том, что мы вместе.
Каждую песню
Раскрасили лестью.

Вот и всё, а завтра спойте всё , что хочется,
И на побережье наберите вновь камней,
Чтобы, расставаясь, плакали наводчицы
И на нашем полюсе стало хоть чуть-чуть теплей.

В каждую песню
Стреляли раз двести,
Но каждая песня -
О том, что мы вместе.



Девушка С "More"

Девушка с «More», уедем на море:
Этим сугробам лежать до весны.
Нам их, похоже, не переспорить,
Мы возвратимся с другой стороны.

Красное море: тебя позабудут,
Жёлтое море: но это- не ты,
Море Зелёное: нас не полюбят,
Если мы мёртвые дарим цветы.

Там, где я был, я стрелял мимо цели,
Ты разучилась спокойно курить,
Здесь же дельфины приносят в постели
Воду, и просят немых говорить.

Справа, под зонтиком, нежится Время,
Слева, вся в пикселях воли, Судьба.
Можешь кивнуть - всё равно не поверят,
Что за звезда привела нас сюда.

Если б мы памяти не изменяли,
Жили бы вместе, иль стали враги?
Если бы тайный пароль не теряли,
Кто б захотел улетать от Земли?

Помнишь, что нет несмываемых пятен,
Только не кровью - живою водой?
Солнечный свет потому и приятен -
Он оптимист, он почти что святой.

Девушка с «More», уедем на море,
Выйдем в отставку от видимых битв,
Чайки четыре пера на восходе
Тихо подарят для крыльев молитв.


Весна

…А потом наступила весна:
Стали тише прощальные речи,
Кто настойчиво грезил о встрече,
Получали своё, и сполна.
Маяки запасались огнём,
Моряки приводили в порядок
Свой корабль, потому что на нём
Собралось слишком много загадок.
Небеса улыбались воде,
Первоцветы молились по месту;
Те, кто были из разного теста,
Об одном говорили вине.
Удовольствие - жить под звездой,
Но полёт нас выносит за скобки:
Десять тысяч над «мой» и не «мой»,
И семь двести над уровнем водки.
Я не знал, что нас ждёт впереди,
Только чувствовал: будет красиво,
Ты ведь грела змею на груди,
Говоря ей за это «спасибо».


Terra Incognita

(Thanks to BG ["Трамонтана"])

Луна этой ночью на редкость остра,
И так близко, что может разрезать на части,
И я забываю названия звёзд -
Чтоб ярче светили, чтоб сдаться их власти.
Она жила, как в последний день,
Она забралась на вершину джамуна,
Она не спросила: «А где Моя тень?»,
Оставив вопрос поедающим руны.

Солнце знает тебя в лицо,
Всегда будь готов дегустировать тайны,
А Terra Incognita станет такой,
Какой она хочет: ничто не случайно.

Я как-то сидел под кленовой сосной
В двенадцать часов, вспоминая моменты:
Лет в семь или раньше пришел мистер Смит
И стал раздавать нам свои комплименты.
Ты знала о том, как Себя с ним вести -
Теперь он обходит Твой дом за полмили,
И феньки срывает лишь с тех, кто забыл,
Чему вы их с Doctorом Pain научили.

Солнце знает меня в лицо,
Всегда будь готов дегустировать тайны,
А Terra Incognita будет такой,
Пока она хочет: ничто не случайно.

А дождь всё идёт, и куда б он ни шёл,
С ним вальсы танцуют живые деревья;
Когда у тебя на душе хорошо,
Ты только скажи, и я сразу поверю.
А если не очень, то ляг на ковёр
Из мёртвых осенних оранжевых листьев,
Ведь их не пугает прощальный костёр,
А ты из тюрьмы будешь тут же отчислен.

Солнце знает нас всех в лицо,
Всегда будь готов дегустировать тайны,
А Terra Incognita станет собой,
Как только захочет: ничто не случайно.



Лунная Соната


Лунная соната, музыканты - земляне;
Непредсказуемый порядок на абрикосовой поляне;
Зрители, слушатели, пользователи Сети
С этой минуты не сидят взаперти.
Слишком важных персон кошки ставят на место,
Королева тоже здесь, мне становится лестно;
Ещё совсем немного - и сдвинутся смычки,-
Розовые прячь в карман и чёрные очки.

Вышла Земля, дирижёр поклонился,
Ему пара тысяч лет, он ничуть не изменился,-
Даёт волшебный знак, замирает дыхание,
Кажется, во Вселенной к нему одному внимание,-
И музыка, музыка, музыка живая
Срывается со струн, как с подножки трамвая,
У неё нет ни массы, ни секунды покоя -
Я в немалой панике, я не понимаю, что это такое.

Плывущие слова на телетайпной ленте
Не скажут ничего о наступающем моменте:
Магию звука творят духовые -
Кому-нибудь мёртвые, но на самом деле живые.
Я вновь не понимаю, но я этому рад:
Я никогда и не хотел знать их звукоряд;
Это так неприкосновенно красиво,
Что вряд ли кто опишет, как всё это было.

Марс закрыла птица, в бой вошли тамтамы -
Всё, что не сказали наши бабушки и мамы.
Первоклассники танцуют у оркестровой ямы,-
Улитка доползла до вершины Фудзиямы.
Один из тех случаев, когда не важно тело;
Она говорит ему всё, что она сказать хотела;
Словно бы приходит письмо из Антарктиды:
И ждали, и не верили, и холодно, и мило.

Когда концерт закончился, он долго продолжался;
Никто не шёл домой, хотя никто и не остался;
Репортажи в новостях страдали информацией;
Скрипачи, не раздеваясь, превратили клён в акацию;
А я пришёл домой, я пригласил своих людей,
Они включили запись, чтобы было веселей.
Свеча плывёт в бокале, пока не вспыхнет свет,
И, кажется, той музыки на свете лучше нет.



Птичий Блюз

Знал бы я, как надо, - не писал бы блюз,
Знал бы я, как надо, - не писал бы блюз;
Баобабы в детстве были как цветы,
Baby, Бог не хочет, чего хочешь ты.

Император в ссылке, материк закрыт,
Император в ссылке, материк закрыт:
Утро серых магов здешней красоты -
Бог не хочет, baby, чего хочешь ты.

Послезавтра скажут: "Птицы нас спасли",
Послезавтра скажут: "Птицы нас спасли",
А пока торопятся снять платок с мечты...
Бог не хочет, baby, чего хочешь ты.





Всё, Что Мне Нужно

(Thanks to J.Lennon "Nobody Told Me")

Меня не защищайте: я всё равно умру,
Меня не охраняйте: я всё равно уйду;
Твоя двойняшка - Кенга, а мой любимец - Ру.
Весёлые картинки, спасибо вам за смех,
Последние снежинки растают раньше всех;
Придумывать оружие, должно быть, страшный грех.

Всё, что мне нужно - так это любить Тебя,
Всё, что мне нужно - так это любить Тебя,
Всё, что мне нужно - так это любить Тебя.

Мне изменила память, осталась только ты,
Одни боятся света, другие - темноты;
Отправить бы геронду на конкурс красоты!
Над Чёрным морем можно повесить белый флаг;
Приснились все блаженные, желали всяких благ;
Ну что, давай, показывай, посмотрим, кто твой враг.

Всё, что мне нужно - так это любить тебя,
Всё, что мне нужно - так это любить тебя,
Всё, что мне нужно - так это любить тебя.

Живут же люди в наших недвижимых домах,
Где пьют свои коктейли, мешая риск и страх,
Откуда возят карму в "пустых" грузовиках!

Всё, что мне нужно - так это любить Тебя,
Всё, что мне нужно - так это любить Тебя,
Всё, что мне нужно - так это любить тебя.





Шофёр Весны

Она боялась кричать - вокруг дни рождения,
Она письма писала различной длины,
И она не стеснялась принимать поздравления,-
Ведь её младший брат был шофёром весны.

Когда все проходили, они оставались,
Если снег падал вниз, им бывало светло,
Говорили: "Пока!", иногда улыбаясь,
И на благо шмелям разбивали окно.

Он умел притворяться некстати уснувшим,
Но она, разгадав этот маленький трюк,
Каждый раз "пробуждала" его, чуть коснувшись
Чем-то очень любимым его древних рук.

Ему завтра в час пик замерзать под Ла-Маншем,
Ей достаточно будет бокала вина,
Ну а ночью, всем тем, кто значительно младше
Они будут стучаться с того края сна.



Картинки, Что Хочется Вернуть

Чуть младше тебя, они полузабыты,
Но им не уйти никуда,
Они как пароль, как прекрасная свита,
Ты с ними берёшь города.
Ты любишь их всех, как милейших подруг,
Которые ценят твой путь,-
Но кто же они? - словно песни о море -
Картинки, Что Хочется Вернуть.

Там люди, которые держат тебя,
Они бесконечно свои.
Там пальмы и ветер, и горы, и сад,
Где ночью поют соловьи;
Там множество новых хрустящих вещей -
Они не дадут нам уснуть,
Мы снова ныряем туда с головой -
В Картинки, Что Хочется Вернуть.

Мне нужен твой голос, и это не тайна
Уже для меня самого,
Пусть дело покажется полупровальным -
Я знать не хочу ничего!
Но как по часам входит Чёрный Колдун,
И нас принимается гнуть,-
Его победят камикадзе любви
С Картинок, Что Хочется Вернуть.

Я слышал: на выходе из зоопарка
Их снова покажут, на бис.
Тираж миллионный пылает так ярко,
И золото падает вниз.
А мы оторвались, мы вышли вперёд,
Мишени повесив на грудь,*
Но дома нас ждут, пока мы не допишем
Картинки, Что Хочется Вернуть.

* - by БГ




Снова Пить Какао

Снова пить какао,
Вновь растить траву -
Это так забавно
Делать поутру.

Шляпа в пустыне, твой голос снаружи,
Липовый чай для тех, кто простужен,
Белые свечи стройны и пугливы,
И берега в ожиданьи прилива.

Выберешь город - он может проснуться,
Встанешь под звёзды - тебя не задуют,
Вытянешь руку - они улыбнутся
И акварелью тебя нарисуют.

Наше дыханье - как древняя книга:
Снег на полях и Луна в переплёте,
Право на трижды назвав твоё имя,
Не вспоминать его в синем полёте.

Снова пить какао,
Вновь растить траву -
Это так забавно
Делать поутру.





Дебора

(Thanks to "Сплин" ["«Сиануквиль»"])

Дебора смотрит на огонь:
Пламя упрямо и послушно
Пробует семь заветных букв "Не тронь!"
На вкус. - Воздушно...

Помнишь, как ты сказала мне:
"Ты забери меня отсюда,
Мы будем жить в безбашенном Кремле
И мыть посуду..."

Дебора любит тишину,
И потому любовь взаимна;
Ей всё равно, кто выпустил стрелу,
И это стильно.

Ты многолика и нежна,
Подставим небу наши плечи,
Ни берегов, ни островов, ни дна,
Пока, до встречи!..



Как Приходит Лето

В далёких отсюда песках
На красном от солнца чертополохе
Жил Летний День.
Он жил на самой длинной колючке
Всю осень,
Всю зиму,
И даже всю весну.
И только ночью 31 мая
Он вскакивал,
Хлопал себя по лбу рукой
И кричал:
"А-а! Мне пора ! Где моя рубашка?!"
Он садился в свой вертолёт,
И когда ветер от винта поднимал непроглядную пыль,
Летний День прикалывал ко входной двери
Записку: "Подождите, я скоро."
И улетал.
И наступало лето.


На Птичьем Трамплине

Thanks to BG ("Зимняя Роза")

Так интересно:
Я думал, что знаю всё,
Тебе же казалось, что я просветлею
На кончике кисти Басё.
Теперь я смеюсь над этим,
Как Лунной Бабушки внук,
Ты же с опаской глядишь на меня,
Удивляешься: что это вдруг?
Но, коль заразителен смайлик,
То смех - это просто пожар:
Он может успеть к середине весны
Обежать этот маленький шар.

И, хотя смерти нет, но с начала времён
Здесь никто ещё не умер не в срок;
На Птичьем трамплине для нас, рыболовов,
Старец начинает урок.

Прибыли бывают некстати,
А душевность может душить.
В сердце листопад, чтоб в Твоих эмиратах
Славно и безвыездно жить.
Ты такая же, какой была раньше:
Новая, как пламя свечи;
Если сел в маршрутку, то дороги на красный
Нет, и хочешь выйти - кричи;
То ли джаз, то ли просто работа -
Приводить в равновесье весы,
Послезавтра начнётся суббота,
Если мы не заложим часы.

И, хотя смерти нет, но с начала времён
Здесь никто не умирает не в срок;
На Птичьем трамплине для нас, рыболовов,
Старец начинает урок.

Генерал наизнанку
Похож на магдебургский шар,
Я не ведаю где, почему и когда,
Только взгляд его не держит удар.
Может быть, я не с теми общаюсь,
Может быть, я не там выхожу,
Но когда я со львами прощаюсь,
Я им вслед чуть подольше гляжу.
А плакучие ивы рыдают о нас,
Позабывших про Страх и про Суд -
В нашем мире, как в сказке, есть всё, и, возможно,
Они утешенье найдут.

И, хотя смерти нет, до последнего дня
Раньше срока никто не умрёт,
Только это - не песня слепых фаталистов:
Феникс приглашает в полёт.





Гость

Thanks to М.Науменко ("Сидя не белой полосе")

Когда я поздно ночью возвращался домой,
Тем самым оживляя пейзаж,
Летающее блюдце марки М-300
Присело на соседний гараж.
Раздвинулись шторы, и скрипнула дверь,
И старый гуманоид с ногой
Не выставив условий, без лишних предисловий
Пустился в разговоры со мной.

Там так же, как у нас, бросают курить,
И смерти после смерти нет;
Законы там гуманны, и, ergo, каждый третий
Ни разу не платил за свет;
Деревья чуть пониже владелицы парка -
Им тоже не дают расти;
И лишь одно забавно: то, что в полдень не жарко,
И в теле - тридцать три кости.

Там есть отдел зарплаты и дизайнеры крыс,
И даже велотренажёр;
Бинокли раскупают, но это не мешает
Друг друга им не видеть в упор.
"А часто ли сходят лавины у вас?" -
К чему-то я его спросил, -
"В неделю одна, с ума чаще сходят
Когда не хватает сил".

Ещё у них большая спешка:
Планете их вот-вот хана,
Они встают пораньше, и в поисках удачи
Петляют между звёзд дотемна.
И он спросил: "А можно ли мне жить с тобой?",
И я сказал, что я рад гостям,
И мы пошли домой, не ступая на свет,
Даря спокойный сон властям.



Лето

Лето наступило, и лето идёт:
Вот оно - время отправляться в полёт,
Звезда зовёт,
Но нам не по пути.
Каждый праздник будет красивым, как день,
Лишь на краткий миг промелькнёт эта тень,
И думать лень
О том, что восемь без пяти.
До свиданья, спящие! Крепкого сна.
Лето одно на всех.
Только звон Луны и песни ветров -
Дело наше.



В Лучах

А в окнах дома напротив
Часто появлялась собачка -
Всегда в хорошем настроении
И с розовым букетом в руке.
Почтальон им приносил
Письма с Троепчёльными марками,
И лето было, лето было -
Лежало на траве.

Где ты,
Где сачок твой?
Солнце уже… Уже…

А из подъезда по беличьим следам
Выступил мальчик.
Ему два годика, и цвет его глаз -
Посредине весны.
Королева здешних мест
Прыгала в ручье - э-э!
И не смотрела, не смотрела
На круглые часы.

Где ты,
Где сачок твой?
Солнце уже… Уже…



Плоскатик

Как скучно жить плоскатику:
В округе нет вершин,
Он очень невнимателен,
Мечтает стать большим...
А все хотят, как лучше, но
Лишь трое знают, как.-
Творцов счастливых случаев,
Их учит даже враг.

Как мрачно жить плоскатику,
Не видевшему звёзд:
Учили математику -
Сдавать Великий Пост,
Искали счастья в будущем -
Оно всегда сейчас,
Критиковали чудище,
Хвалили третий глаз…

Как страшно быть плоскатиком:
Что East, - расстрел, - что West;
Но птичья акробатика
На прошлом ставит крест,
А голуби и фениксы
Нас манят за собой -
Смертельный номер: лествица
Из плоскости - домой.



ER7

Придорожная пыль
Улеглась; патриоты без Родины,
Постояльцы цветов,
И дюймовочек верные псы
Не ударили в грязь,
Песней "Mum" залатали колдобины
На подъездах к тюльпанам,
И по ветру держат носы.

А в больнице для всех,
Отравившихся именем-отчеством
Доктора Love & Pain
И сестра, что не ходит на суд,
Нас откапают чаем
Из трав Не Того Одиночества,
И молитвой по чёткам
Нам снова сердца заведут.

И, на благо вразьям,
Метанойя никем здесь не лечится.
Но её, как и радость,
По немощи можно забыть.
Потому и цветут
Незабудок небесные крестики,
Для того и сплели
Чудотворец с пустынницей нить.



И Небо И Кусты

Какое всё прекрасное:
И небо, и земля,
Погода первоклассная -
Ведро как из дождя;
Им не испортить праздника
И свет не погасить,
Спустив алмазный занавес,
Подрезав эту нить.

Помолимся же, солнышко,
О милости для нас,
За тех, кто по инерции
На суд летит сейчас,
За старика, которому
Любой китаец - друг,
Что комаров не трогает,
А кормит прямо с рук!

Какие все прекрасные:
И люди, и кусты -
На вид огнеопасные,
Внутри - ни "я", ни "ты";
Медовый месяц выдался
Нетрезвым, как всегда,
Но, к счастью, в Море Кризисов
Целебная вода.



Хоббит Сердца

Страшнее, чем полночный клоун -
Их поиск счастья не для всех,
Ещё мрачней, быть может, только
Плоскатика всемирный смех.
Но что с того, моя родная, -
Ведь наш народ уже не "наш",
И Джомолунгма среди танков
Украсит этот дикий пляж.

Да, Бог один, но не сойдутся
Христос, и Будда, и Аллах.
Водою грязной не напьются -
Неважно кто, в каких краях.
А наших душ большие рыбы
Уходят жить на глубину,
Где нет цветных полос бензина,
Чтоб вместе слушать тишину.

Как славно, всё же, что не вечно
Нам жить под Солнцем и Луной;
Кто сердцем хочет быть беспечен,
Тот отвечает головой.
Жена ночей, сестра обеден,
Подруга светлых вечеров,
Кузина Деборы с Урсулой
И всех голодных комаров!

А настоящая свобода -
Свобода от кольца греха,
От его прелести и мрака,
И от трёх ядов молока.
Какая жаль, что все мы гуру,
Хотя глаза сучков полны,
Но сердца хоббиты не дремлют,
Чтоб их заметили орлы.




Она Греет Меня На Огне

Она греет меня на огне -
Ей не нравится виски со льдом;
Самолётик бумажный в окне -
Она просит оставить свой дом.
Ты встречаешь её на балах,-
Передай мой нескромный привет,
И быстрей возвращайся назад -
Я скучал по тебе много лет.
Здесь сложнее, чем летняя ночь-
Это зимний несказочный день;
Я хочу, чтобы мы ушли прочь-
Где от света не бегает тень,
Где я знаю, что ты - это я,
Где ты видишь, что ты - это ты;
Она греет меня на огне,
Что сжигал за тобою мосты.



Снег

Снег
Из снов,
Что снятся всем влюблённым
По ночам -
Снег
Падает вниз
И тает, и светлые капли бегут по плечам.
Сон
Всю ночь -
Мы больше не плачем, что всё решили за нас,
Сон -
Зелёный балкон,
И кто-то смеётся туда, где Охотник погас.
Ты
Опять
Станешь ещё неизвестней, уйдёшь за кордон,
И
Тебя не собрать,
Но те, кто тебя собирают, не знают о том.
Здесь
Тепло,
Теплее, чем сорок свечей в новогоднюю ночь,
Тень
Того,
Кто знает, и хочет, и может "хоть чем-то помочь".
Я
Пою
В сугробе, без шапки, но с термосом в левой руке,
А
Сестра
Под Тулой увязла в снегах - всё спешила ко мне.
Снег
Весь день -
И день превращается в свет долгожданных ночей.
Век
Навек,
Где мы замираем от радости первых лучей.




Антикобра - Антигюрза

Антикобра - Антигюрза:
Мы не знали - стали в курсе,
Антигюрза - Антикобра:
Нынче день и, правда, добрый!

Чудеса - для тех, кто знает -
Происходят на рассвете:
Нас берут, и нас сажают
На одну и ту же ветку, -
Оказавшись за границей
Разнобоя, тьмы и рока,
Открываем наши лица
Солнцу умного Востока.

Сердце, словно с колокольни,
Раздаёт удары даром:
С нарезным и с гладкоствольным,
Тулякам и самоварам,
Чёрным, маленьким зелёным,
Полосатым, жёлтым, красным -
Коль ударник восхищённый,
То играет не напрасно.

Антикобра - Антигюрза:
Вы узнали - стали в курсе,
Антигюрза - Антикобра:
Пожелаем ночи доброй!
14.11.2009


Караван

Мне бы выпить крещенской воды,
Подобрать три ореха каштана,
И увидеть, как волны тумана
Рассекаются светом звезды;
Поскорее вернуться домой,
Обойти всех живых и не очень,
В перестуках колёс эта осень
Просветлела - и стала зимой.

Ты обнимешь меня, я - тебя, -
Посмотри: можно жить, не воюя,
И снежинки хотят поцелуя,
Как ночные стрекозы - огня.
А потом мы отправимся спать:
Ты - в свою виртуальную спальню,
Я же - в омут рисунков наскальных,
На забытую всеми кровать.

А наутро мы встретимся вновь,
Но теперь это будет в реале -
Где? Когда? - нам опять не сказали:
Учат плавать, наверно, любовь.
Нам бы выпить крещенской воды,
Посадить три ореха каштана,
И уйти вместе с тем караваном,
Чьи на скалах не меркнут следы.
16.11.09



Нить Беседы

Сентябрь меня окутывал кошачье-летней ласкою,
Октябрь был разукрашен апельсиновыми красками,
Ноябрь укрыл туманом всё, что можно было скрыть -
И вот ты не поймёшь, куда беседы делась нить.

А нить выходит в марте - вместе с ветра ароматом,
Апрель в неё вплетётся молодой луны закатом,
А Мистер Майский Жук её смотает в три клубка,
И унесёт, шатаясь, прочь. До школьного звонка.
16-17.11.09




Объездная (Strange)

Я что-то не пойму:
Сегодня всё не так,
Мой разум хлопнул дверью и ушёл в тенистый сад.
И я весь день твержу одно лишь слово : «Strange»,
Но это объездная, всё нормально, this is my next page.

В одиннадцать конгресс,
Но ты уехал в лес,
Чтоб там не признавать классификацию чудес.
И ты весь день твердишь одно лишь слово : «Strange»,
Но это объездная, всё в порядке , this is your next page.

Мы вечером не спим,
Мы в это время пьём,
Но, даже расставаясь навсегда, мы встречи ждём.
И мы всю ночь поём одну лишь песню: «Strange»,
Но это объездная, всё неплохо , this is our next page.

Я снова не пойму:
Неужто это сон? -
Мой разум возвратился и привёл кого-то в дом.
И мы втроём молчим одно лишь слово: «Strange»,
И город позади, и всё отлично, this is my last page.


Деревья

Здесь кто-то прошёл и неплохо расставил деревья,
И после семнадцати правд - это славная новость;
Мы стали большими друзьями,
Особенно со стороны,
И эта весна не хуже
Любой австралийской весны,
Поэтому нам и не хочется стать кенгуру.

Он снова прошёл, и раскрасил деревья зеленым,
Я верю в Него, потому что те не были против;
Мы ходим по новым минутам
С былыми сердцами в груди,
И кто-то толкает в спину,
Мерцает маяк впереди,
Но я, как и раньше, мечтаю уйти на восток.

Здесь кто-то прошёл, но другой, и деревьев не стало,
Скорее всего, он подумал, что так будет лучше;
То против, а то по течению -
На словно бы призрачный зов,
То взяв, то оставив сомнения
Трёхсот поколений отцов,-
Спокойное озеро, бабочка пляшет над ним...


Игра Не На Вылет

Играем не на вылет, правила учу на бегу,
Играем не на вылет, правила учу на бегу,
Я жду тебя на этом, «Титаник» ждут на том берегу.

Видели всё поле, сидя высоко на ветвях,
Видели всё поле, сидя высоко на ветвях,
Радовались общей победе и цветам на камнях.

Я больше не тяну канат, я выпускаю зайцев на лёд,
Я больше не тяну канат, я выпускаю зайцев на лёд,
Чтобы сон превратился в любовь, а не наоборот.

Играешь не на вылет, о правилах узнав на ходу,
Играешь не на вылет, о правилах узнав на ходу,
Ты ждёшь его на этом, он ждёт тебя на том берегу.


Предпраздничный День


В Школе Недлинных Уроков
Нынче Предпраздничный день:
Всех угощают компотом,
С парт вытирают тень;
Завуча полуневидно,
Учителя не пылят,
В озере рыбы невинно
На берег молча глядят;
И кабинетные пчёлы
Учеников по домам
Лихо с занятий развозят,
Кто-то летает сам.
Завтра с восходом светила
Школа чудесно сгорит -
Это ли будет не диво?
Вот когда космос не спит!


Добавлено 1 Apr 17, 17:04

4You

Thanks to The Cranberries (Fee Fi Fo)


- Что твой сон оставил утром,
Оставил утром?
- Золотые провода.
- Где твой зонт и где твоё пальто,
Твоё пальто?
- Исчезли в никуда.
Ты стоишь, и кофе стынет,
Кофе стынет
На мартовском ветру,
И тебя никто не кинет,
Никто не кинет -
Не знаю, почему.

Письма с Марса на подходе, но ты опять в тревоге,
И не знаешь, чем занять себя.
Вечер снова лёг так рано, но кажется, что рядом -
Он так старался для тебя.

Пять дней больше, чем неделя,
Чем неделя,
И субботы нынче нет,
Если кто-то повзрослеет,
Повзрослеет,
Пусть разумный даст совет.
И обычно утешают,
Утешают
Дорогие города,
Наши птицы улетают,
Улетают,
Плещется вода.

Письма с Марса на подходе, но ты опять в тревоге,
И не знаешь, чем занять себя.
Вечер снова лёг так рано, но главное, что рядом -
Он так старался для тебя.

................................


Приземляясь, проверь
Цифру: 6 или 9,
Потому что едва ли там
Кто объяснит.
Но она пьёт за тех,
Чьи распахнуты двери
И за тех, кто на свет
С нею завтра опять полетит.

Ей подарены слёзы,
Чтоб вымыть всю серость,
Да и он словно айсберг:
Спокойный, большой,
Не поёт про свою
Необычную спелость,
Окружает себя
Золотой тишиной.

Почему я всегда
Так скучал по твоим междометьям?
Почему я не шёл
На те фильмы, где ты не была?
Здесь играют концерт
Для корицы и лета,
И не верит никто
В то, что ты умерла.

Я в реке до сих пор
Отмываю ботинки,
Ты уже впереди -
Моя старшая в мире сестра.
Ничего, что вокруг
Невесёлые эти картинки -
Ты достанешь меня,
Как каштан из костра.

2002; 2015


............................


Поезд Прибудет К Рассвету

Стань машинистом, я сяду на крышу
Ловить поцелуи ветвей, -
Поезд пяти разноцветных вагонов,
Так - среди белого дня.
Ангелов шелест и стуки колёс,
Взять, да побольше, людей.
Можно поспать - ничего не тревожит
Больше ни нас, ни тебя.

Там,
Где на шпалах сидит козодой,
И практически каждый второй
Знает истинный вкус винограда, -
Нам
Хватит мест между листьями всем,
Ну а если ты здесь насовсем,
То воды уже вовсе не надо.

Ну а пока надвигается вечер -
Пробует силы Луна,
Ты зажигаешь огонь, и подсвечнику
Снова не терпится жить.
Утром по радио: «Цены шизеют,
Ночь будет холодна», -
Надо же, мы не подумали даже,
Кто нас там будет любить!

Там,
Где не падает под ноги дым,
Можно запросто стать молодым,
Ни шагов, ни волос не меняя,
Нам,
Отмечавшим, что два - это два,
Полумайская в доме трава
Что-то скажет о сущности мая.
  Форум: Развлекуха · Просмотр сообщения: #1120472621

3 Страницы  1 2 3 >
Новые сообщения  Новые ответы
Нет новых сообщений  Нет новых ответов
Горячая тема  Горячая тема (Есть ответы)
Нет новых сообщений  Горячая тема (Нет ответов)
Голосование  Опрос (Есть ответы)
Нет новых голосов  Опрос (Нет ответов)
Обсуждение закрыто  Закрытая тема
Обсуждение перемещено  Тема перемещена
 

Based on Invision Power Board v2.0.x © 2005  IPS, Inc. Яrsk.iNFO © 2005—2017, DVZ aka Majestic 
Новости: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82
Based on Invision Power Board v2.0.x © 2005  IPS, Inc.